Угу.
Уверен, что дело не только и не столько в оппозиции.
Девочки начали показывать зубки. В том числе и друг другу. И даже мне. А это плохо.
Ох, уж это вечное соперничество между старшими и младшими, конфликт отцов и детей. И как тут строить Терру Единства?
Могло ли быть иначе? Вряд ли. Не могло быть и речи о том, чтобы дочери русского Императора воспитывались такими вот овечками на пасторальных лужках, с розовыми бантиками и колокольчиками на шее. Равно как ни о каком «Домострое» разговоров быть не могло. Я воспитывал девочек так, чтобы они могли не только быть умными, рассудительными и коварными жёнами своих августейших супругов, но и сами могли править. Кроме того, жизнь полна опасностей, и в случае, если бы с Сашкой что-то случилось (а жизнь монарха и Наследника Престола полна всяких опасностей), то любая из моих дочек должна была бы стать будущей Императрицей Единства. Со всеми вытекающими. О каком «Домострое» и послушании кротком может идти речь в таких условиях?
Так что…
А Емца, пожалуй, нужно возвращать домой. Что-то мне тенденции в его исполнении перестают нравится. Так и от рук отбиться недолго. Надо кого-то подыскать на его место. Впрочем, возможно тот же Мерецков и справится.
Посмотрим.
Нужно думать.
Глава 7
Поколение Единства
ИМПЕРИЯ ЕДИНСТВА. РОМЕЯ. КОНСТАНТИНОПОЛЬ. МАЛЫЙ ИМПЕРАТОРСКИЙ ДВОРЕЦ. КАБИНЕТ МЕСТОБЛЮСТИТЕЛЬНИЦЫ. 8 января 1937 года.
Ольга смотрела на город. Отгремели рождественские торжества. Конечно, народ продолжал гулять, но пик официального празднования был вчера.
Да, вчера они с Машей отстояли торжественную церковную службу в Соборе Святой Софии. Миша был в Москве, Саша где-то в разъездах, Мика терпеливо грустила на Острове, остальным тоже было не до церемоний и прочего протокола.
В общем, пришлось им с Машей отдуваться вдвоём.
Если кому интересно, то отстоять несколько часов службы в церкви в полном красоты платье — это ещё то удовольствие. Одни всякие драгоценности сколько весят. Так что той же Мике нечего делать на официальном богослужении. Ограничилась домашним храмом на Острове.
Но Маша отстояла всю службу во всей императорской тяжелой красе. Иногда у Ольги возникало ощущение, что жена Миши просто семижильная. Конечно, это было не так, но всё равно Маша — молодец.
Ольга вздохнула и вернулась к своему рабочему столу.Доклады, отчёты, сообщения, донесения. Много-много бумаг.
Привычная рутина. Двадцать лет она на этом посту. Ну, почти двадцать. Но, что меняют какие-то паршивые полгода?
Очередной доклад: «Отчет технической инспекции о сейсмоустойчивости зданий в Константинополе». Много слов, цифр, муторных таблиц и «весёлых» графиков. Типа, сколько процентов сложится домов при землетрясении такой-то силы. И прогнозируемое количество погибших и пострадавших.
Блажь? Отнюдь. Малую Азию и сам Город трясло регулярно. Пусть и не со страшной силой. Но, в истории случалось всякое. Опять же, готовность Императорской Службы Спасения к подобным катаклизмам, протоколы ЧС, готовность больниц и прочих служб, временная мобилизация персонала и задействование войск в преодолении последствий бедствия.
Или бедствий. Случается и такое.
* * *
ТЕКСТ ВАЛЕРИИ БАБКИНОЙ (О. Лерр)
ШОТЛАНИЯ. ЭДИНБУРГ. ЭДИНБУРГСКИЙ ЗАМОК. 8 января 1937 года.
Кажется, что еще вчера гремели праздничные салюты, случились Рождество, Новый Год, а потом и мой день рождения. День Рождения Королевы Шотландии замкнул вереницу зимних праздников в моём богоизбранном Королевстве. Правда для меня все они были рабочими мероприятиями, на которых я, разумеется, ни минуты не отдыхала, да и не праздновала ничего на самом деле.
