— Она положила руку мне на живот, прямо туда, где находится младенец…
Куина накрыло ощущение, словно вся кровь из головы хлынула к внутренностям.
— О, боже…
— Нет, нет. — Лэйла протянула к нему руку. — Ничего плохого не произошло. На самом-то деле ощущение было… хорошим. Меня… окутал свет… он струился через меня, укреплял. Исцелял меня. Он сконцентрировался на моем животе, но и распространился дальше. Однако после этого я так обеспокоилась за Пэйн. Она рухнула на пол рядом с кроватью… — Лэйла указала на пол. — А затем я потеряла сознание. Должно быть, я долго проспала. А когда, наконец, очнулась? Я ощутила… разницу. Сначала я решила, что это потому что выкидыш уже… произошел. Я выбежала из комнаты и нашла Блэя, и он привел меня в клинику. Тогда пришел ты и док Джейн сообщила нам… — Изящная рука Лэйлы легла на живот и задержалась там. — Она сообщила нам, что наш малыш все еще с нами…
В этот момент ее голос сорвался и Лэйла быстро заморгала.
— Поэтому я думаю, что она спасла нашего ребенка.
После длительного потрясенного состояния Куин прошептал:
— Вот… дерьмо.
***
На задней парковке ресторана, Эссэйл навис над капотом «ауди» своей домушницы, остановившись в свете фар.
Так же, как и в ночь перед этой, он встретился с ее взглядом, положившись на инстинкт, а не зрение.
А стоя на холоде, он сгорал от гнева и многого другого. Когда тот кусок дерьма на двух ножках проводил ее до машины и имел глупость поцеловать ее, Эссэйл разрывался между двумя вариантами: последовать за козлом в ночь и вырвать ему глотку или подождать, пока человечишка свалит и…
Что-то глубоко внутри него привело его мозги в чувство и Эссэйл понял, что не способен покинуть эту женщину.
Его домушница опустила стекло и от запаха ее возбуждения Эссэйл затвердел.
А так же заставил его улыбнуться. Впервые за ночь он уловил его дуновение… и это остудило его гнев лучше, чем что-либо другое.
Хотя этому также поспособствовало бы свежевание того мужчины.
— Чего тебе, — рявкнула она.
О, да это не вопрос.
Эссэйл подошел к водительской стороне.
— Доставила себе удовольствие?
— Что?
— Думаю, вопрос ты слышала.
Она распахнула водительскую дверь и выбралась наружу.
— Да как ты смеешь ожидать от меня каких-либо объяснений о…
Он наклонился к ней.
— Позволь напомнить, что именно ты первая вторглась в мое личное пространство…
— Я не выскакивала перед твоей машиной и…
— Тебе понравилось то, что ты увидела прошлой ночью? — Эти слова заткнули ее. А когда молчание затянулось, Эссэйл улыбнулся. — Значит, ты признаешь, что следила за мной.
— Ты, черт возьми, знал это и так, — выплюнула она.
— Тогда ответь на вопрос. Понравилось ли тебе то, что ты увидела, — произнес он голосом, который казался хриплым даже для собственных ушей.
«О, да, — подумал Эссэйл, глубоко вздохнув. — Ей понравилось».
— Не заморачивайся, — промурлыкал он. — Тебе не нужно выражать это словами. Я ужезнаю твой ответ…
Она с такой скоростью и силой ударила его, что голова Эссэйла едва не отделилась от позвоночника.
Первым инстинктивным порывом было обнажить клыки и укусить ее, наказать, подразнить себя… потому что нет приправы к наслаждению лучше небольшой боли. Или большой.
Эссэйл вернул голову в прежнее положение и прикрыл веки.
— Отличное ощущение. Хочешь повторить?
Когда она снова покраснела, Эссэйл рассмеялся низким, грудным смехом, и подумал, что да, ее реакция только что гарантировала ее человеческому ухажеру жизнь или то, что умрет он от рук кого-то другого.
Она хотела только его. И никого другого.
Эссэйл наклонился еще больше, пока его губы не оказались возле ее уха.
— Что ты сделала, вернувшись домой? Или не смогла ждать так долго.
Она специально отступила назад.
— Тебе так хочется знать? Отлично. Я поменяла насыпку в кошачьем лотке, приготовила омлет из двух яиц и тост с корицей, а затем завалилась спать.
Он сделал неторопливый шаг вперед.
— Что ты сделала, оказавшись меж простыней?
Когда до него снова донесся запах ее возбуждения, Эссэйл близко-близко наклонился к ней.
— Кажется, знаю. Но мне хочется, чтобы ты самарассказала.
— Да пошел ты…
— Ты думала о том, что увидела? — Когда порыв ветра перекинул несколько прядей на ее глаза, Эссэйл откинул их с лица. — Представляла ли ты, что я трахал тебя?
Ее дыхание участилось и — Дева славная в Забвении — это заставило его желать взять ее.
— Как долго ты там оставалась? — выдохнул он. — Пока не кончила женщина… или я?
Она оттолкнула его.
— Отъебись.
Быстрым движением она прошмыгнула мимо, заскочила обратно в машину и захлопнула дверь.
Он двигался так же быстро.
Эссэйл нырнул в открытое окно, повернул ее голову и жестко впился поцелуем в ее губы, завладевая ртом, начисто стирая все следы того человеческого мужчины. Все это заставило его член пульсировать.
Она ответила.
С не меньшей страстью.
Так как его плечи были слишком широки, чтобы протиснуться в окно, Эссэйл хотел прорваться сквозь сталь машины. Однако ему пришлось остаться там, где он находился, что сделало его более агрессивным, кровь ревела в венах, тело напряглось, когда его язык ворвался в ее рот, рука скользнула за шею и зарылась в ее волосы.
Она была влажной, сладкой и чертовски горячей.
В этот момент Эссэйлу пришлось разорвать поцелуй, чтобы сделать глубокий вдох и избежать риска потерять сознание.
Когда их губы разъединились, он встретился с ее глазами. Они оба тяжело дышали, и когда запах возбуждения женщины сгустился в воздухе, Эссэйлу захотелось ворваться внутрь нее.
Отметить ее…
Звонок его телефона оказался не ко времени и не к месту. Трель из его пальто, казалось, выдернула ее в реальность, ее глаза вспыхнули, перед тем как она отвела взгляд, руки вцепились в руль, словно пыталась унять дрожь.
Она не глянула на него, когда поднимала стекло, а затем утопила педаль газа и сорвалась с места.
Оставив Эссэйла тяжело дышать на холоде.
ГЛАВА 55
Вскоре после этого Куин покинул комнату Лэйлы. Ноги, обутые в тяжелые ботинки, несли его по узкому ковру коридора к лестнице. Проходя мимо кабинета Рофа, он смутно отметил, что кто-то его окликнул, но не предал этому значения.
В дальнем конце коридора со статуями, за комнатой Зи и Бэллы, располагалась комната Пэйн и Мэнни, дверь которой была закрыта, но изнутри доносилось тихое бормотание включенного телевизора.
