парню чашку кофе. – Скажи честно, неужели у тебя совершенно отсутствует уважение к генералу? Мог бы с ним быть более серьёзным.
- Катюнь, так ентот женераль меня на руках маленького носил, а я ему, как говорил отец, в знак глубочайшего доверия пару раз на китель написал. Друг семьи, который меня и терпит потому, что вырос у него на глазах, поэтому… Из тех, что служил с папой, в Управлении почти и не осталось. Большинство, кого знал, пенсионеры. Кого за годы службы раскидало по стране, кого вообще уже нет на белом свете, так что у нас особые отношения, которыми, между прочим, дорожим. Как доказательство - генерал с супругой пару раз посещали клинику, приводил их здоровья в порядок. Вот уверен – сейчас старик звонит отцу, будет просить совета как со мной поступить – казнить или миловать.
- Итог беседы? – Катя улыбнулась ТАК, что у парня заныло в груди.
- Поматерятся вдоволь, косточки мои перемоют, потом перемелют, а, закончив разговор, отключив трубки, ничего плохо так и не скажут, наборот, в душе останутся довольны.
- Ты, смотрю, провидец?
- Нет, Котён, просто знаю их как облупленных. Тридцать лет – это срок. Они предсказуемы, к тому же оба ещё той, старой закалки, когда офицеры понимали что такое Долг, Честь и что для них Родина.
- Ну да, ты ведь сегодня не посрамил стариков, грудью стоял на защите страны, поливая супостатов литрами помоев. Есть чем гордиться.
- Не страны, Родины. А ты разве не такая? Считаешь, нет повода гордиться, что прямо в глаза сказал всё, что думал? Это дорогого стоит. Подвернётся случай, повторю сказаное, потому что это не на словах, в душе. Прости, мы так воспитаны, я и сестра. Мне кажется, что правильно.
- Правильно, Антон, не буду скрывать, поэтому у меня огромное уважением к твоим родителям. В первую очередь к твоему папе.
- Надеюсь, сама ему выскажешь в лицо признательность за воспитание сына. Не смущайся, Кать, вскоре придётся познакомиться. То, что ты моя невеста, уверен, отец с мамой уже знают – Аринка поддерживает близкую связь с родителями, делится всеми новостями, так что предки готовы к изменению моего семейного положения. А сейчас давай собираться, поход в магазин никто не отменял…
Через полчаса, выйдя из ювелирного магазина, Катя, приподнявшись на цыпочках, поцеловала парня.
- Спасибо тебе за подарок. Вот не думала, что меня окольцуют.
- Так в сказках что сказывается? Добрым словом и платочком шелковым парни привязывали к себе сказочных избранниц по типу Жар-птицы или Лебёдушки. Ту же Марью-искусницу чем приворожили? Добрым словом, уважением и отношением в первую очередь как к красавице, а не чуду-юду, к тому же с руками, растущими из нужного места.
- Болтун ты. Даже сейчас, когда можно поговорить совсем о другом, ты меня сбиваешь с мыслей.
- Так отвлекаю от грустных размышлений, поэтому и трёп. Кать, ответь на вопрос – не будешь возражать, если я затребую тебя к себе, в столичную больницу? Подожди, не спорь, выслушай что скажу. Если бы между мирами было непреодолимое расстояние, вопрос бы не стоял, а посколько у них везде переходы, даже между удалёнными небольшими населёнными пунктами, разницы, по большому счёту, никакой. Что к тебе придут на приём, что, затратив лишних полчаса, окажутся на столичной планете. Можно пойти навстречу твоим нанимателям и, скажем, организовать квоту на приём пациентов именно из твоего мира, ведь в таком случае больница, где ты работаешь, вернётся к прежнему режиму функционирования, а этому, как думаю, многие будут рады. К тому же нас будет трое, а если подумать, колличество людей, которых ты лечила в одиночестве, можно увеличить. Согласись, есть резон. Подумай, хорошо? Меня ведь постоянно будет мучать вопрос – где ты и как ты? Признаюсь – я ведь каждый день имел полную раскладку, чем ты занимаешься. Какие у тебя пациенты. Где живёшь, обедаешь.
- А что ем, не докладывали? – рассмеялась Катя. – Вот не знала, что за мной следят, а то бы…
- Не следил, интересовался. Это ведь совсем другое. Что касается "следят", то да, не без этого, и за нами следят, мы ведь для них чужие. Я лишь, по согласованию с некоторыми важными персонами, воспользовался малой толикой информации о тебе. Почему, ответ у тебя на пальце.
- Выкрутился, - девушка обняла парня и поцеловала в щёку. – Тош, пора прощаться, уже много времени. К тому же подходит срок, когда к тебе приедут. Забыл?
- Забудешь тут… Ты только звони как можно чаще, прошу, - ворчал Антон, не понимая, почему у Кати с лица не сходит снисходительная улыбка.
Дождавшись такси, усадил девушку и проводил взглядом уехавшую машину. Тяжело вздохнул, достал телефон. Глянув на время, рванул с места, ускорив шаг – до встречи осталось не более десяти минут…
* * *
Подошёл к дому одновременно с остановившимся недалеко от парадной стареньким жигулёнком, пятёркой, откуда вышли двое мужчин. Один лет сорока, второму не более тридцати. Увидев у дверей Антона, поздоровались, представились, продемонститровав удостоверения. Майор, Александр Николаевич, с улыбкой кивнул на коллегу.
- Стажёр, Саша.
- Просто Саша? - переспросил Антон и у майора что-то щёлкнуло в мозгах. Он кивнул коллеге, который представилсяуже сам.
- Старший лейтенант Александр Евгеньевич Евстигнеев. Сразу оговорюь, не сын и не родственник, однофамилец.
- Вот в это поверю сразу, - Антон открыл входную дверь и предложил следовать мужчинам за ним. Открывая уже дверь в квартиру, мысленно позвал сестру.
- «Рин, я не один, с гостями из органов. Переговорим недолго и освобожусь.»
- «Я в курсе, папа только что звонил. Сказал, майор правильный, с ним можно разговаривать, а младший чей-то сынок. Желательно его держать на расстоянии. Папа тебя просил позвонить, как освободишься.»
- «Раз просил, перезвоню».
