Тарас, реагируя на повелительный жест Рощина, продолжил движение, начав поворачивать к отвалу. Глядя, как вслед за бульдозером тащится туша искалеченной самоходки, Тоха ощутил, как сердце кольнула льдинка. Он понял – не увидеть ему ее больше. «Бог войны» идет в свой последний бой – на Плешивке финиш. Назад орудию уже не спуститься. В лучшем случае бросят.
В худшем…
Никитин, спустившись с брони, глядя в ту же сторону, с наигранной веселостью заметил:
– Если у них на подъеме вдруг шарахнет снаряд в стволе, от этого холма ничего не останется – всем этим мусором город закопает. Шучу. Значит, так – мы загоним танк вон в тот заброшенный цех. Оттуда через окна сможем бить на все четыре стороны – места для разворотов там полно. И выходов там несколько: не зажать нас внутри. Первая пара идет вон на ту кирпичную бочку – лестница там есть, и обзор хороший. Задача снайпера первой пары – выбивать свинок с гранатометами: у элитников они нередко бывают. Вторая пара – на крышу соседнего цеха: там тоже лестницу вижу. Задача другая – выбивать бронированные противотанковые средства. В первую очередь бей по бэтээрам с ракетами – опасные штуки. Потом уже по гаубицам – сомневаюсь, что они сумеют их правильно наводить, но мало ли… Не отвлекайтесь на расстрел автоматчиков или грузовиков – ваша задача прикрывать нас от противотанковых средств. На рожон не лезьте – нам мертвое прикрытие не нужно. Гранатометы каждой паре дали на крайний случай – если бронетехника прижмет на позиции. Да и с тремя гранатами не развоюетесь.
Тохе кое-что не понравилось:
– Товарищ майор, разрешите мне на крышу пожарки залезть? Вон она. Оттуда обзор получше, чем с крыши цеха или с той бочки.
– Далековато от нашей позиции. Метров под сто от поворота выходит.
– Мне без разницы – у меня винтовка на два километра бьет. А оттуда обе дороги, что к центру ведут, просматриваться должны хорошо.
– Не спорю – позиция неплохая. Но когда Рощин даст сигнал, что вы делать будете? Здесь вон – канава бетонированная есть. Как раз поперек тянется – от ударной волны лучшее укрытие. Вы добежать до нее можете не успеть, если на пожарке засядете.
– Товарищ майор, успеем! Или за стеной заляжем. Снаряд ведь не очень мощный.
– Боец, снаряд вообще-то атомный! Но добро даю – ты сам напросился. Только в здание не суйтесь – не хватало еще на крыс нарваться.
Вдали треснуло, затем еще раз, потом рвануло, заработали десятки автоматов.
– Ну все, – произнес Никитин. – Началось: Никодима ребята бой начали. По местам все.
* * *
Все – больше он терпеть не мог. Это не может продолжаться бесконечно.
Последняя капля – разбитый нос. Он, как обычно, присел подремать на унитазе – и неудачно упал. Это не первое неудачное падение: у него уже бывали прецеденты.
Больше не будет – это последний раз.
Поднявшись, он направился в сторону туалета, но едва достиг коридора, как развернулся в другую сторону. Сердце сковало холодом: если свинки сейчас попытаются ему помешать, все будет кончено. Наверняка схватят странного оператора и потащат к Грише. А там все решится быстро – наведение указательного пальца, вытягивание во двор, автоматная очередь в упор.
Двенадцать дней он, сидя на своем рабочем месте, анализировал всю доступную ему информацию. И не забывал следить за деятельностью свинок и их человеческого бога – Григория. Не раз замечал, как тот проходит мимо распахнутой двери – в этот тупик заглядывает. Зачем? А затем – здесь располагается что-то вроде музея их «дела». Комната с фотографиями на стенах, графики статистики, несколько артефактов с корабля и того, первого объекта, из-за которого все это стало возможным.
Эдик любил покурить и иногда при этом позволял себе лишнего – болтал много. Однажды рассказал про психогенератор, с помощью которого Гриша сумел наладить самую первую связь с компьютерами корабля. А уж затем был создан первый стационарный телепорт. Эпохальное событие.
Он хорошо запомнил, что тот злополучный психогенератор лежит теперь в музее – керамическая пластина, испещренная кругами, эллипсами и другими простейшими знаками. Зачем туда ходит Гриша? Раз ходит – значит, надо. Зачем надо? А затем – эта пластина как раз и виновна в столь плачевном психологическом состоянии коллектива. Ее механизм сейчас работает над подчинением воли сотрудников: план «Крайние меры» требует больших человеческих ресурсов. Спать и курить некогда, и забивать себе голову рефлексиями по поводу происходящего тоже не надо – все ресурсы мозга должны расходоваться на работу.
Сбоку от двери музея располагался пожарный щит. Очень удачно – топор ему пригодится.
Глава 23
§ 14. Воронка в эпицентре взрыва представляет собой кратер диаметром порядка 2 км и глубиной в центре до 200–300 м. Его поверхность представляет собой стекловидную массу толщиной до 10–12 м.
Вторая зона поражения представляет собой сравнительно ровную поверхность, покрытую слоем стекловидной спекшейся массы толщиной 0,3–0,9 м.
Третья зона поражения представляет собой бугристую поверхность, в значительной части покрытую стекловидной спекшейся массой толщиной от нескольких миллиметров до нескольких сантиметров.
Мегаполис Москва следует считать потерянным безвозвратно, какое-либо использование его территории в ближайшее десятилетие абсолютно невозможно.
М. Веллер. Б. Вавилонская. Из мероприятий по ситуации «Атомная тревога»
Наслаждайся зрелищем! Все равно в убежище тебя уже не пустят…
Практический совет для тех, кто увидел ядерный взрыв
Подниматься по вертикальной ржавой лестнице с громадной винтовкой за плечом было не слишком удобно. Но Тоха на неудобства не реагировал – преодолевал перекладинку за перекладинкой, волнуясь лишь об одном: не дай бог стукнется прицелом. Разбить не разобьет, но механические нагрузки ему противопоказаны – может начать косить, а пристреливать заново не получится – времени нет, да и враги заинтересуются шумом.
Вот и крыша – прямоугольник гудрона, окруженный кирпичными бортиками. Аккуратно поставив винтовку, Тоха склонился вниз, поманил Лысого, прикрывавшего товарища с земли:
– Давай бегом!
Рощин, готовясь к бою, заранее разбил четверку бойцов на две пары: снайпер плюс автоматчик. Стрелок выбивает живую силу противника с дальних дистанций, автоматчик прикрывает его, если свинки атакуют позицию. А еще автоматчик таскает с собой запас боеприпасов. И наушник у него в ухе постоянно торчит – на связи. Малогабаритные радиостанции были у всех (Никодим выделил из своих запасов), но снайперу в бою не до болтовни.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
