его империя разрослась. Одного управляющего ей мало. Да, покинуть Англию для меня самое правильное решение. Только вот, сможет дли Ал защитить Машу? Имею ли я моральное право бросить их сейчас? Увы, но ответ отрицательный. Я должен раскрыть это дело, найти преступника, обезвредить его и только после этого пойти и сдохнуть от тоски в подворотне. Потому что она выбрала не меня!
Глава 27
Марко
Что ж, надо признать мой подопечный принц, этот неопытный доходяга, меня переиграл. «Even the old hawk slips» («Даже старый ястреб промахивается» английская поговорка, аналог русской «И на старуху бывает проруха»).
Хотелось бы мне рассказать, что шок и ужас сковали меня в момент аварии и прочистили мозги. Но нет. К сожалению, так это не работает. Никакие эмоции, никакая сила воли не способны одержать верх над амфетаминами в крови. Услыхав тот страшный глухой удар, когда в ста метрах от меня машина врезалась в человеческое тело, я присел на корточки и расхохотался. Нет, гибель любви всей моей жизни вовсе не казалась мне смешной. Просто по-другому я тогда не мог выразить свои чувства. Сильные чувства, разрывающие мое сердце в клочья. Это экстази, детка. Так что вместо опоры и защиты Маша обрела в моем лице недоразумение, жалкого идиота, на которого даже смотреть противно. Я все это прекрасно понимал. Словно видел себя со стороны. Честное слово, блевать хотелось. Никогда я еще не казался себе таким ничтожеством.
— Марко? — я вздрогнул. Потому что никак не ожидал услыхать ее голос.
— Лизи? Что ты тут делаешь?
— Ну… — она закатила было глаза, но, приглядевшись ко мне повнимательнее и увидав на физиономии признаки употребления экстази, отмахнулась, — Тебе сейчас без разницы.
— Отвези меня в больницу. Умоляю.
— Вот уж дудки! Чтобы встрять в расследование по незаконному употреблению наркоты? Вставай, поедем к моему проверенному врачу.
— Там Маша, — я глупо хихикнул, — Кажется ее убили!
— В таком случае, мы ей уже ничем не поможем, — она подхватила меня под локоть и потянула с земли, ворча, — Не могу понять, что за дрянь ты на себя нацепил. Плащ с алой подкладкой? Серьезно, Марко? Ты забыл, что все еще джентльмен?
— Меня отчитывает стрекоза!
— Это костюм феи, идиот!
— Так почему ты здесь?
— Забей!
Проверенный врач жил в Лондоне. И Лизи, презрев мои многочисленные и бурные протесты, отвезла меня к нему на своей машине. Не уверен, что она села за руль трезвой, но это уже частности. Меня накрывало волнами еще часа три. Даже после того, как сонный и очень недовольный нашим появлением в его жизни врач поставил мне капельницу, я пытался флиртовать с плакатом, рекламирующим лучшее средство для здорового сна. Лизи сидела рядом. Вздыхала и ворчала, что я испортил ей праздник. К утру амфетамин, наконец, изгнали из моего организма. К тому моменту Лизи уже выяснила все о состоянии Маши.
— Она почти не пострадала, — сообщила моя подруга таким тоном, что не оставалось сомнений, она этому совсем не рада, — Ее спас какой-то придурок, который кинулся под колеса вместо нее.
Меня снова накрыла волна счастья. Но уже не химозного, а настоящего. Маша жива! Она даже не пострадала!
— Я должен поехать к ней!
— Ну… — пожала плечами Лизи, — Всю ночь возле нее дежурил Ал. И если ты хочешь его сменить, тебе придется его убить, я думаю.
— У них все серьезно? — я сжал кулаки, наплевав, что выгляжу жалким. Уж какой есть.
— Понятия не имею, — Лизи совершенно точно не нравился этот разговор, — Как может быть серьезно хоть у кого-нибудь из вас с русской безродной девчонкой? Она может это и не понимать. Но вы-то… а особенно Ал!
— Когда ты успела превратиться в великосветского сноба? — она меня удивила.
— Мы такие от рождения, Марко. Странно, что ты это забыл.
Я вздохнул и согласился:
— Не забыл.
И все же Ал сейчас рядом с Машей. Но в то же время ее руки все еще обнимали меня, а наши губы таяли в горячих ласках. Ее тело льнуло к моему, жадно требуя близости.
— Хочу провести расследование, — я решительно выдернул иглу из вены и сел на кровати.
Лизи тоже поднялась:
— В таком случае, я домой, — и оценив мой раздосадованный вид, возмущенно воскликнула, — Ты же не думал, что я буду играть при тебе роль доктора Ватсона?! Еще не хватало!
— Лизи, ответь мне, что ты делала на студенческой вечеринке в клубе колледжа?
Она замерла, глянула на меня исподлобья, проговорила с вызовом:
— Серьезно, Марко? Вообще-то я тебя спасла! Опять!
— И это ничего не меняет. Тебе совершенно нечего было ловить в Оксфорде в эту ночь! Да еще и в таком виде!
Я кивнул на ее прозрачный крылья, которые все еще торчали у нее за спиной. Она закатила глаза:
— Знаешь что, поговори с моими адвокатами. Я посылаю тебя, Марко! Ко всем чертям!
С этим она развернулась на каблуках и, взмахнув крылышками, вылетела из комнаты. Оставив меня ломать голову над всем, что произошло этой ночью. Случайной ли была авария или на Машу охотились? Как получилось, что враг, которого я подозревал во всех злодеяниях, спас Машу ценой собственной жизни? Ведь Иб кинулся под колеса машины. А именно от него я собирался спасать мою девушку. Именно его я увидел в толпе. На него из последних сил кинул ту пышногубую девицу. Получается, я ошибался с самого начала. Иб ни при чем? Как раз наоборот, он следил за Машей, чтобы подстраховать ее и не дать в обиду. Но тогда от кого он ее защищал? И почему решил, что он должен это делать? Я прекрасно понимал, что рыцарей в ниши дни совсем немного. И если парень подставляется за девчонку, то только по двум причинам. Первая, мне очень хорошо знакомая — чтобы ее впечатлить. Если ты герой в ее глазах, то закрутить с ней интрижку куда проще. Как правило, чтобы стать героем для современной девочки достаточно просто открыть перед ней дверь, ну или кофе ей купить. С точки зрения современного плейбоя, бросаться под колеса машины — лютый перебор. Даже сама дама такой порыв не оценит. А значит Иб действовал исходя из второй причины — он чувствовал себя виноватым. Но почему? Знал, что Машу обижают из-за него? Конечно, лучше бы расспросить самого Иба. Но он в коме. И вряд ли скоро из нее выйдет. А пока он не доступен, приходится рассчитывать только на свои силы.
3начит нужно просеять на мелком сите все
