Читаем без скачивания Сталин. Разгадка Сфинкса - Марат Ахметов

Аналогия напрашивалась сама собой. Однако чуда не произошло. Кончина Рузвельта ничего не изменила. Хотя заменивший его Гарри Трумэн и особенно Черчилль были больше склонны к сотрудничеству с немцами и даже повернуть оружие против русских.

Но огромная слава Сталина во всем мире и общественное мнение в родных странах не позволяли им высказать столь авантюрные потаенные мысли без риска лишиться премьерских кресел.

16 апреля советские войска приступили к ликвидации армий вермахта, защищавших подступы к Берлину. К дню рождения фюрера (20 апреля) русские войска соревновались в стремлении первыми поздравить его с личным праздником. Шквал огня из двадцати тысяч орудийных стволов обрушился на немецкие позиции в районе Зееловских высот. Только в один из дней русская артиллерия обрушила на голову противника 2450 вагонов снарядов или около 100 тысяч тонн металла. Грохот орудийной канонады и разрывы от авиабомб были уже слышны довольно хорошо под землей. Фюрер продолжал неистовствовать с требованиями жестокости к своим противникам и отдавать приказы, все более суровые.

Седовласого адмирала Вильгельма Канариса, бывшего шефа военной разведки (Абвер) — внутренне упорного противника нацизма, подвергли особенно мучительной казни в концлагере Флоссенбург. «Его медленно душили проволочной петлей, затем снова возвращали к жизни, снова допрашивали, после чего снова душили, в общей сложности шесть раз».

18 апреля, когда остатки его воинства еще остервенело оборонялись, тешивший себя иллюзиями Гитлер вызвал к себе генерала Вольфа. Он подтвердил категорический запрет на продолжение переговоров о перемирии не только на итальянском фронте, но и вообще с союзниками.

Канонада все усиливалась, советские солдаты вплотную приближались к окраинам Берлина. После празднования дня рождения фюрера, если можно так выразиться, начался великий исход.

Рейхсмаршал Герман Геринг, тщательно маскируя вожделения, улетел самолетом в Оберзальцберг. Рейхсфюрер СС Гиммлер отправился в Любек, где посредством шведского графа Бернадотта и Шелленберга намеревался продолжить тайные переговоры с англо-американцами. Чиновники высшего и среднего звеньев партийно-государственного аппарата под любыми предлогами спешно покидали рейхсканцелярию и Берлин. Из ближайшего окружения Гитлера с ним рядом оставались лишь Мартин Борман и Геббельс, а также Риббентроп.

Внешнему миру Геббельс по радио сообщил, что фюрер находится в Берлине, что он никогда не оставит столицу рейха и будет защищать ее до конца. Гитлер, у которого под ружьем все еще продолжало находиться почти 6 миллионов солдат, едва ли контролировал продвижение хотя бы одного полка. Но сам он не осознавал этого до последнего момента и продолжал отдавать невыполнимые приказы. На совещании 22 апреля Гитлер, сообразив, что его последние указания остались неисполненными, пришел в неописуемую ярость. В течение трех часов участников бросало в дрожь и трепет, а когда им, наконец, разрешили разойтись, многие ушли навсегда.

Йодль и Кейтель покинули бункер на следующий день и никогда больше туда не вернулись. Последний исхитрился лично разыскать и передать командующему 12-й армией генералу Венку запоздалый приказ развернуться на 180 градусов и направиться на поддержку Берлину. При всем желании Венк не мог оказать реальную помощь.

Вне столицы осажденного рейха верные некогда паладины Гитлера изменили ему. Геринг, собравшись с духом, направил в бункер телеграмму, в которой объявлял себя преемником фюрера. Спустя некоторое время, когда в подземелье узнали о закулисных переговорах Гиммлера, у Гитлера уже не хватало слов излить свою озлобленную горечь. Так же как ранее Геринга, он приказал разыскать и арестовать рейхсфюрера СС, а также его заместителя и представителя в Берлине группенфюрера Отто Германа Фегеляйна. Тот факт, что к тому времени Фегеляйн стал уже не только фактическим, но и юридическим свойственником Гитлера, не остановило фанатика. Свояк фюрера не успел заблаговременно скрыться. Отличившийся крайней жестокостью при проведении карательных акций против словацких партизан, 37-летний Фегеляйн родился в Мюнхене в семье владельца скаковых лошадей и всю свою недолгую жизнь считался великолепным знатоком лошадей. Злые языки поговаривали, что он работал конюхом и Фегеляйну брачным ложем больше подходил сеновал, нежели близость к опочивальне вождя нации.

