Вторая важнейшая задача стачек состояла в том, чтобы принудить нанимателей сократить продолжительность рабочего дня, не нарушать время обеденных перерывов, гарантировать отдых по церковным праздникам и воскресеньям. Поначалу рабочие соглашались на 12 часов работы в день и лишь со временем начали добиваться сокращения. В Англии движение за 10-часовой рабочий день уже в 1830 г. охватило рабочих всех фабричных районов страны, а прядильщики хлопка намеревались начать 1 марта 1834 г. всеобщую забастовку с целью заставить предпринимателей ввести 8-часовую работу. С 80-х гг. это требование стало одним из главных в забастовочном движении европейских стран. Пролетариат через стачки отвоевывал право на полноценный отдых за счет сокращения рабочего времени. Эта борьба не сразу привела к реальному результату, но последовательно подтачивала сопротивление буржуазии и правительств, пока не вынудила их к законодательной регламентации трудовых отношений.
Причиной стачек могла стать неустроенность быта. В 1909–1910 гг. в Южном Уэльсе разразилась крупная шахтерская забастовка под влиянием жен шахтеров. Введение 8-часового рабочего дня побудило владельцев шахт ввести несколько смен. Поскольку мужьям и сыновьям редко удавалось попасть в одну смену, женам пришлось готовить обед в разное время. Недовольные этим, они инициировали стачку, в которой и сами играли активную роль: преследовали штрейкбрехеров, забрасывали полицейских камнями, били окна контор.
Уже на ранних этапах в забастовочной борьбе проявляются политические мотивы. Рабочие, осознавая необходимость завоевания демократических прав и свобод, на первых порах активно включались в борьбу на стороне тех фракций буржуазии, которые выступали за утверждение принципов либерализма. Первая в мировом рабочем движении политическая забастовка произошла в апреле 1820 г. в Шотландии, где тайная радикальная организация попыталась возглавить 60-тысячную стачку рабочих в поддержку требования коренной избирательной реформы. С тех пор борьба за всеобщее избирательное право стала главным содержанием политических забастовок, проходивших по инициативе рабочих и социалистических партий в конце XIX – начале XX в. Многие стачки были массовыми и результативными. В мае 1891 г. около 100 тыс. бельгийских шахтеров включились в забастовку, требуя права голоса на выборах. В апреле 1893 г. стачка по этому же поводу охватила все важнейшие центры страны и привлекла уже 250 тыс. рабочих. Через неделю после ее начала парламент Бельгии провел избирательную реформу, расширившую состав электората. В 1902 г. стачки под лозунгами демократизации избирательной системы проходили вновь в Бельгии (300–350 тыс. человек, более трети рабочих страны) и Швеции (120 тыс. человек, 85 % промышленного пролетариата). В январе 1906 г. состоялась первая массовая политическая забастовка в Германии, когда 80 тыс. гамбургских рабочих выступили против попытки местного сената ограничить права избирателей. Аналогичные стачки проходили и в других странах. В целом силовое давление в форме политических забастовок свидетельствовало о серьезных намерениях трудящихся добиваться демократизации общественного строя своих стран, с чем правящие элиты вынуждены были считаться.
Зарождение и развитие европейских профессиональных союзов
Союзы подмастерьев
Вплоть до 30-х гг. XIX в. во многих странах сохранялись старинные организации рабочих – союзы подмастерьев. В новых социально-экономических условиях, созданных промышленной революцией, они во все большей степени концентрировали усилия на защите ремесленно-мануфактурного пролетариата от произвола предпринимателей. Однако эти организации отличались сектантским духом исключительности и нетерпимости по отношению друг к другу, неистребимым чувством соперничества и взаимной вражды на почве конкуренции представителей одинаковых или смежных ремесел. Поэтому союзы такого типа не отвечали потребностям основной массы пролетариев, чье положение и образ жизни в эпоху машинного производства резко изменились. Профессиональными организациями пролетариата становятся объединения, возникавшие вне рамок союзов подмастерьев и сплачивавшие более широкие слои рабочих.
Этап нелегальной деятельности английских тред-юнионов
Необходимость объединения по профессиям раньше других осознали квалифицированные ремесленно-мануфактурные рабочие. Они в большей мере ощущали принадлежность к своему классу, отличались более высоким интеллектуальным и культурным уровнем и уже в середине XVIII в. создали в Англии ассоциации квалифицированных рабочих хлопчатобумажных производств. До конца века профессиональные союзы, или тред-юнионы (от англ, trade – ремесло, профессия и union – объединение, союз), появились в самых различных отраслях мануфактурного производства.
