— Ну, — поинтересовался я, не спеша вставая, — и что мне с ним делать?
— Если Властелин практикует такую экзотическую форму беседы, как выслушивание чужих советов, тем более если советы исходят от союзников, — раздался надо мной голос герцога Торальта, — то позволю дать вам небольшой совет. Это никоим образом не уронит вашей… мм… чести ниже, чем она бы могла… мм… упасть. И вы всегда сможете проигнорировать…
— Короче! — рявкнул я злее, чем следовало, — уж больно болел копчик.
— Короче, поскольку речь идет об одном из моих сородичей и, я бы даже сказал, родственнике, чей характер я имел возможность наблюдать в динамике на протяжении многих лет…
— Еще короче!
— Короче некуда, — поджал губы герцог. — Я Тильса знаю с рождения. Он был самым младшим в семье, сколько-нибудь значительная власть и выгодный брак ему не должны были достаться ни при каких обстоятельствах, и ему с младенчества внушили мысль о том, что он — мелкая сошка и достичь чего-то может, только выполняя чужие приказы, а также если отыщет у себя талант, достаточно редкий для того, чтобы его не могли не заметить…
Я заметил, как напряглось лицо Тильса при этих далеко не лестных словах его отца, и с кряхтением встал на ноги, потирая ягодицы.
— В двух словах: что вы хотите?
— Принимая во внимание… — Герцог Товальд правильно понял выражение моего лица и закруглился: — Тильс всегда действовал по приказу. И в этот раз он тоже просто честно выполнил команду. Значит, его вина не так уж велика. И поэтому я предлагаю простить его! В конце концов, мальчик…
— Нет, отец, я принял это решение сам, осознанно. — Ответ его странно контрастировал с велеречивой манерой его отца. — И готов понести любое наказание.
— Сынок, — герцог шагнул вперед, прижимая руки к груди, — я не узнаю тебя! Ты что, не понимаешь щекотливости своего положения? Ты слишком рискуешь своей миссией почетного заложника. Да, ты достаточно ценен для Королевства, чтобы Короли могли рисковать головой первого рыцаря и наставника молодых воинов, но все-таки не слишком ли ты… — Он опять осекся и закончил патетически: — Что ты будешь делать дальше?
— Дальше, — поджал губы Тильс, — я намерен добиваться титула Младшего Короля!
Я думал, что герцог упадет в обморок. Он так побледнел!
— Я ушам своим не верю, — прошептал он. — Тильс, что с тобой случилось? Ты совсем другой!
— Доказано, — на сцену выступил я, недовольный тем, что про меня забыли, — что эльфы, попавшие в плен к Темному Властелину, меняются, превращаясь в свою полную противоположность. Вашего пай-мальчика, обожающего приказы, можете за… забыть!
Герцог так и подскочил от неожиданности, но что он собирался сказать — это осталось тайной, потому что в это время в ворота ввалились глиноземы. Выражение их физиономий лучше всего описывалось двумя словами: «торжество разума». Ибо едва ли не впервые эти существа проявили инициативу.
Они тащили пленного. Судя по общей помятости и побитости, его повалили наземь вместе с конем и какое-то время сосредоточенно пинали ногами обоих, пока не сообразили отделить животное от человека. С пленника сорвали доспехи, отняли оружие и плащ, и Айдор, только один раз взглянув на его лицо, побледнел и кинулся прятаться за спины соратников. И по этому его движению я сразу опознал, с кем мы имеем дело.
— Король Алмазных Башен? — поинтересовался я. — Или как там вас называют на самом деле?
— Называйте, как хотите. — Пленник повел плечами. — Это не изменит ни мою душу, ни мою честь.
— Ага. — Я обошел его со всех сторон. — Так вот, значит, кто изуродовал мою книгу? А вы знаете, что только вандалы так обращаются с произведениями искусства и научными трудами? Что только дикари не способны понять, как ценна любая человеческая мысль? Что только…
— Достаточно, — перебил он меня, и наши слушатели недовольно заворчали. — Вы только это и можете мне сказать?
— Нет, почему же, — улыбнулся я своей самой загадочной улыбкой (три часа перед зеркалом рожи корчил, старался!). — На самом деле это самая малая моя претензия к вам, и заключается она в том, что книга, которую вы так спокойно проткнули мечом, очень дорого стоит!
— Глупости, — уперся король. — Никчемная писанина про травки и цветочки не может дорого стоить по определению.
— Отец, — сердце Айдора не выдержало, — как ты можешь так говорить?
— Ага, — прищурился его папаша, — так вот ты где, слюнтяй! Позор нашего рода! Да твой благородный предок, Айседор Звездорожденный, в гробнице бы перевернулся, если бы узнал, кому выпала судьба стать продолжателем его рода! Неудивительно, что мы потерпели поражение. Если бы ты сражался в наших рядах, если бы ты с самого начала был таким, как все, то ничего бы этого не было! Мы бы победили…
— Вы в этом так уверены? — усмехнулся я. — Ладно. Айдор, как бы ты поступил на моем месте?
Тот занервничал, перебегая глазами с одного зрителя на другого. Я понимал парня — ему по душе была тишина библиотек, научные диспуты, долгие часы наблюдений и размышлений, а вместо этого — таскайся по пыльным дорогам войны и изображай из себя невесть что!
— Я думаю, — несчастным голосом наконец промолвил он, — что мой отец должен…
— Должен! — ухватился я за это слово. — Вы мне столько должны, король Алмазных Башен, просто уму непостижимо! Например, вы знаете, сколько стоит порча библиотечного имущества?
Глава 36
Остальное писать неинтересно. Вы, наверное, и так уже догадываетесь, чем все кончилось.
В течение следующих шести месяцев три четверти западных земель оказались завоеваны моей армией. Одни государства приходилось покорять силой оружия, другие сами быстро сообразили, откуда ветер дует, и спешили встать под мои знамена. От разгрома и частичного уничтожения была спасена только Нижняя Мангория — ее король, младший брат правителя Верхней Менгерии, скоренько напал на страну третьего брата — Срединную Могнарию и успел оттяпать себе значительный кусок территории, остальное щедро «подарив» нам. Также уцелело королевство Оромения — у меня рука не поднялась отправить свои легионы захватывать землю, которой правила Вунья. Третьим по счету было небольшое княжество Предгородье, правитель которого за считаные дни провел полную религиозную реформу, объявив Темного меня главным богом, и преподнес мне в дар волшебное зеркало, почти точную копию того, которое я когда-то разбил.
Как мне сказали потом, этих зеркал во всем мире насчитывалось несколько штук. Одно находилось в Алмазных Башнях (к счастью, у короля не хватило ума шпионить с его помощью за родным сыночком), еще два застряли где-то в подземельях гномов, четвертое было у меня, а пятое, по официальным данным, раньше принадлежало султану Жерхарии, но было украдено пиратами, когда пятьдесят лет назад тамошнюю столицу захватила объединенная армада Морских Королей. Зеркало было предположительно увезено Морскими Королями на их острова, но по пути его утопили в море, когда разгулялась буря. Моряки, даже пираты, — народ суеверный. Они решили избавиться от опасной игрушки, когда запахло жареным… Но, как оказалось, зеркалу каким-то чудом удалось всплыть, и оно, странствуя по свету как простая безделушка, осело в Предгородье. Я обрадовался подарку настолько, что не тронул Предгородье и пальцем и даже приказал, чтобы никто и близко не подходил к его границам.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
