— Насколько я помню, Хорст дал нам приказ остерегаться этого здания, — встревоженно сказал Уитбрид.
— Будьте осторожны с ним — вот что он сказал. Едва ли это можно назвать приказом. Мы можем узнать что-нибудь о мошкитах, разве нет?
— Ну хорошо… — Это была интересная головоломка. — Попробуй снова влево, — подсказал Уитбрид. — Держи это. — И он нажал на символ, означающий Мошку-1. Тот со щелчком сдвинулся. — Теперь снова влево.
— Да. Астрономические карты мошкитов показывают, что планеты движутся против часовой стрелки.
На третьей цифре дверь начала подниматься вверх.
— Сработало! — воскликнул Уитбрид.
Дверь поднялась на высоту полутора метров. Поттер взглянул на Уитбрида и сказал:
— И что теперь?
— Ты что, смеешься?
— У нас есть приказ, — медленно сказал Поттер.
Они сели между растениями и посмотрели друг на друга. Потом взглянули на купол. Внутри горел свет, и они могли легко заглянуть под дверь. Внутри стояли здания…
Стейли шел уже три часа, когда увидел самолет. Он был высоко и двигался быстро, и Стейли замахал ему руками, надеясь, что его заметят. Этого не произошло, и он пошел дальше.
Потом он снова увидел самолет. Тот был позади него и летел гораздо ниже. Самолет опустился еще ниже и исчез за низкими, округлыми холмами, где, видимо, сел. Стейли пожал плечами. Наверняка они нашли его парашют и спасательную шлюпку и сейчас ищут его следы, уходящие с места приземления. Направление сомнений не вызывало. Больше здесь идти было некуда.
Через несколько минут самолет поднялся и направился прямо к нему. Сейчас он двигался медленно, явно осматривая местность.
Стейли снова замахал руками, хотя первым его импульсом, разумеется глупым, было спрятаться. Ему требовалось, чтобы его нашли, хотя было не понятно, что он должен был сказать мошкитам.
Самолет пролетел мимо него и завис. Реактивные сопла изогнулись взад и вперед, и самолет опасно быстро сел среди растений. Внутри находились три мошкита, и один Коричнево-белый быстро выскочил из машины.
— Хорст! — сказала она голосом Уитбрида. — А где остальные?
Стейли указал на круглый купол. До него было еще не менее часа ходьбы.
Мошкита Уитбрида как будто поникла.
— Нужно спешить туда. Хорст, они еще там?
— Конечно. Они ждут меня там уже около трех часов.
— О мой Бог! Может, они не смогут войти внутрь. Уитбрид не должен войти внутрь. Поднимайтесь, Хорст. — Она указала на самолет. — Вам придется как-то сжаться.
Внутри находился второй Коричнево-белый, а пилот был Коричневым. Мошкита Уитбрида пропела что-то в пяти октавах, пользуясь по меньшей мере девятью тонами. Второй Коричнево-белый замахал руками. Они освободили место для Стейли между облегченными сиденьями, и Коричневый повернул какие-то рычаги. Самолет поднялся и помчался к зданию впереди.
— Может, они не вошли туда, — повторила Мошкита Уитбрида. — Может быть…
Хорст неудобно скорчился в мчащемся реактивном самолете и недоуменно качал головой. Все это ему не нравилось.
— Что-то не так? — спросил он.
Мошкита Уитбрида как-то странно взглянула на него.
— Может, и ничего.
Остальные мошкиты вообще ничего не сказали.
34. Правонарушители
Уитбрид с Поттером стояли в куполе и удивленно таращили глаза.
Купол был просто футляром. Единственный источник света, очень похожий на послеполуденное солнце, сиял на половине расстояния до крыши. Мошкиты использовали этот способ освещения во многих зданиях, которые видел Уитбрид.
То, что находилось под куполом, походило на маленький город. Впрочем, не совсем. В домах никого не было. Вокруг не было ни звуков, ни движения, ни света хотя бы в одном окне. Да и здания…
В этом городе не было согласованности. Здания чудовищно не увязывались друг с другом. Уитбрид содрогнулся при виде двух прямолинейных многоэтажных колонн, обрамлявших нечто, что могло быть увеличенным средневековым собором, тысячи карнизов которого охранялись теми, кого мошкит Бери назвал демонами мошкитов.
Здесь были сотни архитектурных стилей и по меньшей мере дюжина уровней технологии. Эти формы невозможно было построить без использования напряженного бетона или чего-то более утонченного, а здание возле ворот было из высушенного солнцем кирпича. Здесь крепкий прямоугольник имел стены из серебристого стекла, а там стены были из серого камня, и крошечные окна в них не имели стекол, а только ставни, защищающие их от стихий.
— Дождевые ставни. Это должно было быть здесь еще до купола, — сказал Поттер.
— Это любому ясно. Купол почти новый. Этот… собор в центре — или что это такое — настолько стар, что почти рассыпается.
— Взгляни сюда, на эту параболически-гиперболическую конструкцию, выступающую из стены… Ты только посмотри на эту стену!
— Да, это должно быть частью другого здания. Бог знает, насколько все это старо. — Стена была толщиной более метра и зазубрена по краям и на вершине. Она была сделана из разукрашенных каменных блоков, весивших не менее пятисот килограммов каждый. Какие-то растения, похожие на виноград, окружали их, прорастая насквозь, и, должно быть, именно это удерживало стену целой.
Уитбрид наклонился ниже и внимательно пригляделся к этим растениям.
— Никакого цемента, Гэвин. Именно они держат блоки вместе. Кроме того, это поддерживает остальную часть здания, сделанного из бетона. Это строилось последним.
— Ты помнишь, что говорил Хорст о Каменном Улье?
— Он сказал, что чувствует его возраст. Как это верно…
— В этом месте должны быть все времена. Думаю, мы нашли музей… Музей архитектуры? И они все добавляли к нему экспонаты, столетие за столетием, пока не поставили сверху этот купол для защиты от стихий.
— Да…
— Ты, кажется, сомневаешься?
— Этот купол имеет два метра толщины и сделан из металла. Какого рода стихии…
— Например, падение астероида. Впрочем, нет, это ерунда. Астероиды давным-давно собрали вместе.
— Я думаю, нужно взглянуть на этот собор. Похоже, это старейшее здание здесь.
Собор сам по себе оказался музеем. Любой цивилизованный гражданин Империи мог бы определить это — все музеи похожи друг на друга.
Там были ящики из стекла, а внутри старые вещи, снабженные табличками с датами и сведениями о них.
— Я могу прочесть даты, — сказал Поттер. — Смотри, они из четырех или пяти цифр. Насколько они стары, Гэвин?
— Так… их год короче… Пять цифр. Датировка идет от какого-нибудь события… и этот знак минус перед каждым числом… Нужно подумать… — Он вынул свой компьютер и стал быстро писать на табло. — Это число должно быть семьдесят четыре тысячи и сколько-то еще. Джонатон, таблички почти новые.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
