на колени и заваливается на пол, истекая кровью и хрипя. Что происходит, понять было невозможно, особенно тому, кто не знает, куда смотреть и что искать. Рядом никого не было. Вот человек стоит и тут же падает, хрипя и захлебываясь собственной кровью. Я возликовал! Не думал, что вампир придет мне на помощь и переломит ситуацию в мою сторону.
Каково было мое удивление, когда за спиной придурка-психопата появился Арус, тот вампир, который обещал мне, что отнимет у меня Сашку. Он убрал мой большой палец с шеи Верна и впился в его шею клыками. Верн выпучил глаза и открыл рот.
— Слюна вампира разъедает магию фив, глупец. Какой же ты беспечный, гибрид. — Арус отступил на шаг и аккуратно вытер рот салфеткой, которую достал из нагрудного кармана сюртука. — Фу, какой невкусный!
Верн осел мешком на пол и поднял полные слез глаза. Его била дрожь, он раскинул полы своей куртки и увидел, как в груди появляются фиолетовые энергетические всполохи. Его тело выгнулось, и он завалился, запрокинув голову. Его словно било током, отравленная магия разрасталась в его теле, делая его похожим на темно-синюю ягоду, которая взрывалась, если ее поджечь. Он так же набухал, становясь отечным. Верн корчился и начинал тлеть. Прямо как тогда, когда я спасал Сондона от магии фив.
Ах да, Сондон! Я метнулся к нему.
Гендрик наклонился над лисой и замахнулся ножом. Ошарашенно распахнутые глаза и немой крик, она пыталась закрыться связанными руками. Вдруг он захрипел, глаза начали вылезать из орбит, он схватился за горло и упал. Лицо побагровело от нехватки кислорода. По его телу прошла судорога, изо рта, булькая, текла кровь. Он затих. Над ним стоял лис и протирал свой ножик, которым он обычно срезал травы.
— Кто может вылечить, тот может и убить, — сказал Левиан, наклоняясь к Кире и перерезая веревки на ее запястьях. Он обнял ее, она всхлипывала и жалась к нему.
Я перевернул на спину Сондона, который все это время лежал на боку. Глаза распахнуты, взгляд устремлен в полоток, зрачки расширены, радужки совсем не видно. Изо рта вырывается частое поверхностное дыхание.
Левиан повернулся, чтобы достать сумку, и, пока рылся в ней, Сондон затих, тело расслабилось.
— Э, не, друг дорогой, ты не уйдешь отсюда так просто, — Арус появился настолько неожиданно, что я даже вздрогнул. Он опустился перед телом на колени. Укусил свое запястье и капнул пару капель Сондону в рот, вцепился зубами в шею гибрида. Арус отстранился и вытер рукавом рот.
Ничего не происходило. Тело дарка лежало, распластанное на полу, возле трона. Глаза безжизненно взирали вверх, на приоткрытых губах капли крови вампира. Из укуса на шее стекла струйка крови и капнула, разлетевшись, на белый мрамор. Я протянул руку и качнул плечо Сона, он не отреагировал. Я спас его там, в Угарке, и мне было горького осознавать, что все напрасно. Такой молодой, сильный духом, он без опаски пошел к Верну в замок, чтобы отвлекать его, готовый к смерти. Но я не был готов к его смерти. Я медленно закрыл его глаза и посмотрел на вампира. Тот стоял, сведя брови, мотал головой, не веря, что его попытка оживить гибрида не сработала. Я хотел подняться на ноги, тяжело уперев руками в бедра, когда тело дарка выгнулось, и он судорожно втянул воздух, закашлялся. Глаза распахнулись, на лице изумление, переросшее в ужас и затем в ярость. Он резко вскинул голову и уставился на Аруса.
— Что ты наделал? Чертов кровосос! Кого ты создал сейчас, ты хоть понимаешь? — сон оттолкнул Аруса, что тот не удержался и плюхнулся на пятую точку.
Дарк лютовал и кричал. Он рычал и, не справившись с эмоциями, дернулся к вампиру. Я схватил его за плечи.
— Он спас тебя. Сондон, ты бы умер. — Я поймал его взгляд и кивнул.
— Спасибо, — прорычал гибрид. Он вытер рот рукой и опустил глаза.
— Спасибо, Арус, не знаю, как отблагодарить тебя, — я посмотрел на вампира.
— Не нужно ничего, это, наоборот, моя благодарность… и не тебе, Сашке.
— О как! И за что же? — буря эмоций пробудилась во мне.
— Захочет, сама расскажет, — и испарился.
Эпилог
Леандр проходил мимо своей армии, мимо меня, поднял глаза и пристально посмотрел. Внутри него разыгралась буря. Я видела, как он мечется, готовый придушить меня и в то же время обнять. Я стояла не в силах выдавить ни слова. Готова была сквозь землю провалиться. Все это из-за меня, столько натворила — и за всю жизнь не исправить. Он прошел мимо, опустился на колени перед магом, который сидел на полу.
— Ты как? — он положил руку на плечо Горлина.
— В норме, все закончилось? Даже не верится, мы снова дома… — прошептал последние слова. Леандр кивнул и поднялся.
— Саш, я попрошу тебя остаться в замке, пока не решу, что делать дальше…
Я кивнула, сглотнула ком, что встал в горле. Так сухо и безэмоционально произнес он слова, обращенные мне.
Я хотела было пойти за ним, остановить и рассказать все, что накопилось: что я сделала, как я сделала. И что я не могла иначе, что принадлежала Верну. Но ведь это неправда! Я не стану оправдываться, прощения мне нет!
— Не переживай, он все поймет, — сказал Гор, оказавшись рядом. Он стоял, немного согнувшись, держась за раненый бок.
— Гор, тебе нужна помощь. Давай, я осмотрю рану. — Я протянула к нему руки.
— Не переживай, я уже излечился. Немного тянет, но и это пройдет — нужно время. Все хорошо.
— Даже ты во мне не нуждаешься… — понуро произнесла я и опустила руки.
— Это неправда! Ты чудо, и он простит тебе все. Вот увидишь. Просто нужно время.
— Ты повторяешься…
— Посмотри, даже метки твои пропали, ты вернулась! И он вернется. Он столько пережил, столько узнал о своем отце, о его смерти… — Гор судорожно вздохнул и поморщился. — Я вот одного понять не могу. Когда стрела попала в него, как так получилось, что он не умер? Все прокручиваю в голове, что видел, и не могу понять, — он пожал плечами. — Может, именно эта стрела была не отравлена? Не могу себе объяснить…
Я не хотела никому рассказывать, что произошло там, на поле боя. Леа сам расскажет Горлину, если решит. Но почему никто не видел ничего? Алиска молчала, Горлин не понимал. Почему я видела все в мельчайших подробностях?
Левиан и Кира ушли одними из первых. Ну и натерпелась же лиса. Ее
