посажу его в один колодец с тобой. Он будет сидеть один и даже не здесь, а в землях орков. Причина, надеюсь, понятна. Теперь Рифант. Мы нашли комнатенку, в которой он встречался с Фелиссандром. Этот дурак скоро вернется туда и попадет в засаду. Я послал туда несколько магов, чтобы он не вздумал размахивать своими огненными талантами. Принц, как ты понимаешь, уже давно в замке. Ты проиграла, Альзиенна. И в твоих интересах согласиться на любые условия, которые я предложу.
Закончив, Сандир склонил голову и с вниманием принялся ловить звуки из колодца. Он весьма надеялся услышать плач или хотя бы всхлипы.
— А знаешь, что будет, когда Фелиссандр и Рифант окажутся в моих руках? — Зло проговорил Сандир, свирепея от того, что Альзиенна безмолвствовала. — Я возьму отряд воинов и отвезу их в скалистую пустыню. Там мы спустимся по старому руднику и в какой-нибудь пещере, достаточно глубокой и достаточно случайной, прикуем их. Привинтим к скале, пропустив винты сквозь их плечи. Попробуй себе представить, насколько сильна эта боль. Но маги наведут на них дурманящие чары, чтобы ребятишечки поначалу чувствовали себя хорошо и жили еще долгое время. К ним спустится король, чтобы поговорить … и уже не выйдет. Никто оттуда не выйдет, кроме меня и какой-то части отряда. А знаешь почему?
Он напряг слух с такой силой, что заболела голова. Сандиру вдруг примерещилось, что в колодце тихо плещется вода. Альзиенна и ее приятель-помощник упорно молчали.
— Не так уж сложно вызвать у фениксов выплеск энергии, особенно, когда они не имеют защиты от артефакта равновесия. Достаточно лишь вывести их из себя и вспышка энергии случится спонтанно, безо всякого усилия с их стороны. Ох, бедняга король, разумеется, при этом погибнет. А все потому, что он слишком доверяет своему первому советнику. Хе! Если я скажу, что оба парня под магией, сдерживающей их силы, то конечно он мне поверит. Убедить его в безопасности фениксов будет проще простого. Ну, а после того, как исчезнет король и верные ему фениксы — кто сможет остановить меня, ха-ха? Риккант? Ну-ну, этот драконячий щенок будет следующим на очереди. Не так уж сложно убить столь юного дракона — пока он не дожил до своей инициации, он мало чем отличается от обычного человека. А после этого в нашем королевстве наступят ужас и хаос. Но я, разумеется, все улажу. Как только я посажу на трон другого дракона — слабенького и безвольного, все жители королевства превознесут меня до небес. А новый король, конечно же, вынужден будет обратиться ко мне за помощью, чтобы я ввел его в курс дела. Впрочем, вряд ли обычный торгаш, пусть и драконьих кровей, сможет править, не нуждаясь в моей постоянной поддержке. Как вам мой план? А ты, Альзиенна, между прочим, зря отказываешься быть со мной. Я мог бы взять тебя в законные жены. Как вдовец, утративший наследника, имею на это право. Подумай только: стать верной подругой первого в государстве человека, разве это плохо? И потом — твой отец будет исключительно рад такому исходу. Иметь такого зятя как я, отличная партия даже для божества.
— А я не Альзиенна! — Крикнула Лиза куда-то вверх, туда, где смутно маячило светлое пятно Сандирова лица. Левантевски тихо взвыл:
— Заткнись! Не говори ему!
— О чем не говорить? — С подозрением спросил Сандир, отмечая, что в колодце действительно позвякивает вода. — Словом, девочка, у тебя последний шанс спастись. Больше предлагать не буду. Как тебе колодец? Я так слышу вы там уже штанишки намочили, хе-хе? Как думаешь, долго вы там протянете?
— Сколько надо — столько и протянем, — отрезала Лиза, сердито отпихивая от себя Левантевски, тот едва держался на воде, но все равно тянулся к ней, — да отстань, Левантевски! Что ты меня щупаешь? Я такая же мокрая, как и ты! Пусть знает, что я другой человек. Достал уже хуже горькой редьки. Надеюсь, после этого он больше не придет со своими занудными планами на меня и мою жизнь.
— В каком это смысле — не Альзиенна? — Напряженно спросил Сандир. — Ты что — ёгу́ра? Съела эту несчастную девушку и приняла ее вид? Или магичка-оборотница?
— Хуже! Я вообще не из вашего мира!
— Нет! А-а-а! Шуры-шуры-шуры-шррр! — Заголосил Левантевски, пытаясь перекричать Лизу, но Сандир все-таки расслышал ее.
— Заткнись, фельдшер! — Рявкнул он. — Как это понять, Альзиенна?
— Я ж говорю — не Альзиенна я … ай, Левантевски, хорош щипаться! Он и так уже все знает! Я уверена, узнает и про обмен сущностями, рано или поздно. Так что скрывать это бесполезно. Да даже если не знает — пусть узнает и отвянет. Задолбал! По крайней мере замуж теперь звать перестанет. Так ведь, Сандир? Давай, добро пожаловать на хрен отсюда!
И в этот миг на всех троих обрушилась тишина. Сандир осмысливал услышанное. Левантевски уткнулся лбом в холодную стену, с содроганием понимая, что вот теперь обе их жизни ничего не стоят. Лиза пыталась понять, что за промах она совершила только что.
— Слышь, Левыч, — негромко позвала она, — а с чего это его вдруг на откровения проперло? Мы же на первом допросе сдадим его.
— Не будет никакого допроса, — прошептал тоскливым голосом Левантевски, лицо его обжигали горячие слезы, — дура! Ты чего натворила? Настоящая Альзиенна ему хотя бы была полезна, а ты-то — вообще никто! Думаешь, тебя сейчас вытащат отсюда и гулять отправят? Ага! А потом еще догонят, извинятся и в попку поцелуют.
Лиза вытянула губы трубочкой и присвистнула. С пронзительной ясностью она осознала, что теперь Сандиру будет легко и полезно уничтожить их. Обоих.
Сандир слегка кивнул каким-то своим мыслям и легко усмехнулся — надо же как! Похоже настоящая Альзиенна все-таки обдурила его. Использовала украденный артефакт, чтобы сбежать в другой мир. Что ж — неплохо. Вряд ли она теперь отыщет дорогу домой. Минус еще один свидетель против него. Сандир приподнял руку и горячо вспыхнувшим пальцем принялся вычерчивать в воздухе тонкие линии медальона, прямо над ветхой решеткой, закрывающей колодец.
— Левантевски! Приготовься! — Шепнула Лиза, опасливо поглядывая на растекающийся завитками огненный рисунок над головой.
— К смерти? — Сдавленно выдохнул тот.
— Нет, парень, нырять. Вдохни поглубже.
Сандир потянулся к рисунку открытой ладонью, истекая огненной силой…
… Лиза вдохнула глубоко, но без напряжения и положила ладонь на голову совершенно обезумевшего от ужаса Левантевски.
Глава 64
Ночь была теплой и спокойной. Даже ночная стража не перекликалась, вместо этого тихо подремывая на своих постах. Рифант в отчаянии ударил
