победного конца.
Она затребовала у Агнес данные о часе, дне и месте рождения «Человека с Марса», будучи твердо уверенной, что таких сведений не существует в природе.
Однако эта информация, заимствованная из бортового журнала «Посланца», была ей вскоре вручена.
К этому времени мадам Весант уже успокоилась, приняла посланные материалы и обещала известить, когда гороскопы будут готовы.
После двух часов мучительного блуждания среди множества цифр, она, хотя вчерне и завершила работу над мистером и миссис Дуглас, но ровным счетом ничего не могла сказать о Смите. Причина загвоздки была проста и неустранима: Смит родился не на Земле.
В ее астрологической библии ничего на сей счет не было сказано, поскольку анонимный автор отдал Богу душу еще до первого полета на Дуну. Она попробовала решить эту дилемму, используя положение, что принципы — есть принципы, и они неизменны, и что нужно лишь внести некоторые коррективы, связанные с местом рождения. Но тут она сразу же оказалась вовлеченной в лабиринт непонятных взаимозависимостей. Она даже не была уверена, что знаки Зодиака действительны на Марсе. А что можно сделать без знаков Зодиака?
Ей было бы, вероятно, легче извлечь кубический корень, хотя именно он послужил причиной того, что ей пришлось покинуть школу досрочно.
Мадам Весант достала бутылку тоника, которую приберегала для особо трудных случаев. Она приняла стаканчик, налила другой и задумалась о том, как бы в этом случае поступил Саймон. Ей показалось, что она слышит его уверенный голос; «Главное — это уверенность в себе, детеныш. Если ты уверена, тогда и все прочие дураки поверят тебе! Всегда смело рассчитывай на их глупость».
Теперь она чувствовала себя куда лучше и бодро взялась за гороскопы Дугласов. После них написать гороскоп Смита было уже совсем легко. Она обнаружила, что написанное слово (как всегда) звучит солиднее сказанного. Слова, перенесенные на бумагу, выглядели очаровательно и весомо. Мадам Весант уже кончала работу, когда позвонила миссис Дуглас.
— Элли, ты еще не закончила?
— Заканчиваю, — деловито ответила мадам Весант. — Ты, конечно, понимаешь, что гороскоп Смита представляет собой необычайную и очень трудную проблему для науки. Он ведь родился на другой планете, и каждый аспект приходится пересчитывать по-новому. Влияние Солнца уменьшается, Венеры — почти пропадает, зато Юпитер оказался в совершенно иной, можно сказать, уникальной роли, что, как я полагаю, требует…
— Элли, хватит об этом! У тебя есть ответы?
— Естественно.
— Благодарение Богу! А мне показалось, что ты объясняешь мне причины, по которым проблема оказалась тебе не по зубам.
Мадам Весант тут же дала ей понять, что ее достоинству нанесена кровоточащая рана.
— Моя дорогая, наука истинна, меняются лишь формы и отношения. Силы, которые определили мгновение и место рождения Христа, которые открыли Цезарю момент и обстоятельства его смерти, — не могут ошибаться. Истина — есть Истина, она неизменна.
— О да, конечно!
— Ты готова?
— Сейчас, только переключу на запись. Давай…
— Отлично. Агнес, это один из самых критических моментов вашей жизни. Никогда еще небеса не создавали такого сочетания силовых линий! От тебя требуются прежде всего хладнокровие и глубокое продумывание каждого шага. В целом, перспективы у тебя благоприятные, но, разумеется, лишь в том случае, если ты не совершишь каких-нибудь опрометчивых действий. Не позволяй отвлекать свой ум деталям, лежащим на поверхности…
И пролился целый дождь подобных советов. Бекки Вейси была мастер давать хорошие советы, она обладала огромной силой убеждения, ибо считала их действительно превосходными. От Саймона она почерпнула, что, даже если звезды предсказывают беду, всегда следует найти возможность смягчить удар и намекнуть, что есть обстоятельства, которые клиент может использовать для достижения своего полного благополучия.
Напряженное лицо на экране ее видеофона успокоилось и стало одобрительно кивать в самых важных местах.
— Из этого мы заключаем, что отсутствие юного Смита есть неизбежное следствие, вызванное совместным влиянием трех гороскопов. Не беспокойся, он вернется… или же вы услышите о нем… и очень скоро. Самое важное — не принимать никаких скороспелых решений. Будь благоразумна.
— Понятно.
— И еще одно. Влияние Венеры благотворно и потенциально должно перевесить влияние Марса. Венера, разумеется, это ты, а Марс — твой муж и юный Смит, вследствие уникальных обстоятельств своего рождения. Это означает, что ты несешь двойное бремя ответственности и тебе придется принять вызов. Ты должна быть готова проявить те качества спокойной мудрости и стойкости, которые свойственны исключительно женщинам. Ты должна служить опорой своему мужу, вести его сквозь этот кризис и служить ему утешением. Тебе предстоит стать для него источником мудрости Земли-Матери. Это твой главный талант, и тебе его следует использовать со знанием дела.
Миссис Дуглас облегченно вздохнула.
— Элли, ты просто бесподобна! Не представляю, что бы я делала без тебя!
— Благодари тех древних учителей, чьим недостойным последователем являюсь я.
— Ну ИХ-TO я физически не могу поблагодарить, а тебя могу. Эта услуга не может быть покрыта выданным тебе задатком.
— Нет, нет, Агнес, служить тебе — это моя привилегия.
— А моя привилегия — оценивать эти услуги. Элли, ни слова больше!
Мадам Весант позволила уговорить себя, а затем выключила экран, вполне удовлетворенная тем, что дала совет, который, как она знала, наверняка правилен. Бедняжка Агнес! Действительно, расчищать ей путь, облегчать ей ношу — это важная привилегия. Она обожала помогать Агнес.
Мадам Весант было приятно, что с ней почти как с равной обращается супруга самого Генерального секретаря, хотя думала она об этом не так уж часто, ибо вовсе не была снобом. В юности Бекки Вейси была персоной крайне незначительной, и члены надзорной комиссии местного полицейского участка даже не могли как следует запомнить ее фамилию, хотя были неплохо знакомы с ее бюстом. Бекки Вейси, однако, не помнила зла. Бекки любила людей. Агнесу Дуглас она тоже любила. Бекки любила всех.
Она посидела, наслаждаясь теплом камина, и отпила еще чуточку тоника, но ее изощренный ум в это время уже анализировал клочки той информации, которые она подобрала. Чуть позже она позвонила своему биржевому брокеру и приказала ему продать акции «Лунар Энтерпрайз».
Он так и фыркнул:
— Элли, диета явно действует на твои мозги!
— Слушай меня, Эд. Когда они упадут на десять пунктов, прикрой меня, даже если они будут продолжать падать… когда же они поднимутся пункта на три, — покупай опять… а продашь тогда, когда они вернутся к курсу сегодняшнего дня.
Последовало многозначительное молчание.
— Элли, ты что-то знаешь! Расскажи дядюшке Эду.
— Это послание звезд.
Эд вслух предположил нечто, астрономически совершенно невозможное.
— Ладно, если ты не хочешь сказать, так тому и быть. Ммм… Никогда не мог воздержаться
