Оператор сообщил, что с аудиозаписью проблемы.
- Ложь. – Антон посмотрел на майора. – Считаете, все разговоры переводятся сразу в текстовую форму? А если подумать? Ладно, не обижайтесь. Мне бы хотелось прослушать эту запись целиком. Уверен, не всё там так просто.
Через минуту телефон парня дал сигнал – пришёл файл. Проверив, что текст читаем, Антон попросил, когда будет запись целиком, её тоже прислать. Дождавшись согласия, сделал шаг от стола, но вновь вернулся.
- Да, не забудьте телефон вернуть владелице.
- Можете его забрать прямо сейчас, он больше не нужен, все исходники скопированы.
- И на том спасибо, – парень засунул телефон в задний карман брюк.
- Как придёт в себя, лично отдам... – Антон задумался. - Меня вот покоробило, что при досмотре обнаружили крупную сумму валюьы. Неужели трудно перевести всё в биткоины?
-Так дама вообще странная, - майор вывел на экран фотографию той самой Татьяны – женщина была явно пенсионного возраста. – И мутная... Как выяснилось, будучи сидя не первывй год в тёплом кресле городского комитета здравоохранения пару месяцев назад внезапно уволилась, выразив яростое желание вновь работать детским стоматологом.
Антон лишь пожал плечами иповернулся на голос Ростислава. Тот проинформировал, что через пару минут машина прибудет к дому, поэтому надо собираться, а ещё через минуту у него вновь тренькнул телефон - пришло сообщение, что женщину перегрузили и машина с пострадавшей направляется к месту назначения.
- Всё, Яна в другой машине. Медики её поместили в стазис.
- Что за стазис? – спросил Евстигнеев. – Это как в фантастике? Где замораживают?
- Угу, - Антон мыслями был уже далеко. – Сначала замораживают, потом размораживают, лишнюю воду сливают… Тьфу. Что только в голову не лезет. Не надо задавать лишних вопросов, тем более об услышанном и увиденном делиться даже с друзьями и коллегами. Это, знаете ли, потом для рассказчика может фатально закончиться. Всего доброго, бойцы невидимого форонта. Генералу привет и от меня огромное спасибо.
Зайдя в комнату, где была сестра, заметил, что девочка спит на руках Арины.
- Только что глубоко вздохнула и выключилась, – сестра была бледная, но на лице сияла довольная улыбка.
- Рин, я сейчас оденусь и заберу у тебя ребёнка. Минуту подожди…
А ещё через десяток минут, одев на спящего ребёнка тёплую куртку и натянув сапожки, Ростислав закрывал дверь в квартиру, пропустив на площадку Арину и парня с ребёнком на руках. Даже во сне Юля, что-то почувствовав, обняла Антона за шею и крепко к нему прижалась, найдя защиту от всех невзгод.
На улице их ждала машина. Как выяснилось, люди Братства подсуетились - что бы не возникло непредвиденных ситуаций, машина была снабжена спецсигналами, которыми водителю пару раз пришлось воспользоваться – хоть и было позднее время, заторы на дорогах то и дело возникали – как всегда уборка снега на улицах шла с грехом пополам.
В машине все расслабились и за сорокаминутный путь если и была произнесена пара фраз, то только по делу. И лишь когда машина вьехала в распахнувшиеся ворота представительства, Антон почувствовал как устал за бесконечный безумный день. Хотелось одного – свалиться в кровать и накрыть голову подушкой, но понимал, что до полноценного отдыха ему ещё очень и очень далеко...
Утро следующего дня. Больница. Столичный город Ардлин.
- Как всё прошло? Удачно? - Дак Лиостри, профессор медицины, главный врач больницы, где работали двойняшки, примчался на работу ещё в ночи и всё время, что работали земляне, ходил по пустым коридорам первого этажа как привидение, ожидая, когда сможет задать традиционный вопрос.
- Привет, док, давно не виделись. – Арина остановилась перед мужчиной, а Антон с Катей как привидения пошли дальше. – Вроде справились, хотя в этом случае уверенности пока нет. Представьте – перелом позвоночника в четырёх местах. Пробита голова с кровоизлиянием в мозг. Сломаны обе ноги, причём переломы открытые. Множественные повреждения внутренних органов. Вообщем, сказать, что оставалось в норме, такого… Живого места не было.
- С такими повреждениями она ещё жила? – профессор от удивления даже икнул. – Странно, что вообще была жива столь продолжительное время. Это непостижимо даже по меркам самой прогрессивной медицины.
- Согласна, только вот эта прогрессивная медицина не учитывает некоторые факторы, которые порой играют решающую роль. Дочка, маленькая девочка, выложилась полностью, но смогла поддержать жизнь в организме своей мамы. Если бы была не она, а обычный ребёнок, женщина скончалась минут через пять после падения. Даже раньше. А так… с момента падения с большой высоты прошло около десяти часов. Чем не фантастика?
- А мне будет позволено познакомиться со столь самоотверженным ребёнком? – док стыдливо опустил глаза. – Хотел бы выразить ей искреннюю признательность и уважение.
- И познакомитесь и поговорите, только для начала нам и малышку надо привести в нормальное состояние – она сейчас до предела истощена ментально и физически. Сейчас она с папой в одной из палат. Сутки полежит в кровати, а потом, если есть желание, можете совместно с Марой Дриптон занять её досуг. Сначала обучить местному языку, а потом покатать по городу, показать всё самое-пресамое, что может поразить воображение маленького ребёнка. И малыша порадуете и сможете прикоснуться к уникальному Дару. Такому, которого, как мы считаем, вообще больше во Вселенной нет. Она уникум.
- А правда, что это Вы её сделали такой? Простите, если задал неуместный вопрос.
- Не мы её создали такой, это неправда. Ребёнок был скорее мёртв, чем жив, когда попал к нам в клинику. Что мы и могли сделать для неё, так поделиться тем, что было в нас самих. Вот и поделились, как оказалось, с избытком. Более чем щедро. В этой крохе, док, и я и Антон. Всё самое лучшее из нас. Так что прошу любить и жаловать наше творение. Можно сказать, квинтэссенцию самого лучшего, что есть в природе. По факту рождения – она для нас чужая, а если отбросить условности – это, что ни на есть, именно наш ребёнок. Мой и брата. Сейчас вот подумала, что неплохо бы и её генетический материал проверить. Может
