Читаем без скачивания Джонни Д. Враги общества - Брайан Барроу

У американских газетчиков подобных сомнений не возникало. Большинство их материалов касалось Пёрвиса. Весь понедельник начальник Чикагского отделения ФБР принимал поздравительные телеграммы, давал интервью и позировал перед фотокамерами в своем кабинете. Под его фотографией в «Чикаго дейли таймс» красовалась надпись: «Он сделал это». И такое отношение к Пёрвису было типичным для прессы. «Нью-Йорк ивнинг джорнал» представил несколько фотографий Диллинджера как бы в виде сцен из фильма, назвав их «Уголовная мелодрама (производство США, реж. Мэлвин Пёрвис)». Журнал «Тайм» поместил фото Пёрвиса, пожимающего руку Гомеру Каммингсу, с подписью: «Мэлвин Пёрвис и его знакомый». Сэм Коули, которого «Чикаго трибюн» продолжала называть «первым заместителем Пёрвиса», избегал журналистов, а Пёрвис, его подчиненный, раздавал интервью, в которых вся его суетность видна как на ладони. В беседе с репортером из «Дейли таймс» он назвал осведомителя ФБР своим информатором и рассказал историю о том, как закуривал сигару, дополнив ее красочными деталями: «Я видел, что мои люди не реагируют. Признаюсь, в этот момент я почувствовал себя совсем неуютно, особенно когда Диллинджер увидел мой сигнал и злобно на меня посмотрел… Как только я его увидел, сразу же узнал, — у него были глаза убийцы».[374]

Это было совсем не то поведение, которого Гувер ждал от своих сотрудников, и Пёрвис это вскоре почувствует. Оставалось еще очень много работы, и Коули фактически отстранил от нее Пёрвиса. В понедельник вечером, когда Коули был просто завален срочными делами, Пёрвиса отправили на железнодорожный вокзал позировать перед фотокорреспондентами с Гомером Каммингсом. На следующий день он улетел в Вашингтон, где позировал уже вместе с Гувером. Коули не поехал, извинившись и сославшись на срочные дела. Гувер объявил о повышении и Пёрвиса, и Коули. На некоторое время всем показалось, что начальник Чикагского отделения вышел из немилости у директора ФБР.

Наутро после событий Гувер писал Пёрвису: «Уничтожение Джона Диллинджера агентами вашего отделения под вашим превосходным руководством, а также составленный вами отличный план операции еще раз доказывают, что вы обладаете высокими лидерскими и исполнительскими качествами. Это снова укрепляет меня в той вере, которую я всегда питал к вам… Это событие не произошло бы без вашей постоянной и безграничной настойчивости, способности к эффективному планированию и без вашего интеллекта…»[375]

Лучи славы, в которых купался Пёрвис, коснулись и полицейских из Ист-Чикаго. Заркович дал несколько интервью, и в них он изо всех сил старался приписать все заслуги своему департаменту. Как и Пёрвис, он приукрашивал случившееся: например, сказал, что видел Диллинджера несколько раз, когда тот посещал кинотеатр «Биограф». Он также объявил, что ист-чикагская полиция вела слежку за Ван Митером и Нельсоном. Но все это было бесполезно: пресса уже выбрала героя, «который победил Диллинджера», и этим героем был Пёрвис. Что бы теперь ни говорили полицейские из Ист-Чикаго, настроение публики уже не могло измениться. В конце недели капитан О'Нил сказал репортерам, что совершил «большую ошибку», позволив Пёрвису сразу захватить внимание журналистов. О'Нил ворчливо жаловался: «История, которую рассказывает Пёрвис, — будто бы его контора вечером в воскресенье получила некую частную информацию о том, что Диллинджер собирается в „Биограф“, — это все брехня. Просто у ист-чикагской полиции было предчувствие, что этим вечером Диллинджер туда отправится, и мы передали эту информацию Пёрвису, чтобы он действовал».[376]

Пока Пёрвис купался в славе, Коули доделывал работу. В понедельник он предстал перед коронером для дознания по делу о насильственной смерти — и при этом отказался назвать имена агентов, застреливших Диллинджера. После этого ему пришлось долго возиться с обезумевшей Анной Сейдж: она уверяла, что ее преследуют бандиты из диллинджеровской банды. Когда Диллинджер был убит, Сейдж и Полли Гамильтон бежали с места происшествия. Через два дня мальчик, купавшийся в озере Мичиган, обнаружил на мелководье у Линкольн-парка автомат, пистолет и бронежилет. Это было оружие Диллинджера: автомат Томпсона опознали как похищенный во время налета на отделение полиции в Варшаве (Индиана). Чикагская полиция объявила журналистам (хотя это так и не было доказано), что подозревает Анну Сейдж в том, что после убийства Диллинджера она поспешила избавиться от его вещей — бросила оружие и бронежилет в воду. После этого Полли Гамильтон спряталась у подруги, а Сейдж закрылась в своей квартире и никого не пускала.

