Еще десять минут они обменивались комплиментами и банальными выражениями дружбы и доброй воли. Оба прекрасно себя чувствовали в этом цветистом многословии; это была часть их, хоть и разных, культур, и они подсознательно понимали побуждения и опасения друг друга, пока ходили вокруг да около, не приступая к серьезному делу.
Наконец Чэнгун достал из кармана легкого шелкового пиджака запечатанный конверт. Дорогой конверт из глянцевой бумаги кремового цвета, с изображением дракона на клапане.
– Мой отец и я, господин президент, хотим убедить вас в том, что наша преданность вашей стране неизменна. Примите это в знак нашей искренней дружбы и заботы.
Чэнгун преподнес свой дар как малозначительный и неожиданный, однако оба знали, что это результат сложных, длительных переговоров. На рынке есть и другие желающие, и среди них тот самый араб, что подарил президенту катер и «мерседес».
Потребовалось все влияние сэра Питера Харрисона, чтобы переговоры закончились в пользу БОСС и «Удачливого дракона».
В конверте содержался второй взнос лично Ифриму Таффари. Первый взнос был сделан свыше десяти месяцев назад при подписании соглашения.
Таффари ногтем вскрыл конверт (пальцы у него были длинные, изящные и очень темные на фоне кремовой бумаги) и развернул два содержащихся в нем документа.
Первый – это чек на его номерной счет в Швейцарии. Сумма – десять миллионов долларов США. Второй – документ о трансфере, нотариально заверенный в Люксембурге. Согласно этому документу 30 процентов всего имущества синдиката записаны на имя Ифрима Таффари. Официально зарегистрированное название синдиката – «Корпорация развития Убомо».
Президент снова положил документы в конверт и поместил его в карман спортивной рубашки.
– Вам потребовалось больше времени на развитие Убомо, чем я надеялся, – сказал он вежливо, но с привкусом стали в голосе. – Надеюсь, с вашим появлением здесь, мистер Нинь, все изменится.
– Я знаю о проволочках. Как вам известно, мой управляющий работает в Кахали всего около недели. Он дал мне полный отчет о положении. Полагаю, причина задержек отчасти в прежнем стиле руководства, осуществлявшегося под контролем БОСС. Было заметно определенное нежелание активно разрабатывать имеющиеся ресурсы. – Чэнгун сделал пренебрежительный жест. – Мистер Первис, представитель БОСС – сейчас он уже на пути в Лондон, – слишком чувствительный человек. Вы же знаете, какими щепетильными бывают англичане. Мой управляющий сообщает, что нам не хватает рабочих рук.
– Заверяю вас, мистер Нинь, вы получите столько рабочих рук, сколько потребуется.
Стоило прозвучать этой замаскированной жалобе, и улыбка Таффари стала чуть напряженной.
– Тридцать тысяч, – негромко сказал Чэнгун. – Такова была первоначальная оценка, одобренная вами, ваше превосходительство. До сих пор мы получили всего десять тысяч.
– Остальное получите к началу следующего месяца. – Таффари больше не улыбался. – Я отдал приказ армии. Все политические заключенные и инакомыслящие будут отправлены в трудовые лагеря в лесу.
– Это люди из племени ухали? – спросил Чэнгун.
– Конечно! – выпалил Таффари. – Вы ведь не думаете, что я отправлю к вам хита?
Чэнгун улыбнулся нелепости такого предположения.
– Мой управляющий сообщает, что ухали хорошие работники, трудолюбивые, умные и послушные. Прежде всего, они понадобятся нам в лесу. Похоже, там возникли трудности, связанные с местностью и климатом. Дороги плохие, техника застревает. Приходится использовать больше людей.
– Да, я предупреждал об этом людей из БОСС, – подтвердил Таффари. – Они не хотели использовать то, что называли… – Он помялся. – Этот Первис называл работу наших заключенных рабским трудом.
Казалось, его забавляет подобное педантичное определение.
– Эти западники, – сочувственно сказал Чэнгун. – Англичане не подарок, но американцы еще хуже. Они не понимают ни Африку, ни Восток. Их мышление останавливается на Суэце… – Он осекся. – Заверяю вас, господин президент, что теперь операциями синдиката руководит человек с Востока. Вы увидите, что мне не свойственны «западные» угрызения совести.
– Приятно работать с тем, кто понимает веления жизни, – согласился Таффари.
– Что приводит нас к проекту строительства казино и отеля в заливе Орла-Рыболова. Из слов своего управляющего я понял, что еще ничего не сделано, кроме первоначальной разведки местности. Он говорит, что на месте строительства отеля все еще стоит рыбацкая деревня.
– Уже нет, – улыбнулся Таффари. – Местность очищена два дня назад, сразу после отъезда в Лондон мистера Первиса. Деревня была рассадником контрреволюционной деятельности. Мои солдаты задержали всех противников нынешней власти. Двести трудоспособных заключенных направляются в лес, чтобы присоединиться к вашим рабочим. Площадка готова к строительству.
– Ваше превосходительство, я вижу, мы хорошо сработаемся. Разрешите показать, какие изменения я внес в график работ, подготовленный мистером Первисом.
Он открыл чемоданчик и достал из него компьютерную распечатку, занявшую весь стол.
Таффари подался вперед и с интересом слушал предложения Чэнгуна, почти полностью изменившего план операции.
По окончании лекции Таффари не скрывал своего удовлетворения.
– Все это вы сделали за короткое время после приезда в Убомо? – спросил он, но Чэнгун покачал головой.
– Вовсе нет, ваше превосходительство. Кое-какие изменения были сделаны еще до моего отъезда из Тайпея. Я прибегнул к советам отца и помощи администрации «Удачливого дракона». После моего приезда сюда понадобилось сделать лишь часть изменений с учетом советов моего управляющего и на основании его отчета об условиях и проблемах, с которыми мы столкнулись в лесу.
– Великолепно! – Таффари покачал головой. – Сэр Питер Харрисон не зря такого высокого мнения о вас.
– Планирование – это одно, – скромно заметил Чэнгун. – Выполнение – совершенно другое.
– Уверен: ту же энергию и настойчивость вы привнесете в нашу операцию. – Таффари взглянул на часы. – К ланчу я жду гостя.
– Простите, ваше превосходительство. Я и так злоупотребил вашим временем.
Чэнгун сделал вид, что встает.
– Вовсе нет, мистер Нинь. Я настаиваю, чтобы вы присоединились к нам. Вам будет интересно познакомиться с моим гостем из съемочной группы, которую нанял сэр Питер Харрисон.