Пролетариат придал вновь создававшимся организациям традиционную, привычную форму – объединений по профессиям или даже узким специальностям: отдельно союзов ткачей, льноткачей, шелкоткачей и др. Первоначально они выступали в виде обществ взаимопомощи, страховых касс, союзов противодействия предпринимателям, временных забастовочных коалиций и др. Зачастую грани между всеми этими разновидностями стирались, а сами общества практически функционировали как профессиональные союзы.
В Англии тред-юнионы, на ранних стадиях выступавшие как «клубы по профессиям», «дружеские общества», к концу XVIII в. обнаружили явную тенденцию к консолидации. Этот процесс насильственно прервало репрессивное законодательство. В 1799 и 1800 гг., когда во Франции продолжалось сокрушение старого режима, а Англия вела с ней войну, а правительству Уильяма Питта «во всем мерещились государственная измена и подстрекательство к бунту»[197], Палата общин приняла два билля. Они запрещали объединения как рабочих, так и предпринимателей. Но если последние ни разу не привлекались к ответственности по этому основанию, то тред-юнионы оказались объектом постоянных преследований.
За создание тред-юниона и участие в нем, организацию и проведение стачки предусматривалось заключение в тюрьму на срок до трех месяцев или двухмесячное пребывание в исправительном доме с конфискацией денежных средств тред-юнионов. Основы легального существования профессиональных союзов были ликвидированы. Сохранилась лишь возможность функционирования клубов и больничных касс. Под них маскировались многие тред-юнионы. Другие, загнанные в подполье, превратились в конспиративные организации с соответствующими тайным обществам ритуалами и клятвами.
Период нелегального тред-юнионизма длился четверть века. В 1824 г. парламент отменил запрет на объединения. Именно с этого времени начинается организация общенациональных профессиональных союзов, таких как Общество строителей паровых машин (1824), Всеобщий союз плотников и столяров (1827) и др. Но вместе с правом на легальное существование и законную деятельность профсоюзы не получили статус юридического лица. В связи с этим они не могли рассчитывать на судебную защиту в случае конфликтов с предпринимателями или злоупотреблений собственных служащих, что чаще всего выражалось в хищении профсоюзных денег. Хотя теперь рабочий формально имел возможность «прекращать работу» в целях улучшения условий труда, его можно было привлечь к ответственности за действия, «препятствующие нормальному развитию промышленности». Закон защищал нечленов профсоюзов и штрейкбрехеров от акций «устрашения». Все эти ограничения отпали после того, как профсоюзы Великобритании получили официальное признание по Акту о тред-юнионах 1871 г.
Тред-юнионы после легализации
Официальное признание привело к формированию и быстрому развитию цеховых тред-юнионов, объединявших рабочих по профессиям. В число наиболее крупных союзов вошли Объединенное общество механиков, Общество котельщиков и судостроителей, Общество чугунолитейщиков, Лондонское общество наборщиков. Эти и другие тред-юнионы являлись национальными профсоюзами, членами которых могли быть только квалифицированные рабочие, прошедшие соответствующее обучение. Система руководства строилась на основе полной централизации: появились освобожденные функционеры, имелись национальные правления и штаб-квартиры. Без их разрешения местные отделения не имели права объявлять забастовки или расходовать деньги на нужды, не оговоренные в уставах. Денежные фонды использовались для выплаты пособий во время забастовок, оказания помощи в случае болезни, похорон, безработицы, переезда на новое место и даже эмиграции. Членские взносы были высокими, нередко 1 шил. в неделю.
Подобные тред-юнионы не ставили перед собой социалистические цели, исходили из общности интересов пролетариата и буржуазии, а потому своей задачей считали улучшение условий жизни и труда рабочих в рамках существующего строя. Признавая теорию и практику классового сотрудничества, тред-юнионы отрицательно относились к забастовкам и предпочитали урегулирование трудовых конфликтов через арбитраж. Постепенно усиливались связи между отдельными тред-юнионами. Они получили организационное оформление, когда в 1868 г. очередная (до этого их было немало) общенациональная конференция получила статус Конгресса тред-юнионов, фактически высшего координирующего центра профдвижения и в качестве такового в последующем регулярно собиравшегося.