В понедельник начали распространяться слухи о загадочной «женщине в красном», которая предала Диллинджера. Пёрвис и Заркович отказались их комментировать, но некоторые подлинные детали все же просочились в прессу. «Диллинджер предан девушкой в красном» — напечатала крупным шрифтом «Чикаго дейли таймс» в вечернем выпуске. Сейдж запаниковала. Заркович довез ее до Бэнкерс-билдинга, и Сэм Коули, побеседовав с ней, пришел к выводу, что у нее «тяжелая истерика». Обливаясь слезами, она умоляла спрятать ее где-нибудь. Коули обещал помочь и отослал ее домой. На следующее утро он поговорил с Гувером. «[Коули] полагает, что если мы не спрячем Сейдж, то газетчики отыщут ее, и это привлечет общественное внимание, — писал Гувер в служебной записке. — Я спросил мистера Коули, может ли он спрятать ее так, чтобы с ней не могли общаться посторонние? Он ответил, что может, и я приказал ему заняться этим».

Тем же утром Коули позвонил Сейдж и назначил ей встречу в отеле «Стивенс». Там он велел ей отправляться домой, укладывать вещи, а затем покинуть город и дать ему знать, куда она уедет. Сейдж вернулась в квартиру и принялась складывать одежду в чемодан. Вдруг раздался звонок в дверь. Она посмотрела в глазок и увидела каких-то мужчин. Сейдж страшно перепугалась и позвонила Пёрвису, чтобы он прислал к ней кого-нибудь из своих агентов. Незваные гости оказались сыщиками из чикагской полиции. Они увезли ее к себе для допроса.

В шеффилдском полицейском участке капитан Томас Даффи допрашивал Сейдж в течение нескольких часов. Как ни странно, он позволил присутствовать при этом нескольким журналистам. Сейдж оказалась умелой лгуньей и все отрицала. Она повторяла как заведенная, что она, дескать, шла из кино, а тут ни с того ни с сего налетели вооруженные люди и убили приятеля ее подруги. Коули, узнав, что Сейдж задержали, лично приехал в полицейский участок. Они сделали вид, что видят друг друга впервые. Коули спросил у Даффи, выдвигает ли он какие-то обвинения против Сейдж? Даффи ответил, что хочет только допросить ее. Тогда Коули попросил сыщика уведомить его об окончании допроса и уехал. Позднее Коули писал Гуверу, что полицейские задержали Сейдж по настоянию своих приятелей из «Чикаго дейли ньюс», которым очень хотелось послушать ее рассказ.

Вечером газеты раструбили, что полиция нашла «женщину в красном». Коули позвонил в полицейский участок: Сейдж была все еще там. Капитан Даффи собирался держать ее до следующего дня. «Ну нет, этого не будет», — ответил Коули.[377] Он набрал номер комиссара полиции и сумел убедить его, что Анну Сейдж следует передать в руки ФБР. Двое агентов перевезли ее из полицейского участка в Бэнкерс-билдинг. Репортеры последовали за ней и накинулись на Коули с вопросами. Он твердо ответил «нет» на вопрос, не Сейдж ли «стукнула» на Диллинджера.

Закрыв наконец двери, Коули велел Сейдж позвонить Полли Гамильтон, которую никак не могли разыскать сотрудники бюро. В два часа ночи обе женщины оказались в офисе ФБР. Их допрашивали всю ночь. Гамильтон упорно повторяла, что не знала о том, что под именем Джимми Лоуренса скрывался Диллинджер, хотя это явно не совпадало с показаниями Сейдж. Коули не стал на нее давить. На следующий день Гувер написал: «Он уверен, что она знает не больше, чем осведомительница. Мистер Коули полагает, что она не лжет».[378]

Обеих женщин решили выслать из Чикаго. В среду утром, через три дня после смерти Диллинджера, двое агентов отвезли Сейдж на ее квартиру. Там оказалась толпа репортеров, приведенная услужливой чикагской полицией. Анна Сейдж паковала чемодан, отпуская по адресу журналистов самые витиеватые выражения. Затем агенты отвезли ее и Полли Гамильтон в Детройт. Там они прожили несколько дней в гостинице.

Пока Сэм Коули разбирался с женщинами, его сотрудники добрались до пособников Диллинджера. Первым был арестован Вильгельм Лёзер. Когда подтвердилось, что Диллинджер сделал пластическую операцию, Коули ни минуты не сомневался, чьих рук это дело. Агенты позвонили в дверь Лёзера во вторник утром. Никто не ответил, и тогда шестеро агентов выломали дверь. Взбегая по лестнице, они услышали мужской голос: «Кто это?» На площадке лестницы появился заспанный Лёзер, без рубашки. Его доставили в Бэнкерс-билдинг. Лёзер рассказал все, что знал, и вечером следующего дня Чарльз Винстед возглавил группу, направленную в дом Джимми Пробаско.