вы уж совсем… У нас ничего похожего нет и быть не может.
К л а у с. Тогда зачем же вам понадобилось куда-то ехать, чего-то искать, чего-то добиваться?!
П и н ь ч у к. Откровенно говоря, профессор, черти попутали.
К л а у с (даже подпрыгивает на месте). Что?! (Усиленно дует себе на руки, на письменный стол.) Разве у вас там, в Советском Союзе, тоже есть черти?!
П и н ь ч у к. Да не наши, приезжие, которые под видом туристов, будь они неладны! Расписали, наплели, а я, дура набитая…
К л а у с. Остальное я знаю из вашего весьма аргументированного и убедительного выступления по радио и телевидению. Между прочим, о нем сегодня трубит вся левая пресса. И не только левая! Они хотели бы, чтобы вы выступили еще раз. Я тоже думаю, что это было бы неплохо… Гм!.. И этого я вам не говорил, это вам послышалось.
П и н ь ч у к. Ладно уж…
К л а у с. Итак, сделаем логический вывод из нашей беседы. Что же, по-вашему, с вами произошло?
П и н ь ч у к. Что со мною, по-моему, произошло?.. Гм… Я ошиблась, профессор.
К л а у с. А если точнее?
П и н ь ч у к. Сделала глупость.
К л а у с. Еще точнее?
П и н ь ч у к. Свихнулась, спятила, сошла с ума.
К л а у с (торжествующе). Что для начала и требовалось доказать!
П и н ь ч у к. Ну так, ну доказали… А дальше что?
К л а у с. Дальше? Гм… Прошу иметь в виду: я не терплю лишних вопросов… (Звонит по телефону.) Министерство?.. Господина министра… Да-да, господин министр, это я, Клаус. Докладываю немедленно: мало того, что она явно сумасшедшая, она к тому же и буйная! Она укусила одного моего ассистента, чуть не выцарапала глаза другому!
П и н ь ч у к. Что-о?! Что ты врешь, профессор? Как тебе не стыдно?!
К л а у с (в телефонную трубку). Да, я вынужден взять ее под свое личное наблюдение. Сейчас она у меня в кабинете, связанная по рукам и ногам, с кляпом во рту.
П и н ь ч у к. Ну что ты врешь?!
К л а у с (в телефонную трубку). Однако, господин министр, я требую специальной усиленной охраны. Иначе я ни за что не ручаюсь. Мало ли что она еще может выкинуть! (Показывает в телефонную трубку язык, кладет ее на место, нажимает на кнопку электрического звонка.)
Входит Т р у т т и.
Веревку и кляп.
Т р у т т и. Слушаю, профессор.
Трутти выходит и тут же возвращается с веревкой и кляпом.
П и н ь ч у к. Что вы хотите со мной делать?!
К л а у с. То, что необходимо в вашем случае… Положите это пока, Трутти. Дайте мое пальто и шляпу. Да, и мои ботинки!.. (Наклоняется, расшнуровывает на себе ботинки, сбрасывает их.) Наденьте все это на нее. Да-да, на нее!
Трутти выполняет требование Клауса.
Так, хорошо… Проводите ее. Через нашу с вами дверь.
П и н ь ч у к. Куда ты меня в таком виде?!
К л а у с (дует себе на руки, стряхивает с себя что-то). На волю, мадам Пиньчук, на волю… Вот вам некоторая сумма. Садитесь в такси и поезжайте куда-нибудь на окраину, в рабочий район, а оттуда позвоните по автомату в ваше посольство. Большего, при всем желании, я сделать для вас ничего не могу.
П и н ь ч у к (радостно и благодарно). Профессор!..
К л а у с. Идите!..
Трутти увлекает Пиньчук из кабинета. Клаус хватает первый попавшийся стул и, размахивая им, крушит медицинскую аппаратуру, настольную лампу, чернильный прибор.
Возвращается Т р у т т и.
Т р у т т и. Она уехала, профессор.
К л а у с. Очень хорошо. Теперь вяжите меня… так… Заткните мне рот кляпом и заприте меня в шкафу. После этого позвоните в министерство… Было бы совсем хорошо, если бы вы еще и стукнули меня по голове чем-нибудь тяжелым.
Т р у т т и. Этого я не смогу, профессор. При всем моем уважении к вам, этого я не смогу.
