Толпа начала кричать, и Марк указал на женщину с микрофоном, стоящую в первом ряду.
- Агент Галлахер, с какой целью похищают этих детей? Что это за программа?
- Их помещают в дикие и суровые условия, чтобы они приобретали навыки выживания. За ними пристально наблюдают. Лагеря, скорее всего, расположены в отдаленных районах, в милях от цивилизации. После такого своеобразного “обучения” их продают тем, кто хочет использовать их таланты.
- Агент Галлахер, - крикнул кто-то из толпы, - как вы узнали об этом? Что вас насторожило?
- В данный момент я не могу это обсуждать. - Марк посмотрел направо и кивнул кому-то в форме, затем вновь повернулся к орущей толпе журналистов. - Это все вопросы, на которые я могу ответить прямо сейчас. Мы будем обновлять информацию по мере получения дополнительных сведений.
Марк сошёл с маленькой сцены, и затем изображение переключилось на двух человек, сидящих за столом.
- Ух ты, Марсия, это целая история. Нежеланных детей обучают в особых лагерях, чтобы они стали… кем? Элитными солдатами?
Женщина по имени Марсия покачала головой.
- Не знаю, Гэри. Всё это просто выворачивает мой желудок наизнанку.
Гэри кивнул.
- Хотя ты должна признать, что эта идея, если она будет реализована должным образом, может принести огромную пользу обществу.
У Марсии буквально отвисла челюсть.
- Ты, должно быть, шутишь. Чтобы добиться улучшений в обществе, мы обращаемся к Голодным играм? Серьёзно? Может быть, в ближайшее время мы сможем наблюдать за ними в прямом эфире или через приложение в телефоне? А что, звучит заманчиво. Современный римский Колизей.
Гэри на мгновение задумался, но потом рассмеялся, шутливо подняв руки вверх.
- Эй, эй. Я просто озвучиваю то, что думают и другие. Я не имею в виду, что это идея хороша, моральна или не экстремальна, чтобы воплотить её в жизнь, я просто говорю, что мы должны понимать своих врагов, чтобы успешно бороться с ним. Или, в данном случае, просто найти их.
- Исходя из твоих комментариев, я беспокоюсь, что люди скорее захотят стать ими, а не бороться с ними.
Затем Марсия и Гэри,начали говорить об обществах, которые перестали существовать, и о других вещах, которые Джек пропустил мимо ушей, потому что был слишком занят, наслаждаясь ароматом Харпер. Она всё ещё пахла, как его Харпер, но также от неё исходил аромат свежести и свободы. Джек снова попытался притянуть её ещё ближе к себе, хотя Харпер уже и так сидела у него на коленях.
Она снова посмотрела на него, и он застенчиво улыбнулся. Она тихо рассмеялась, проведя рукой по его подбородку.
Лори выключила телевизор.
- Пожалуй, этого достаточно. Когда вы двое собираетесь уйти отсюда?
- Надеюсь, в любую минуту, - ответила Харпер.
- Уверена, вы очень устали и хотите отдохнуть. Но если вы голодны, я могла бы приготовить ужин… О, нет, вы наверняка, хотите побыть одни.
Харпер незаметно слегка сжала руку Джеку.
- Хорошо было бы поужинать с вами и Марком, - сказал Джек, без тени сомнения.
Лори улыбнулась так, словно только что поймала самую большую рыбу в реке.
«Нет, - покачал головой, - словно она счастлива, лишь от того, что мы хотим провести с ней время».
Это было очень приятно знать.
Дверь распахнулась, и кто-то ещё ворвался в их комнату.
- Райли, - сказала Харпер, вставая и обнимая подругу.
- О Боже, я не поверила своим ушам, когда услышала. Ты в порядке? - Она отступила назад, глядя на неё так же, как недавно Лори.
В комнату вошли двое мужчин, и Харпер улыбнулась им.
- Привет, Джефф. Мистер Адамс.
- Харпер. - Они тоже обняли её, а потом повернулись к Джеку и Лори.
Харпер назвала их имена и сказала Джеку и Лори, что Райли ее подруга, Джефф – муж Райли, а мистер Адамс - отец.
«Почему Харпер повторяет их имена? Я ведь только что слышал, как она обращалась к ним, - удивился Джек, а затем вспомнил слова, которые впервые услышал от дедушки: – Хорошие манеры».
