— Дорогое дитя, что с тобой? Ты словно заглянула в собственную могилу!
Зинаида не могла больше сдерживать дрожь.
— Алексей едва не убил Тайрона за то, что я натворила, Наташа, — взволнованно произнесла она. — Из-за моего эгоизма и стремления к свободе я чуть не принесла в жертву своего любимого.
— Тише, дорогая, — мягко успокоила подруга, обнимая ее за плечи. — Теперь все это уже позади. Слава Богу, что все так удачно завершилось. Вы оба чуть не пострадали из-за этого негодяя.
— Да, но сегодня он пришел сюда наверняка затем, чтобы снова досадить моему мужу, — не унималась Зинаида.
— Но как же ему это удастся? Ведь тут присутствует сам царь. Он непременно вмешается, что бы ни задумал этот хищный ворон. Даже Алексею хватит ума не устраивать козней у всех на виду.
— Возможно, ты и права, но я не доверяю этому человеку, — сказала Зинаида. — Он хитер, как змея.
— Я не позволю какому-то гаду испортить нам настроение. — Наташа с любовью обняла подругу и слегка прижала к себе, подбадривая. — Ну-ка, покажи, как ты будешь приветствовать своего супруга, когда он покажется на площади!
Зинаида заставила себя улыбнуться, но, взглянув на старшую подругу, которая довольно комично изобразила негодование, развеселилась от души. Приступ малодушия прошел. Алексей действительно был слишком умен и труслив, чтобы устраивать скандал в таком месте, где он почти наверняка потерпит поражение. Разве не доказал он свою трусость в ту ночь, когда бандиты Ладисласа ловили для него полковника Райкрофта? Ведь он даже не смел приблизиться к противнику, пока того крепко не связали.
— Ты всегда была мудра, как моя мама, — сказала Зинаида. — Как хорошо, что можно воспользоваться твоим советом.
— Мы с твоей мамой были близкими подругами, так что эти слова — самый лучший комплимент, моя дорогая, — лучезарно улыбаясь, ответила боярыня.
— Ой, мой агнец, гляди! — вдруг вскрикнула Эли, стоявшая неподалеку.
Чуть не прыгая от волнения, маленькая старушка указывала в сторону группы всадников, выезжавшей на середину площади. Впереди ехал Тайрон в полном парадном облачении. Зинаида издали узнала блестящий командирский шлем. Кавалерийский полк прошел торжественным маршем мимо главного шатра, приветствуя царя и свиту. Михаил отвечал им дружеским взмахом руки.
Когда прозвучали трубы, сердце Зинаиды забилось сильнее. Но вот раздалась барабанная дробь, и всадники тронули коней. Топот множества копыт смешался со звуками барабанов, воздух завибрировал. Всадники, казалось, сливались в единое целое со своими конями. Они демонстрировали сложные маневры, совершенно покорившие Зинаиду. Напротив царского штандарта полк разбился надвое, затем, огибая шатер, еще раз. Образовавшиеся небольшие отряды стали сближаться, и, сомкнувшись, колонны словно прорезали друг друга, сливаясь в единое целое. В следующий момент строй снова разделился — на сей раз на несколько шеренг, — и, проехав еще круг по площади, всадники перемешались, точно карты в колоде. Замысловатые перестроения продолжались, завораживая зрителей, награждавших их восхищенными восклицаниями и аплодисментами.
Зинаида заволновалась, когда военные продолжили представление перед павильоном, где собрались их жены и семьи. Эли прыгала, точно растревоженная курица, все время указывала на полковника и хвасталась другим слугам, что это и есть ее хозяин. Даже, несмотря на предостерегающие замечания Зинаиды, она не желала униматься.
— Великолепно! — воскликнула Наталья.
— Да, он прекрасен, не так ли? — ответила Зинаида, поглощенная созерцанием своего неотразимого супруга. Внезапно ей стало ясно, что ни одно войсковое соединение не сможет поразить царя сильнее, чем это сделал полк Тайрона.
Наталья едва заметно улыбнулась и искоса посмотрела на свою спутницу:
— Но я имела в виду представление в целом, дорогая. Впрочем, ты права. Твой муж всегда производил впечатление, даже тогда, когда ты этого еще не понимала.
Щеки Зинаиды слегка порозовели. Она в смущении смотрела на подругу, но Наталья улыбалась открытой и искренней улыбкой. Наконец обе они не удержались и громко прыснули.
Вскоре после того, как полк Тайрона покинул площадь, Зельда, муж которой остался в царском шатре исполнять свою службу, поспешила к подругам.
— Ну, что я тебе говорила, Зинаида? — с энтузиазмом воскликнула она. — Разве твой супруг не великолепен?
Увидев, что они с Натальей весело рассмеялись, Зельда даже растерялась, но Зинаида объяснила причину. Согласно кивая, Зельда присоединилась к их веселью.
— Василий говорит, что очень многие боярыни, дочери и жены иноземных офицеров тоже так думают, — сказала она, почему-то разволновавшись. Вот увидите, когда представление будет окончено, на нашего полковника набросятся толпы поклонниц. Женщины от него без ума, учти, дорогая.
Зинаида улыбнулась княгине:
— Но что же мне теперь делать?
— А разве твой муж тебе не говорил?
— Что он мне должен был сказать?
— Ну, как же, дорогая, ведь существует традиция. Мужчина надевает цвета своей жены или возлюбленной. — Зельду удивило неведение Зинаиды, но она поняла, что Тайрон просто постеснялся требовать для себя такой чести, и продолжила: — Тогда уж на него не посягнет ни одна дама. Я уверена, что большинство из них уже знают, что полковник давно покончил с прежними похождениями, но еще мало кому известно о вашей свадьбе. Так что не зевай.
Глаза у Зинаиды стали серьезными.
— Но Тайрон ничего не говорил мне. Как же быть? У меня ведь нет ничего такого…
Зельда задумчиво осмотрела Зинаиду и заметила шаль, наброшенную на плечи.
— Твоя шаль прекрасно подойдет. Даже можно повязать ему вокруг талии. Как ты думаешь, Наташа? — спросила она, оглядываясь на старшую подругу.
— Совершенно верно, — весело согласилась та, — очень даже красиво получится.
Все отряды закончили наконец показательные упражнения, и командиры в последний раз повели полки маршем по площади в том же порядке, как они выступали. Если по аплодисментам можно было судить об успехе, то, несомненно, пальму первенства зрители отдали полку Тайрона — его сопровождал целый шквал оваций.
Но вот офицеры распустили солдат и направились к шатру, в котором их ждали родные и близкие. Как только Тайрон спрыгнул с лошади, десятка два молоденьких женщин бросились к нему, торопясь обогнать остальных. Стремясь завладеть его вниманием, они заискивали, суетились, трогали его за рукава камзола, прикасались к спине и щедро сыпали комплиментами. Как и предсказывала Зельда, у некоторых дам в руках были цветные шарфы, и все они жаждали повязать свои цвета вокруг стройного стана англичанина.
