ваших соседей…» и так далее.
К у л и к. А это зачем? Я вас вызвал по другому поводу.
П и н ь ч у к (умоляюще). Капитан! Миленький!..
К у л и к. Гм!.. Ну хорошо… Гражданка Пиньчук! По жалобе ваших соседей административная комиссия горисполкома за нарушение вами установленных норм санитарии и гигиены решила подвергнуть вас штрафу в размере трех рублей.
П и н ь ч у к (даже всплескивает руками от умиления). Господи! Как хорошо, как приятно слышать родной язык, простые и понятные слова: «административная комиссия», «за нарушение установленных норм», «штраф»…
К у л и к. Гм… Гражданка Пиньчук, как вы себя чувствуете?
П и н ь ч у к. Прекрасно, капитан, просто прекрасно!
К у л и к. Доктор?
В р а ч. Гражданка полностью пришла в себя. Пульс, дыхание в норме.
П и н ь ч у к. У меня не только пульс и дыхание, у меня все в норме. Кстати, все справки всегда со мной. Впрочем, насколько мне помнится, я их уже показывала вам, капитан.
К у л и к. Да-да, они у меня. Вот…
П и н ь ч у к. Вы сохранили их, да? Это очень любезно с вашей стороны, даже трогательно.
В р а ч. Мы больше не нужны, капитан?
К у л и к. Нет, доктор. Благодарю вас…
Врач и медсестра уходят.
Итак, гражданка Пиньчук… Алевтина Платоновна…
П и н ь ч у к. Одну минутку, капитан. У меня пересохло в горле. Нельзя ли чего-нибудь? Только, ради бога, никаких мадер, малаг, портвейнов!
К у л и к. Гм… Хотите газированной воды?
П и н ь ч у к. Нашей газированной воды очень хочу.
К у л и к (наливает из сифона и подает ей стакан воды). Пожалуйста.
П и н ь ч у к. Мерси… (С наслаждением пьет.)
К у л и к. Итак, Алевтина Платоновна, продолжим наш разговор. Насколько я понимаю, вы не возражаете против вашего выезда?
П и н ь ч у к. Какого выезда? Куда еще? Зачем?!
К у л и к. Да все за тем же наследством, которое оставил вам ваш бывший благоверный Станислав Пенькевич-Пеньковский-Пинько-Пиньчук.
П и н ь ч у к. Что-о?! (Приподнимается в кресле.) Капитан Кулик! Я признаю: в моем поведении там было кое-что предосудительное, но, согласитесь, в итоге вам не пришлось за меня краснеть. Зачем же вы так зло изволите надо мной шутить?!
К у л и к (недоуменно). В вашем поведении там? Где — там?
П и н ь ч у к (с укоризной). Капитан! Ну зачем?! Я ведь уже выезжала, уже получала наследство…
К у л и к. Что-о?! (Тоже приподнимается со стула.)
П и н ь ч у к. Ну что вы делаете такие глаза?.. (Оглядывается по сторонам.) Если вы считайте, что моя поездка почему-либо не должна получить широкую огласку, скажите прямо — я буду держать язык за зубами.
К у л и к (с искренним сочувствием). Гражданка Пиньчук, когда вот здесь, у меня в кабинете, вам вдруг стало плохо, мы вызвали карету «Скорой помощи» и…
П и н ь ч у к (понимающе). Хорошо, капитан, хорошо! Все было так, как вы говорите: вот здесь, у вас в кабинете, мне вдруг стало плохо, вы вызвали карету «Скорой помощи», и меня увезли в больницу. Хорошо! Так я скажу, если соседи по дому спросят, где я пропадала целый месяц…
К у л и к. Почему — месяц?
П и н ь ч у к (показывает все ту же бумажку). Да сегодня же снова тринадцатое число! Значит, прошел месяц или даже два.
К у л и к. Гм!..
П и н ь ч у к. А как я скажу… что я скажу, если те же соседи по дому у меня спросят, откуда я взяла заморскую птицу?
К у л и к. Какую птицу?!
П и н ь ч у к. Попугая Сократа. В самую последнюю минуту мне сумели передать его мои ребята — Сандр и девочки… Между прочим, капитан, у вас с Сократом много общего — одни и те же взгляды, например. Правда, выражаете вы их неодинаково: вы — намеками, а он — прямо, без обиняков. Когда я заторопилась за этим злополучным наследством, вы — помните? — сказали мне: «Гражданка Пиньчук, что с вами? Будто вы всю жизнь только об этом и мечтали!..» А Сократ мне там резал правду-матку прямо: «Дур-р-ра!.. Чер-р-ртова пер-р-речница!.. Стар-р-рая скр-р-ряга! Жадина! Жмот!..»
К у л и к (решает не противоречить). Да-да, конечно. У нас с ним много общего… (Нажимает на кнопку электрического звонка.)
П и н ь ч у к. И я решила подарить его вам. На память об операции, проведенной мною там… не без вашего участия.
К у л и к. Да-да, конечно. Буду очень рад. Большое вам спасибо… (Снова нажимает на кнопку.)
П и н ь ч у к (смотрит по сторонам). Но я не вижу его… Куда он мог деться? Неужели в суматохе я не захватила даже его?!
К у л и к (в третий раз нажимает на кнопку электрического звонка, зовет). Эй, кто там есть!..
П и н ь ч у к. Кого вы зовете? Зачем? Вы же еще не закончили со мной.
К у л и к. Что?.. Да-да. Извините. Я просто хотел узнать, карета уже уехала или нет…
П и н ь ч у к. Не надо, капитан. (С иронической улыбкой.) Вы что, милый, думаете, что я того?.. Нисколько. Я тогда была того, когда, не подумав как следует, не взвесив все «за» и «против»… В общем, я тогда была того, а сейчас нет. И давайте продолжим…
К у л и к. Гм… А может, отложим? Может быть, как-нибудь в другой раз?
П и н ь ч у к. Да нет, зачем же откладывать?!
К у л и к. Ну хорошо, хорошо…
П и н ь ч у к. Вот что, милый… Сообщите кому следует: никуда я больше не поеду и ничего в натуре и в иностранной валюте получать не буду.
К у л и к. А как?.. А как вы хотите, гражданка Пиньчук?
П и н ь ч у к. Наличными, в нашей валюте, в пересчете на рубли. Причем поручаю нашим соответствующим организациям получить и передать их в какой-нибудь фонд… помощи детям… голодным, раздетым и разутым детям.
К у л и к (взволнованно). Гражданка Пиньчук! Алевтина Платоновна!.. (Выходит из-за письменного стола, подходит к Пиньчук и целует ей руку.)
П и н ь ч у к. О капитан! Милый!.. Помню, вам понравились мои трехцветные котята… (Тащит котят из большой сумки.) Вот, пожалуйста… Пару вам, а остальных трех кому-нибудь из ваших. Вообще составьте список ваших сотрудников и заберите у меня всех моих кошек.
К у л и к. Всех?! А как же… А как же вы?!
П и н ь ч у к. Я?.. Видите ли, капитан, после всего, что произошло… Короче говоря, я оставлю себе из наследства энную сумму и передам ее нашему горсовету. Мы построим в районе, где я живу, еще один кинотеатр. Детский. Бесплатный! И может… И может, горсовет назначит меня в этом кинотеатре… директором!
Свет гаснет.
З а н а в е с.
