конюхов, телохранителей и других людей из непосредственного окружения шаха было несколько исмаилитов. Напуганный и в то же время охваченный любопытством визирь упросил посла показать ему этих опасных слуг, дав свою салфетку как залог того, что с ними не случится ничего плохого. В тот же миг по знаку посла пять человек из числа прислуживающих на пиру выступили вперед, признавая тем самым, что они переодетые асасины. Один из них, индус, сказал визирю: "В любой день и час я мог без шума убить тебя — и не сделал этого только потому, что не получил приказа от моих повелителей". Визирь взмолился о пощаде. История дошла до шаха, который приказал схватить этих асасинов и сжечь их заживо. "Все пятеро были брошены в пылающий костер и сгорели, торжествуя, что оказались достойными принять страдание и смерть ради великого "Горного старца".
Последнее слово все-таки осталось за асасинами: сразу же после этого события из Аламута поступил приказ, чтобы шах заплатил за каждого сожженного по десять тысяч золотых, — и тот подчинился.
Одним из любимых, хотя и побочных занятий асасинов было содержание в Аламуте в качестве пленников талантливых и образованных людей, приносящих секте пользу благодаря своим познаниям в военном деле, педагогике и других областях. Среди этих пленников были, в частности, врач, знаменитый астроном и крупнейший художник Персии, работавший только по личным заказам "Горного старца".
Конец главы был близок: монгольские орды Хулагу — внука Чингисхана — методично разрушали все исламские цивилизации, лежавшие на пути их неумолимого движения на Запад. Сын и преемник Алаэддина, Рукнеддин, попробовал остановить волну монгольского наступления, однако после ряда стычек, сражений, а также происков и козней с той и с другой стороны потерпел поражение. Насколько возможно, он пытался выиграть время, но в конце концов был убит победоносными монголами. Могущество асасинов в Персии было сокрушено, и оставшиеся в живых члены секты получили приказ — никто не знает от кого — затаиться и ждать, когда поступит сигнал действовать. В Аламуте воцарилась тишина; неразгромленной оставалась только сирийская часть организации.
Прошло немало времени, прежде чем египетский султан-мамлюк смог противостоять натиску монголов. В 1260 году он наконец одержал победу под знаменами ислама и вернул асасинам, терпеливо ждавшим в подполье своего часа, замок Аламут и другие их владения. Очень скоро, однако, те обнаружили, что сменили одного хозяина на другого, так как египетские мамлюки начали использовать их в своих собственных целях. Знаменитый путешественник XIV века Ибн Батута пишет, что асасины прочно обосновались в своих прежних укреплениях и"…стали для египетского султана стрелами, которыми тот поражает своих врагов".
Уничтожение секты асасинов в результате опустошительного монгольского нашествия шесть столетий тому назад — в чем дружно уверяют нас историки — не что иное, как миф. Время от времени становятся известными факты, свидетельствующие о том, что она все еще существует. В XVIII веке это, например, попытался доказать британский консул в городе Алеппо, в Сирии. "Некоторые авторы утверждают, — пишет он, — что эти люди были полностью истреблены татарами в XIII веке… но после длительного пребывания в здешних проклятых местах я берусь засвидетельствовать, что их отродье все еще живет в окружающих горах, ибо нет таких жестоких, варварских и отвратительных вещей, которые не совершались бы ими и даже не были бы предметом гордости этих гнусных негодяев".
Асасины рассеялись по Азии. После захвата монголами Персии в Индии возникло тайное общество убийц — тугов. По крайней мере, одна из условных опознавательных фраз тугов ("Али бхай салам!") означает приветствие преемнику пророка — Али, которого более всего чтили асасины. Современные исмаилиты, не все из которых признают одного и того же вождя, живут в таких отдаленных друг от друга местах, как Малайский архипелаг, восточная Африка и Цейлон Они могут не считать себя аса-синами и не обязательно должны походить на фанатиков "Горного старца", но по меньшей мере некоторые из них почитают потомков властителей Аламута, вплоть до их обожествления.
Современный период исмаилизма начинается в 1810 году, когда французский консул в Алеппо узнал, что персидские асасины признавали своим богоизбранным вождем предполагаемого потомка четвертого владельца Аламута, который жил в Кехке — деревушке между Исфаханом и Тегераном. Этот шах Халилулла"…почитался почти как Бог, ему приписывали власть творить чудеса… обожатели Халилуллы дрались за обладание обрезками его ногтей, а вода, в которой он мылся, становилась святой водой".
В следующий раз общественность получила возможность убедиться в существовании секты благодаря одному необычному судебному процессу, который состоялся в 1866 году в Бомбее. В этом городе есть крупная община торговцев, которых называют "ходжаи". "Некий перс, — говорится в одном официальном документе, — Ага-хан Мехалати, послал доверенное лицо в Бомбей потребовать от ходжаев причитающуюся ему дань — примерно 10 000 фунтов стерлингов. Его требование было отклонено, и Ага-хан обратился в британский суд. Сэр Джозеф Арнольд провел расследование. Ага-хан доказал, что является потомком четвертого Великого Магистра Ала-мута, и сэр Джозеф объявил его происхождение установленным; в ходе судебного процесса было также обнаружено, что ходжаи являются членами древней секты асасинов и что в вышеупомянутую секту они были вовлечены четыреста лет тому назад одним исмаилитским проповедником, написавшим книгу, которая до сих пор считается у них святой".
Во время Первой англо-афганской войны[22] тогдашний Ага-хан предоставил в распоряжение английской армии отряд легкой кавалерии, за что получил денежное содержание. Хитти в своей "Истории арабов" отмечает, что члены секты асасинов, которые называются "ходжаи" и "мальваи", отдают десятую часть своих доходов Ага-хану, "почти все свое время проводящему в конноспортивных состязаниях в Париже и Лондоне".
Многие исследователи признают влияние организационной структуры, методов подготовки и обрядов посвящения, разработанных асасинами, на развитие последующих тайных обществ. Дошедшие до нас документы крестоносцев, с подробными описаниями секты, свидетельствуют о том, что они немало знали об асасинах-исмаилитах. С. Амир Али. востоковед с солидной репутацией, даже утверждает, что"…крестоносцы заимствовали у исмаилитов концепции, которые легли в основу всех европейских тайных обществ, религиозных и мирских. Ордена тамплиеров и госпитальеров и учрежденное Игнатием Лойолой "Общество Иисуса", состоявшие из людей, чья преданность своему делу остается непревзойденной; монашеские ордена суровых доминиканцев и умеренных францисканцев — все эти организации имеют свои истоки либо в Каире, либо в Аламуте. Тамплиеры же с их великими магистрами, великими приорами, фанатиками-святошами и степенями посвящения особенно похожи на исмаилитов Востока".
Читайте в третьем выпуске:
Дик ФРЭНСИС
Нерв
Ласло ДЮРКО
Под сенью смерти
Алекс СЛОНБИ
Путешествие из Африки в Москву
Джордж ОРУЭЛЛ
Памяти Каталонии
6 р.