Но, что мое девичье сердце особенно согрело — это шотландская любовь к праздничным огням. Двадцатый век, а до сих пор культурные нити традиций в поклонении солнцу, прослеживаются в каждом местном празднике, превращаясь в чарующие калейдоскопы огней. Дарующие юной Королеве в новом доме особый уют и очарование.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Однако праздники быстро закончились и сменились рабочими буднями.
Неожиданно как.
Пока непривычно сидеть за своим письменным столом в кабинете во дворце. Как и слушать отчеты канцлера Флоры Маклауд, немолодой уже женщины, о том, что происходит в моем маленьком Королевстве. Но дела не ждут. Тем более не ждут, пока я повзрослею. Да, у меня полно министров и прочих сановников, но…
— Ваше Величество, к 1 марта парламент должен принять государственный бюджет на этот год. Правительство пытается сверстать бюджет таким образом, чтобы максимально уменьшить дефицитную часть, однако дефицит слишком огромен. Финансы королевства крайне расстроены. Британский фунт быстро обесценивается из-за инфляции. Введенный в обращение шотландский фунт, подкрепленный стабилизационным фондом в сто миллионов золотых солидов, предоставленных Единством, позволил нам хоть как-то перезапустить экономику, но прежние хозяйственные связи разрушены, наблюдается сильное падение деловой активности, крупные торговцы придерживают товар на складах. Банк Шотландии, Министерство финансов и Комитет по Королевским налогам и сборам делают все возможное, но пока покрыть дефицит бюджета не представляется возможным.
Киваю. Да, не очень-то радуют такие новости. Шотландия стала независимой, но, по сути, нам пока ещё очень далеко до самостоятельного государства.
Да, деньги-деньги. Вот так и становишься бережливой шотландкой.
И ведь не придешь к маме с папой с фразой «Дайте денег доченьке любимой, ей на полцарства булавок не хватает». Живите по средствам, Королева.
— Леди Флора, что мы можем сделать в такой ситуации?
Канцлер, конечно же, ожидала этот вопрос.
— Моя Королева, без внешних заимствований и инвестиций на данный момент мы решительно не обойдемся. Британский рынок, по понятным причинам, для нас потерян. В США тоже все очень непросто в этом плане, так что нам пока там не дадут ничего. Германии и Франции сейчас точно не до того, чтобы вкладывать средства в Шотландию. Остаются только Единство и Рим. В принципе, у нас уже есть целый список желающих инвестировать свои капиталы в Шотландию под гарантии правительств Единства и Италии. Но…
Вздыхаю, и невольно договариваю за нее:
— Но, конечно же, нам придется предоставлять таким фирмам очень льготные условия, на которые, при обычных обстоятельствах, мы бы никогда не согласились.
Флора Маклауд согласно кивает и продолжает:
— Также есть запросы на выкуп прав на всякого рода концессии. Отдельно отмечу, что Единство готово рассмотреть вопрос об уплате за аренду военных баз на пять лет вперед. Ещё ваш царственный отец выражал интерес к аренде нескольких Шетландских островов на 99 лет, но такой вопрос я бы рекомендовала вынести на парламентские дебаты. Слишком уж щекотливая тема. Могут возникнуть сложности политического плана.
— Госпожа канцлер, я согласна с вашими рекомендациями.
Флора Маклауд продолжала свой доклад, а я слушала, чувствуя, как тяжело корона давит на мою юную голову. Особенно вне приемов. А вот так — по-простому.
Без церемоний.
Что ж. В теории мы можем себя прокормить, но логистика внутри страны пока еще не отлажена. Если будет хороший урожай в следующем году, то цены на продовольствие стабилизируются на каком-то уровне (про упадут и речи быть не может). Однако, сделать стратегические запасы продуктов ни в этом году, ни в следующем — мы скорее всего не сможем.
Нужно вкладывать просто огромные деньги (где их взять-то?) в модернизацию сельского хозяйства, в закупку удобрений и прочего. Если вложиться в «рыбный флот» и консервные заводы, то, в принципе, как-то сможем наладить экспорт рыбной продукции. Однако на рыбных плавниках далеко не уплывешь…