Младшая сестра Евы Браун, находившаяся на сносях, в одночасье лишилась самых близких и могущественных родичей.

Штурмовавшие Берлин русские войска приближались к рейхсканцелярии. Густой туман из дыма и пыли, озаряемый всполохами пожарищ и разрывами от снарядов, окутал столицу рейха.

В подземелье человек, имя которого недавно наводило трепет на весь мир, сам непрестанно бился лихорадочной дрожью. 30 апреля, днем, обитатели бункера узнали из сообщения Стокгольмского радио о гибели Муссолини. В тот же день, через сутки с небольшим после венчания с Евой Браун, Гитлер покончил вместе с новобрачной самоубийством. Согласно его волеизъявлению их трупы были сожжены дотла.

Противопоставление: Гитлер и Сталин

Многими исследователями безосновательно доказывается идентичность двух вождей и практически ставится между ними знак равенства. Буллок даже обозначил свой опус как сравнительное жизнеописание. Но в подобном случае, если дуче однозначно можно прислонить к фюреру, то с какого бока необходимо присовокупить к русскому лидеру Рузвельта с Черчиллем.

В действительности, у Гитлера и Сталина имеются некоторые объединяющие их черты, но, преимущественно, политического свойства. Оба возглавляли авторитарные режимы: Гитлер — фашизм или национал-социализм, Сталин — большевизм или интернационал-коммунизм. Вместе с тем, для достижения своих политических целей они вносили коррективы в свои, казалось бы, незыблемые доктрины. Гитлер не исключал категорически сотрудничества с другими расами и народами, включая, на его взгляд, неполноценные. Сталин, в свою очередь, проявлял себя порою махровым русским националистом. И тот и другой успешно доминировали над общественным сознанием в своих странах.

Однако Гитлер хотел не просто властвовать над своим народом, но и полностью переделать его духовные ценности в соответствии со своей расистской идеологией, грубыми пропагандистскими методами. Сталин же добивался своих целей более тонкими и изощренными способами. На этом их сходство заканчивается.

В сущности же, идеологической одержимостью, фанатичностью и некоторыми другими повадками Гитлер больше походит на Ленина и Троцкого, точнее на их некий гибрид. Дело не только в том, что некоторое время его называли немецким Лениным и подобно ему фюрер с отвращением относился к табакокурению, а также не имел детей.

Почти по всем параметрам Гитлер и Сталин были полными антагонистами. Коренным отличием австрийца от кавказца является то, что последний как политик отошел довольно значительно в своей практической деятельности от догматов Маркса, Энгельса и Ленина. В то время как фюрер с упорством маньяка добивался своей цели — владычества своей нации над миром.

То есть как политик и государственный деятель, Сталин мыслил исключительно трезво и реалистично, а как личность выказал более высокие человеческие качества. Если исключить самоубийство своей второй жены, кавказец мог сойти за вполне добропорядочного отца семейства, чего не скажешь о Гитлере, бывшего до последнего момента без официальной супруги.

Рой Говард, имевший прекрасную возможность сравнения двух вождей, полагал, что «внешняя разница между этими двумя людьми, очевидно, заключается в следующем: Гитлер напряжен, пылок, натянут, встревожен. Сталин спокойный, твердый, уверенный в себе»…

Подобно отдельным неординарным авантюристам и шарлатанам нацистский лидер успешно эксплуатировал своими способностями к внушению. Он мастерски создавал у собеседников впечатление о себе, как человеке, обладающем оригинальным интеллектом и глубокими знаниями. Это впечатление фюрер стремился усилить благодаря умению дискутировать, которое отлично удавалось ему. В полемике он умел переубедить даже весьма опытных специалистов. Контраргументы приходили им в голову лишь гораздо позже, когда, поразмыслив, они обнаруживали, насколько поверхностными были доводы Гитлера.

Выдвигая тезис о том, что по своей природе и мировоззрению народ в подавляющем большинстве сугубо женственен, поскольку в первую очередь руководствуется эмоциями, Гитлер, очевидно, не имел в виду себя. Но если предположить обратное, то становится понятным, почему художнику Сальвадору Дали, скандально известному своим экстравагантным творчеством и эпатажными изречениями, фюрер постоянно являлся в образе неотразимо порочной женщины. Гитлера не сведущий в политике Дали «рассматривал как законченного мазохиста, одержимого навязчивой идеей развязать войну с тем, чтобы потом героически ее проиграть».