К л а у с. Ну ничего. Я как-нибудь сам там, в шкафу, в порядке самообслуживания… Всего хорошего, мой мальчик!
Т р у т т и. Всего хорошего, профессор… (Проделывает все, что велел ему Клаус, и звонит по телефону.) Министерство?.. Это Трутти, помощник профессора Клауса. Срочно доложите министру… Скорее на помощь!..
Свет гаснет.
ЭПИЗОД ВОСЬМОЙ
Конец кошмара
На авансцене П о л и с м е н и П и н ь ч у к. Она, в шляпе, пальто и ботинках профессора Клауса, вошла, видит Полисмена и делает движение тотчас же скрыться.
П о л и с м е н. Эй ты, шляпа! А ну, подойди.
П и н ь ч у к (испуганно). Я, господин полисмен?
П о л и с м е н. Да-да, ты.
П и н ь ч у к (подходит). Пожалуйста… подошла.
П о л и с м е н. Что значит — подошла? Подошел, а не подошла.
П и н ь ч у к. Да, но вы же сказали: «Эй, шляпа!..»
П о л и с м е н. Гы! Верно… Можешь идти дальше. Нет, стой! Чего это ты шаришь по карманам? Что у тебя там? А ну, покажи…
П и н ь ч у к. Ничего такого, господин полисмен… Вот, пожалуйста, сигареты… Только сигареты. Даже без спичек. А вы что подумали, господин полисмен?
П о л и с м е н. Ничего. Проваливай.
П и н ь ч у к (расхрабрилась). А вы не разрешите, кстати, у вас прикурить?
П о л и с м е н. Проваливай, говорю. А то ты у меня так прикуришь!
П и н ь ч у к. Ха! «Проваливай»!.. Вам не стыдно так разговаривать с дамой?
П о л и с м е н. С какой еще дамой? А ну, давай твои документы.
П и н ь ч у к. Ой!.. (Шарит по карманам пальто.) Ф-фу-у… Вот, пожалуйста.
П о л и с м е н (берет у нее какую-то бумажку, смотрит). Гы! Прошу прощения, господин профессор… Может, вам вызвать такси? А то, если вы хватили столько, что вообразили себя дамой…
П и н ь ч у к. Нет-нет, не надо, я сама… то есть я сам!.. Благодарю вас, господин полисмен. (Уходит.)
П о л и с м е н (смотрит ей вслед). Гы! Сама!..
Входят Ш п р и ц, Л а н ц е т, П и н ц е т, К р о л ь и д р у г и е с револьверами, автоматами, гранатами в руках.
Ш п р и ц. Эй, полисмен! Здесь не проходила женщина?
П о л и с м е н. Никак нет, ваша честь.
Ш п р и ц. В мужском пальто и в такой же шляпе?
П о л и с м е н. И с документами профессора Клауса?! Гы! Проходила, ваша честь, только что. (Показывает.) Вон туда пошла…
Ш п р и ц (командует). За мной!..
Погоня. Через авансцену бежит Пиньчук, за нею — ее преследователи. Пиньчук раскрывает занавес и исчезает за ним, Шприц и остальные тоже. Из-за занавеса слышны крики, пальба, взрыв.
Занавес раскрывается.
Кабинет капитана милиции Кулика.
На сцене П и н ь ч у к (полулежит в кресле), вокруг нее К у л и к, в р а ч и м е д с е с т р а «Скорой помощи» в белых халатах.
П и н ь ч у к (приходит в себя). Где я? Что со мной?
К у л и к. Не волнуйтесь, гражданка Пиньчук, уже все прошло: вы в полном порядке. Так, доктор?
В р а ч. Да, капитан.
П и н ь ч у к (узнавая Кулика). Капитан! Капитан Кулик! Миленький!.. Я снова дома и снова у вас?! (Смотрит на бумажку, которую держит в руке.) Ну да! Вот же за вашей подписью: «Тринадцатого, к тринадцати, в тринадцатую…»
К у л и к (с досадой). Гражданка Пиньчук! Вы опять за свое!.. Я же исправил: «В четверг, к часу дня, в комнату, которая между двенадцатой и четырнадцатой».
П и н ь ч у к. Нет-нет, капитан, я не хочу, уже не хочу, чтобы вы что-либо исправляли. И очень прошу вас: скажите мне, ну скажите: «Гражданка Пиньчук! По жалобе
