не было. Вирги в полудне пути от них, и они готовятся к встрече с ними. Если они будут продвигаться в том же направлении…
– Ночью? – испуганно вздрогнула Йолинь, прекрасно помня, какой силой эти существа обладают, когда их не ограничивает солнечный свет.
– Да, – кивнула Дэй, – потому и нам нужно поспешить. Сейчас они готовят зажигательные смеси и изучают местность.
– Ясно, – кивнула Йолинь, – пойдем. Каждый должен заниматься своим делом.
* * *
– Не понимаю, как это работает, – тяжело переведя дыхание, вздохнула Йолинь, борясь с желанием просто упасть на постель, широко раскинув руки в стороны.
Сейчас она и Дайли сидели друг напротив друга на их с Риком постели. Она пыталась дышать так, как в свое время учила ее подруга, пыталась думать об Ингвере, пыталась увидеть его перед мысленным взором и почувствовать его. Да, все это она пыталась сделать, но это не срабатывало.
– М-м, – поджала губы Дэй, – ты знаешь, я могу прислушиваться к мыслям людей или проникать в их сознания, когда они рядом, но моя сила может пагубно сказываться на душевном здоровье некоторых из них. Специфическую энергию Тени не каждый может выдержать. В тебе же нет чужеродной… как бы сказать… материи, что ли? Твое прикосновение к живым созданиям более естественно и не столь ощутимо. Постарайся не думать о том, как это сделать. Позволь твоему дару вести тебя. Поверь мне, это будет куда эффективнее.
– Что, если у нас получится? Ты думала об этом? – Йолинь не просто так задавала этот вопрос. Она прекрасно понимала, что Дэй скорее всего имеет определенное и четкое намерение на этот счет.
Девушка напротив нее легко улыбнулась, верно истолковав вопрос подруги.
– Ты же знаешь, что если я буду знать, где он, через твое сознание, то смогу пройти сквозь слои туда, где будет его тело.
Йолинь кивнула. Она знала.
– Конечно, знаешь, – пристально взглянув в глаза принцессе, констатировала очевидное Дайли, – и хочешь пойти со мной. Зачем?
– Я должна, – тихо сказала принцесса.
– Кому? Разве того, что у тебя есть сейчас, недостаточно? Ты влюблена, счастлива и наконец-то живешь в мире с самой собой? – Казалось, на самом дне зеленых глаз Дэй сейчас поселился некто совершенно иной, древний, непонятный, но все еще ждущий ответа Йолинь.
– Недостаточно, – тяжело вздохнула она, – если я могу тебе помочь, я хочу это сделать так, чтобы наконец-то начать жизнь с чистого листа. Впервые в жизни я чувствую себя так, словно должна сделать все, что могу, чтобы защитить не только себя, но и мир, который стал для меня чем-то большим, чем просто земля и люди вокруг. Ты понимаешь? – улыбнулась она как-то по-особенному печально. – Можешь себе представить нечто подобное? Но я вижу в этом смысл и предназначение.
– Твой мир стал больше, – улыбнулась Дайли, – это радует меня. Хорошо, – кивнула она, а взгляд ее вновь неуловимо изменился, – давай найдем его.
Йолинь в очередной раз закрыла глаза, вот только то, что она наконец-то смогла сказать вслух, вдруг неожиданным образом принесло ей спокойствие и решимость. Она почувствовала силу собственной правоты и уверенность в том, что она делает нечто важное, нужное, правильное. Казалось, осознание этого примирило ее с самой собой. Она дышала глубоко и ровно, погружаясь на самое дно собственных ощущений, отдаляясь все дальше от мира вокруг и словно падая куда-то, где не было ни тревог, ни волнений, словно крошечный лепесток, оторвавшийся от векового дерева и теперь свободно кружащийся в воздушных потоках. Она вспомнила свою первую встречу с Ингвером, вот только на этот раз она позволила себе только воспоминания о том, как она чувствовала этого человека. Каким он был? Словно пробуя на вкус те эмоции, что испытывала при их первой встрече. Следующий слой, провал в воспоминания, что так походили на сон. Его горящие зеленые глаза, серая, пепельного цвета кожа, и лишь отголосок воспоминаний о том, каким он был человеком. Она продолжала всматриваться в эти неестественно зеленые глаза, словно остановив это воспоминание в своей памяти, она тянулась к ним. Больше не было страха и тревог, лишь притяжение чужих глаз, в которых, казалось, уже очень давно не осталось ничего человеческого. Странный толчок, будто кто-то сильный, умелый, решительный, подхватил ее и потащил вперед к ним. Она знала, что это Дэй. Почувствовала касание Тени к собственному сознанию, но более не противилась ему, а, словно забравшись на гребень волны чужеродной силы, следовала за ней вперед. Толчок – и сперва непроглядная тьма. Холод. Обреченность и ярость, заточенные в одном теле. Она представила себя крошечной песчинкой в чужеродном сознании, которая должна двигаться в такт с мыслями и эмоциями того, в чей разум проникла. Не сразу к ней пришла способность видеть и понимать. Лишь отголоски чужих мыслей.
«Она то, что ему нужно».
«Обладать».
«Голод».
«Исцеление».
«Энергия».
«Дополнить».
Казалось, бессвязные мысли. Чужие, острые как бритвы, жалили и впивались в ее сознание, пока она пыталась быть отдельной частью этого бессвязного потока, боясь потерять свою целостность. Но Йолинь вновь вспомнила, почему она тут. Ради кого и ради чего пошла на этот шаг, и, словно затаив дыхание, она мысленно почувствовала каждую крупицу своего естества, чтобы в следующий миг раствориться в мире чужеродного разума.
Когда-то он думал, что жизнь возможна лишь в тех рамках, что установлены мирозданием. Родиться человеком, жить человеком, умереть. Тогда он и помыслить не мог, к чему приведут его собственные эксперименты с энергией. Его «дети», плоды его разума однажды подарят ему бессмертие: полное и исключительное. Было ли это пределом его мечтаний? Вовсе нет. Это стало проклятьем, в котором он вынужден существовать теперь. Его цель, мечта всей его жизни, ради которой даже изменение структуры зверей и лесов казалось чем-то терпимым, стоила того. Он так долго мечтал, чтобы подобные ему могли создавать настоящие семьи. Когда-то давно его собственная потеря почти свела его с ума. Почему почти? Потому что разум все же остался при нем. Он столько работал. Чтобы создать совершенно новую расу Властителей. Полноценный вид. А как результат, все полетело в бездну из-за существ, непонятных его восприятию! Он превратился в ничто и восстал, чтобы узнать, что его маленькая игрушка стала той самой женщиной… первой женщиной Властителем. Во что он сам превратился сейчас? Неважно. Он может управлять виргами, а стало быть, в его руках сосредоточена еще большая власть, которая позволит ему присвоить и изучить эту женщину. А, стало быть, совсем скоро он осуществит мечту. Он найдет способ исцелить собственное тело. Найдет способ улучшить собственный народ.
