Читаем без скачивания Тамбовский волк - Виктор Юнак

— Без моей команды не стрелять! — крикнул командир отряда. — Пущай поближе подойдут.

Тревожная пауза, впрочем, длилась недолго. Один из красноармейцев вдруг высунул голову из-за укрывавшего его дерева и громко произнёс:

— Глядите, товарищи! Да у них белые флаги на обрезы намотаны.

Всё ещё пристальнее вгляделись в приближавшихся всадников и, верно, заметили, что у двух первых всадников в правой поднятой руке были винтовки с привязанными белыми исподними рубашками. В следующий миг до них донёсся крик Ивана Антипова:

— Не стреляйте! Не стреляйте! Мы идём сдаваться.

— Товарищи, ура! Ещё одна банда решила сдаться, — выскочил из-за своего дерева красноармеец, первый заметивший белые флаги.

— Назад, Сидоренко! Назад! — крикнул командир. — Не верю я им. Возможно, это ловушка. Чтобы выманить нас.

— От бандитов всего можно ожидать, — согласился находившийся рядом с командиром предисполкома, держа на мушке Антипова.

Вскоре Антипов приблизился на такое расстояние, с которого становился лёгкой добычей любого красноармейца. Он осадил коня и, покружив какое-то время на одном месте, крикнул:

— Кто здесь старший?

Немного выждав, всё ещё предполагая какую-то ловушку, командир глянул на предисполкома и шепнул ему:

— Если что, сразу стреляй в него.

— Да уж не промахнусь.

— Я — старший! — вышел из-за угла конюшни командир, оправляя гимнастёрку. — Красный командир Евсевич. А ты кто?

— Я — Иван Антипов. Со мной восемьдесят человек партизан. Мы решили сдаться властям и надеемся на ваше снисхождение.

Антипов слез с коня и бросил винтовку к ногам Евсевича. Затем вытащил из-за пояса револьвер и также бросил его на землю. Примеру Антипова последовали и его соратники. Пока куча оружия собиралась у ног красного командира, к нему подошёл сначала предисполкома, а затем и другие красноармейцы и местные мужики.

— Вот это дело! Давно бы так! — одобрительно выкрикивали они.

— Товарищ Губанов, примите пленных, — обратился Евсевич к председателю исполкома. — А я займусь оружием.

114

20 июля Антонов-Овсеенко сообщал в Москву: "Банды Антонова разгромлены. Шайки Богуславского уничтожены. Банда Карася вместе со своим атаманом ликвидирована. Бандиты массами сдаются, выдавая главарей. Само крестьянство окончательно отшатнулось от эсеро-бандитского предательства. Оно само вступает в решительную борьбу с разбойными шайками". Тем не менее, о самом главном, чего так ждал Ленин — о поимке Александра Антонова — известий всё не было. Ленин торопил Тухачевского с Антоновым-Овсеенко. Он понимал, что пока знамя антибольшевистской борьбы на Тамбовщине не спущено (то есть, пока Антонов не ликвидирован), ни о какой победе не может быть и речи. Понимали это и в Тамбове. Но Антонов был неуловим.

В конце июля, наконец, были найдены следы его самого и его ближайших сподвижников. Они укрылись в Рамзинских болотах, в окрестностях сел Рамза-Паревка Кирсановского уезда. Операцию по захвату штаба Антонова поручили лучшим курсантским частям. Район немедленно оцепили, отдельные роты направили в самые болота. И они в течение целой недели рыскали по ним, передвигаясь по пояс в воде, в поисках партизан. К операции привлекли и всю имевшуюся в наличии у курсантов военную технику — артиллерию, пулемёты, аэропланы с бомбами. Однако добычей красных стали лишь сто пятьдесят партизан убитыми и ранеными. Сам Антонов с девятью ближайшими помощниками, с успехом отсидевшись в кочках, скрылся.

Но 30 июля его следы вновь обнаружились. На сей раз в районе озера Змеиное. Район этот был примечательным, будто созданным для игры в кошки-мышки. Низкая котловина, размером шесть на двенадцать вёрст, ограниченная с запада крутым берегом реки Вороны, с востока — широкой открытой равниной и рядом деревень, вдоль которых лежали глубокие озера, соединённые рукавами между собой и с рекой. Внутри — сплошное болото, поросшее густым камышом, и ряд небольших островков под общим названием Сухие Дубки. Тут же несколько небольших озёр с поэтическими названиями — Ясное, Лебединое, Змеиное... В наиболее узком месте котловины была расположена мельница кулака Прокудина с мостом через реку. Несколько севернее находилось излюбленное место партизан — так называемая Тюремная, или Золотая (кому как больше нравилось), Клетка: лесистый островок, окружённый со всех сторон глубокой водой.

