Читаем без скачивания Нелюди Великой реки. Полуэльф - Андрей Лавистов

— Купил рыцарь Бонс новую «чайку», — оживленно начал рассказывать водила, — отдал на тюнинг. Приходит в мастерскую и говорит: «Чо за дела, я столько бабла отсыпал, на весь фарш, а у меня из прибамбасов только лебедка на кенгурятнике!» А сын Лиинуэля, эльф-полукровка, который все бабло скрысил да в картишки продул, говорит: «Чепуха, зато я тебе такое поставил, чего ни у кого другого нет!»

Я чуть не поперхнулся. И не от старого несмешного анекдота про «бибику», то есть про четыре дырки в руле, куда крутые пацаны засовывают «козу-распальцовку», а от того, что таксистам, оказывается, уже проплатили рекламную кампанию… Быстро тут дела делаются…

ГЛАВА 12,

Мы остановились перед домом с ярко освещенной витриной, где привычно рекламировались услуги мальчиков-девочек, да еще ядовито-зеленая светящаяся надпись гласила, что кайф будет, а вот последствий в виде привыкания — не будет. Потому что магия! МАГИЯ!

Оставалось только удивляться, где они видели таких наивных людей и нелюдей, чтобы этой заведомой чуши поверили. Магия может усилить ощущения наркотического кайфа, может продлить его, может быть суррогатом наркотика, может из обычного сухаря сделать «улетайку», но гарантированно избавить от «зависимости», если именно в «зависимости» вся выгода банчилы?..

Я толкнул дверь в полуподвальчик и остановился — не люблю я подвалов и полуподвалов с единственным входом-выходом. И почему именно сегодня я должен по ним шариться? Увиденное заставило меня изменить свое мнение о наркоторговцах: знают они и людей, и нелюдей, и полулюдей, и не-очень-людей, и совсем уже — не-людей, и даже совсем-уже-не-нелюдей в достаточном количестве, если один прямо на лестнице кантуется — кайфует, видимо. У входа на ступеньках полусидел некто со стеклянным взглядом и поникшими остренькими ушками. Не многовато ли полукровок на квадратный метр? С нижней губы полуэльфа струйкой стекала белая пена, и это давало основания предположить, что сегодня у парня был первый заход к «опятам», в смысле, к опиатам. Так уж невыносима была его жизнь, что ему требовалось срочно отключиться от реальности любыми путями? Успокаивал ли он себя надписью на вывеске, или ему было все равно? И почему у входа? И охранник где?

Если опять вампиры, то это уже ни в какие ворота! Не бывает так, просто не бывает!

Когда я проходил мимо, уши бедолаги дрогнули, и я, хоть и стараюсь всегда обходить обдолбанных десятой дорожкой, почему-то наклонился к нарку.

— Не ходи туда! — Глаза у нарка были все такими же стеклянными, но пена изо рта почему-то отдавала абрикосами. Люди, гномы и орки всякие ничего бы не учуяли, но вот со мной такой фокус… Просто шипучка? А очень натурально выглядит! Я продолжал спускаться по лестнице, ничем не выдавая того, что слышал предупреждение сородича. Предупреждение? Пожалуй, да.

Распахнув дверь, ведущую уже не на лестницу, а в сам притон, я наткнулся на выбегающего охранника, судя по невзрачной однотонной одежонке и черненной пластинчатой кольчуге. Вышибалой оказался друэгар, он довольно невежливо отстранил меня с дороги и почему-то выматерился. Оглянувшись, я понял, что мой странный собеседник исчез, и немедленно оказался на прицеле сразу двух пистолетов. Друэгары вообще любят по два пистолета носить, и не на бедрах, а один, скажем, на пузе, а другой под мышкой. Или один на бедре, а другой за спиной.

— Что случилось? — недовольно поинтересовался я у друэгара. Чтобы охранник клиента на мушку взял, должно было что-то экстраординарное случиться.

— На свет выйди! — потребовал друэгар, и я заозирался: где тут, на подвальной лестнице, свет?

На улицу выйти или, наоборот, внутрь зайти? На улице вечереет, но света довольно. А мне внутрь надо, так что дорога одна.

Внутри «Магических ароматов», которые я незамедлительно окрестил Магарами, было действительно шумно. И гарью пахло. И всякой гадостью воняло, оправдывая название притона. Своими силами, без магии, такого запаха не добиться. А еще возле стенки, почти у выхода, было черное пятно сажи, внутри которого белел женский силуэт. Сгорела какая-то дамочка, а ореол остался? Жуткая картинка, только где пепел, кости, все такое? Друэгар, зашедший за мной, оглядел меня критически и, буркнув себе под нос что-то невразумительное, отвернулся, убрав оружие. Обознался, видать… Извиниться он не удосужился, но мне было плевать. Я никак не мог сообразить, чем меня так привлекает это опаленное пятно на стенке притона. Надеяться на вразумляющие комментарии со стороны посетителей не приходилось. Большинство из них были женского полу, поэтому прятались в отдельных кабинетиках. А иначе никак. Обдолбанную дамочку в Гуляйполе просто так не пропустят. Или ограбят, или что похуже… Смешанные же компании, сидящие в глубине общего зала, все были в той или иной стадии наркотического опьянения, а отцеживать их глюки от реальных событий у меня не было ни времени, ни желания. Оставалось побеседовать с местным «обслуживающим персоналом». За стойкой, которую при некотором допущении можно было бы назвать барной, стояла пожилая полноватая женщина с неприятным грубым лицом, из пришлых, с начесанным осветленным хаером, энергично накручивавшая рукоятку ручной кофемолки. Когда я подошел, она уже открыла нижний «ящик» своего агрегата, куда ссыпался малинового цвета порошочек, ничего общего с кофе не имеющий. Запах у порошка был ужасный — так подгнивший лист дикой вишни пахнет, если его в пальцах размять. Осторожно высыпав результат помола в непрозрачную стеклянную емкость, дамочка уперла в меня вопросительный взгляд.

— Что там произошло? — Ни «здрасьте», ни «пожалуйста» я не мог из себя выдавить. Настроение было препоганое.

— Что брать будете? — равнодушно поинтересовалась продавщица, не обратив внимания на мой вопрос.

Вот ведь какая странность: охранники и продавщицы мне при первой встрече почти всегда хамят. Можно пари заключать или на тотализаторе ставки делать… Полицейские, мужчины-продавцы, «темные личности» и шлюхи со мной, в основной своей массе, вежливы… Почему? Никогда не понимал, какая тут закономерность…

— Что у вас там, — я некультурно ткнул пальцем в пятно гари на стене, — произошло? — Повторим попытку.

Тетка за стойкой смерила меня недобрым взглядом и неожиданно «металлическим» фальцетом позвала охранника. Когда тот нарисовался, тетка немедленно указала ему на меня и нажаловалась:

— Ничего не заказывает и спрашивает, что там у нас было!