квартире пол дня, выискивая пляжные костюмы? К тому же, это всё ненадолго, так какая разница? Было жарко, и не спасало даже то, что шли все в футболках, либо неся кофты в руках, либо – повязав на талии. Утепление, похоже, радовало только Геллу – бледная, без кровинки в лице, она отхватила толстовку явно не по размеру большую, и шла, кутаясь в плотную ткань вещицы. Мужчина наблюдал за девушкой краем глаза, надеясь, что знобит её не от пребывания вне Зоны. Сама же сказала: «Недельку продержусь»… Вылупила глаза, смотрит на всё вокруг так, словно видит что-то невероятное.
Их путь лежал и через небольшие посадки, и через обширные поля: золотистые пшеничные и зеленые, не культивируемые, которые при дуновениях всё ещё летнего ветра переливались зеленью и белесым серебром. Воздух хоть и был довольно горячим, но его чистота и легкость казались чем-то совершенно сверхъестественным, после тяжелого отравленного Зонного. Вермут не мог им надышаться, и каждый раз, когда они останавливались на пару минут перевести дыхание, подставлял лицо солнцу, вдыхая полной грудью. В небе под пушистыми белыми облаками парили птицы в своем обыденном полете, не подозревая, что совсем недалеко отсюда такие полеты – редкое явление.
К вечеру стало прохладнее; закат застал наёмников ещё в пути, и в город те заявились уже по темноте. Разводящий знал небольшое поселение достаточно хорошо, чтобы ориентироваться в улицах и нахождении тех или иных ключевых объектов, поэтому вывел своих подопечных сразу к местной автостанции. В небольшом отдалении от самой станции, уже ожидал микроавтобус, водитель которого с крайне недовольным видом крутился вокруг. Видимо, знатно задержались… Это мог быть чей угодно транспорт, но польские номера автомобилей в маленьком городке, отдаленном от границы с Польшей, редко встретишь.
Водитель на ломанном русском сверил с разводящим списки, и, когда микроавтобус, заполненный людьми, тронулся с места, на площади возле автостанции осталось только четверо. На душе стало легче – по крайней мере, те бойцы теперь точно в безопасности.
***
Узкие освещенные улочки, по которым в теплый августовский вечер прогуливался народ, довольно быстро вывели компанию к единственной в поселке гостинице. Останавливаться в ней самой Вермут не планировал, но вот встретиться с держателем сего заведения было крайне необходимо. Нет, он не был связан с Зоной и, наверняка, не знал, откуда приходит этот его нередкий клиент, снимающий в аренду дом на пару дней, и, затем, исчезающий. Без шума, без кутежей, без каких-либо проблем – золото, а не постоялец.
Оставив Минора, Физика и Геллу во дворе заведения, разводящий поднялся по бетонным ступеням и прошел внутрь гостиницы. Знакомая скромная обстановка, знакомая не многолюдность, знакомая девушка-администратор – казалось, заведение замирало на то время, пока Вермут не решиться вновь устроить себе самовольный маленький отпуск. Нет, ему не стыдно. Каждый рано или поздно может устать, чем он отличается от остальных? Надолго оставить бригаду и свалить на какие-нибудь Багамы разводящий, конечно, не может, но вот выделить себе пару дней и обосноваться не так уж и далеко от места работы - вполне. Никому об этом не сообщал, оставлял эту маленькую тайную радость только для себя любимого.
Хозяин гостиницы быстро откликнулся на просьбу администратора, с большой охотой принял оплату и отдал мужчине ключи, не задавая при этом никаких лишних вопросов. Вопросы не появились даже когда на улице тот увидел, что в этот раз постоялец прибыл с компанией, хоть и относительно небольшой. Наглядно объяснил, как быстрее добраться до необходимого места, так как в этот раз Вермуту предоставили не тот дом, в котором наёмник отдыхал обычно, а другой - на окраине, и его местоположения тот не знал. Как оказалось, разводящий не один такой любитель отдохнуть в стороне от остальных людей, особенно летом, и едва успел занять один из двух предлагаемых объектов.
Небольшой одноэтажный кирпичный домик находился неподалеку от местной речушки, название которой наёмник не знал. Белый цвет кирпича позволил его обнаружить среди густой растительности, произрастающей как на самом участке, так и по внешнюю сторону деревянного забора. Улица была совершенно пуста и темна, освещалась только высоко поднявшейся полной луной, да и сама дорога представляла из себя больше накатанную автомобильную колею. По пути наёмникам встретился только один дом, стоящий так же в отдалении от главной дороги, но, если посмотреть на него, можно было бы сразу сказать, что он обжит: на улице сушились чьи-то вещи, в окнах горел свет и во дворе предостерегающе лаял пёс. Кроме него, агрессии ждать было неоткуда, но Вермут видел, как напряжены его подопечные.
- Сколько нам ждать? – Тихо, озорным тоном спросил Минор. – Могли бы прогуляться, с девочками познакомиться.
- Завтра вечером мы должны быть в Киеве. – Ответил разводящий, мысленно удивляясь тому, как быстро пролетел минувший день. – Можно будет дойти до ближайшего магазина и всё. Лучше не светиться лишний раз.
- О-о-о, - расстроенно протянул желавший прогуляться мужчина, - спасибо, что не отказал.
- На здоровье. – Вермут устало усмехнулся на внезапный приступ клоунады своего друга, заметив так же легкие улыбки на лицах остальных. Как бы его зачастую не подбешивало поведение наемника, иногда разводящий был согласен, что обстановку следовало разрядить, хотя бы немного.
Мужчина и сам бы мог что-нибудь навернуть ему в ответ, и Минор наверняка бы рассмеялся над его попыткой сострить, но наёмник устал. Ноги гудели, немного потягивало поясницу и запарившееся тело зудело от необходимости избавиться от одежды. Оказавшись в доме, разводящий думал, что рухнет спать сразу же, даже не особо важно куда, но, тем не менее, хватило сил ещё на принятие душа и определение планов на завтрашний день.
В небольшой, единственной, помимо кухни, комнате дома, наёмники расположились на отдых после тяжелого дня. Сон Вермута больше походил на мучительную дрему, чем на то, что призвано помочь восстановить силы. Его тревожил не храп Минора, не духота, остающаяся даже при распахнутых окнах, а мыли о грядущей встрече с начальством. Рассказать о Сете будет не сложно – сложно будет рассказывать о потерях, и, отчасти из-за того, что наёмник сам приложил к увеличению их числа умелую руку. Пожалуй, именно множественные смерти членов Синдиката более всего и беспокоили.
Наёмник пытался понять и мотивы самого Сета. Неподчинение-то