Тухачевский подписал приказ о немедленном окружении этого района: Золотая (Тюремная) Клетка — Рамза — Троицкое — Сергеевское — Карай-Пущино — Архангельское — Карай-Салтыково — бывшее имение Петрово-Соловово, затем, по западной опушке леса, что восточнее деревень Дашково и Семёновки, далее на Паревку, мельницу Прокудина и вновь Золотая Клетка, где кольцо и сжималось, — для чего выдвинул туда 1-ю бригаду ВЧК 1-го боеучастка, кавбригаду Котовского, пешие эскадроны Борисоглебских и Орловских кавалерийских курсов, две роты Рязанских пехотных курсов, две роты Владимирских курсов, две роты Иваново-Вознесенских курсов и Рязанский кавалерийский эскадрон. На всех местных дорогах и в населённых пунктах составлены сильные отряды — на случай, если антоновцы попытаются пробиться из окружения.

— Это же надо: на моих 180 молодцов такую силищу направил! — осклабился Антонов, узнав об этом.

— Знать, боятся нас, — поддержал брата Дмитрий.

— А то! — хмыкнул Токмаков. — На одного медведя охотники всегда целую свору выпускают. А нас сколь здесь?

— Ну, мы, пожалуй, на медведей не потянем, а вот волки — пожалуй! — резюмировал Антонов. — Но где наша не пропадала, а?

Разведчики доложили командиру красного соединения о том, что следы от лодок в камышах показывали, что часть партизан ушла на север, в направлении Сухих Дубков. Другая же, по кочкам, двинулась на юг, к имению Петрово-Соловово. Но поди знай, в какой из этих групп был сам Антонов! Осмотр же Тюремной Клетки ничего не дал.

По реке Вороне, вдоль озёр на юг были пущены разведчики на лодках с пулемётами, по лесным тропинкам — особо отобранные пешие разведчики.

Разведчикам 2 августа удалось захватить в камышах нескольких партизан, пытавшихся на лошадях переправиться на другой берег Вороны, которые показали, что в районе озера Змеиное действительно скрывается около сотни антоновцев, среди которых находится и сам Антонов. Ещё около 80 человек ушли на юг. Красным кавалеристам также удалось установить, что ещё один отряд антоновцев под командованием Ворожищева скрывается в районе Кулевча. Добровольно сдавшиеся в ту же ночь с десяток антоновцев также подтвердили, что их командир находится в районе озера Змеиное. Тогда 3 августа в район озера на 15 лодках с пулемётами были направлены охотники. Но едва они подобрались к предполагаемому месту, где скрывался Антонов, как попали под плотный ружейный и пулемётный огонь партизан. Красные отступили. Ближе к вечеру они повторили попытку, но с тем же успехом. Тогда они запросили помощи.

Утром, 4 августа, из Тамбова подоспела трёхдюймовая конная батарея, а также прилетели аэропланы с бомбами. Начался массированный артиллерийский обстрел озера Змеиное с постоянной корректировкой огня, производимого сбросившими бомбы аэропланами. После обстрела пошла в наступление пехота. Но, впрочем, вскоре остановилась, поскольку осколки от своих же снарядов уложили нескольких красноармейцев. С наступлением темноты и всю ночь артиллерия редким огнём продолжала обстреливать участок.

Но, оказалось, почти всё прошло впустую: жертв среди антоновцев практически не было. Хотя к утру 5 августа с поднятыми руками вышло из окрестных болот несколько десятков человек. В тот же день красные курсанты на лодках в третий раз попытались пробраться на озеро Змеиное. Огонь антоновцев уже не мог их остановить. Добравшись до кочек, красные курсанты захватили в плен четырёх партизан, оставленных Антоновым охранять продовольственные запасы. Место действительно было искусно оборудовано: на крупных кочках были устроены шалаши с настилом, который мог выдержать довольно большую тяжесть. Везде, с кочки на кочку, перекинуты мостки из жердей, покрытыми ветвями, палками, соломой, листьями. По ним совершенно спокойно можно было ходить. На настиле стояли шалаши из тростника и даже камышовая церковь. Продовольствие и запасы вооружения были спрятаны внутри самих кочек, превращённых в цейхгаузы, открытая земля из которых была выбрана. По показаниям пленных, остальные, а вместе с ними и Антонов, на лодках ушли в камыши. С ним были его брат Дмитрий, адъютант Старых, денщик Алёшка, Востриков, комендант Трубка с женой и сестрой, и Пётр Ивановский.

Две роты, погрузившись по пояс в воду, прочесали район озера, выловив из него ещё несколько десятков партизан. Но главная добыча, Антонов, вновь ускользнула. Впрочем, не совсем верно. Антонов с товарищами прекрасно видели вышагивавших в воде красных курсантов: они в это время укрывались внутри кочек, где заблаговременно были вырыты норы, в которых свободно мог разместиться человек. Накрывшись верхушкой — шапкой и оставив небольшую щель для притока воздуха, в таком укрытии можно было долгое время оставаться никем не замеченным. Когда же красные ушли, антоновцы выбрались из своих укрытий и на вытащенных из схронов в камышах лодках убрались восвояси.