Они все пожали друг другу руки.
Джек увидел, как Райли посмотрела на Харпер и произнесла: «О Боже», а потом перевела взгляд на Джека и быстро отвернулась. Он не был уверен, что это означает, но не думал, что это были хорошие манеры.
- Я бы тоже хотела пригласить вас всех на ужин, если вы свободны, - сказала Лори, и Райли взяла Харпер за руку.
- С удовольствием.
Потом все заговорили разом, как птицы по утрам, радуясь, что дожили до следующего рассвета, и, желая поделиться этим со всем лесом.
Харпер встретила взгляд Джека, и он смягчился. Она улыбнулась, и его мозг опустел, как бывало всякий раз, когда она смотрела на него таким невинным, любящим взглядом.
- Люблю тебя, - прошептала она одними губами.
- Люблю тебя, - также беззвучно ответил Джек.
Он боготворил её. Он желал её. Он любил её.
И так будет всегда.
Эпилог
Джек
Несколько месяцев спустя
Огонь потрескивал, тени плясали на стенах библиотеки. Джек улыбнулся, когда запах женщины, которую он любил, коснулся его носа.
- Здравствуй, жена.
Харпер тихо рассмеялась, обошла кресло и села к нему на колени.
- Смогу ли я когда-нибудь подкрасться к тебе незаметно? - спросила она, обнимая его и ласкаясь щекой о его щетинистую челюсть.
Джек улыбнулся, уткнувшись носом в её шею.
- Возможно.
Он ожидал, что его обоняние притупиться, ведь он прожил в цивилизации уже достаточно долго, и теперь выживание не зависело от скорости его реакций и чувств.
- Хм, - промурлыкала Харпер, нежно целуя Джека.
Он провёл рукой по маленькой выпуклости её живота. Их ребенок был в безопасности её тела. Во всяком случае, на ближайшие пять месяцев. После его работой будет защитить их обоих. Чтобы убедиться, что они сыты и согреты, и что их сердца полны. Он никогда не принимал эту третью часть как должное, особенно, после того, как всю жизнь был способен удовлетворять только физические потребности. И зачастую, не мог обеспечить себя даже самым необходимым. Дрожь благодарности волной из мелких мурашек пробежала по его телу.
«Моя семья».
От этих двух слов у него всё ещё перехватывало дыхание от счастья.
Он испытывал настоящий… трепет.
Они с Харпер поженились через шесть месяцев после того, как пережили прыжок с водопада. Никто не смог убедить Джека, что нужно подождать, хотя Марк Галлахер провёл с ним «мужскую беседу» о «благоразумии терпения» и «мудрости ожидания». Он уважал Марка, но сильнее всего ему хотелось надеть кольцо на палец Харпер. Он желал, чтобы все вокруг знали: она принадлежит ему, а он - ей. Как только Джек узнал, что именно так поступают люди, когда влюблены и хотят объявить об этом всему миру, он сразу же сделал предложение Харпер. Она ответила: «Да» и тоже не хотела ждать. Чему Джек был очень рад. Они поженились на заднем дворе дома Галлахеров под летним закатом, окруженные своими новыми и старыми друзьями. Джек думал о них как об их стае и не отказывал себе в этой радостной мысли. Ему нравилось чувствовать себя привязанным. Может быть, его инстинкты ослабеют, может быть, нет, но какая-то часть его всегда будет дикой - мальчиком, выросшим рядом с волком, которого он любил как брата, - и отрицать это, значит отрицать само существование Щенка. Отрицать всё, что привело его к той жизни, которой он жил сейчас. К жизни, которую он любил всем сердцем.
Беременность Харпер стал огромной неожиданностью, но как только они привыкли к этой мысли, то не переставали улыбаться. По ночам они лежали в постели и часами говорили о том, каким будет их ребенок, о том, чему они хотели бы научить своего сына или дочь, о чуде жизни, которое они создали после того, как оба не раз обманывали смерть. И это маленькое чудо заставило Джека захотеть узнать всё, абсолютно всё, о том, как стать хорошим, достойным отцом. Хорошим вожаком стаи. Марк и Лори обещали помочь. Харпер и Джек уже спрашивали у них, будут ли они вести себя как бабушка и дедушка с их ребёнком - Лори плакала, а Марк притворялся, что ему что-то попало в глаза.
