Тор смотрел сверху вниз на небольшого мужчину.
— Нам бы помогло, если бы ты озвучил имя.
На этих словах Элан нахмурился.
— Хотите сказать, что не знаете, кто входит в Совет?
Когда Рив закатил глаза, Тор пожал плечами.
— У нас есть дела поважнее беспокойства о членском составе Совета.
— В Старом Свете Братство знало состав.
— Между нами и родиной целый океан.
— Тем более жаль.
— Таково твое мнение.
Куин сделал шаг вперед на случай, если руки Брата сомкнутся на тощей шее сукина сына. Кому-то придется поймать голову прежде, чем она заляпает ковры хозяев. И мертвое тело.
Они же проявили только гостеприимство.
— Так о ком идет речь, — надавил Тор.
Элан оглядел неподвижных сосредоточивших на нем внимание, смертоносных мужчин.
— Эссэйл. Его имя Эссэйл.
***
В самом центре Колдвелла, где темные улицы формировали крысиный лабиринт, а трезвых людей становилось все меньше и дальше друг от друга, Кор размахивал косой, описывая круг высотой приблизительно в полтора метра от мокрой, заляпанной черным, земли.
Удар косы пришелся лессеру в шею, и голова, теперь уже отделенная от позвоночника, покатилась, уносимая холодным, порывистым ветром. Черная кровь струилась из рассеченных артерий, когда неуправляемая нижняя половина тела рухнула, нелепо приземлившись на задницу.
Вот и все.
К несчастью.
Повернувшись, Кор закинул «возлюбленную» на плечо так, что она загибалась за ним защищая, прикрывая спину, готовая к чему угодно, что придет следом. Переулок, в который он зашел, преследуя теперь уже выведенного из строя убийцу, был открытым с противоположной стороны и позади него, трое кузенов плечом к плечу выстроились в том направлении, из которого должно было прибыть вражеское подкрепление…
Что-то надвигалось.
И… быстро, рев движка становился все громче и громче…
В сторону переулка свернул внедорожник, шины плохо сцепились с обледенелой дорогой и, потеряв управление, тачка въехала в стену, ослепив Кора светом фар.
Кто бы ни находился за рулем, он не нажал на тормоз.
Двигатель взревел.
Кор отвернулся от машины, закрыв глаза. Нет причины держать веки открытыми, когда его зрение перестало работать. Кор не беспокоился из-за того, кто находился за рулем, будь то убийца, вампир или человек.
Они неслись на него, и он собирался прекратить это. Даже если, вероятно, было легче убраться с дороги.
Однако он никогда не искал легких путей.
— Кор! — заорал кто-то.
Сделав глубокий вдох морозного воздуха, он издал боевой клич, следя за машиной, его чувства потянулись и сосредоточились на рванувшем вперед внедорожнике. В одно мгновение коса Кора исчезла и на смену ей в обеих руках появились готовые к бою пушки.
Он выждал еще метров шесть.
А затем начал палить из стволов.
Так как на оружии стояли глушители, пули издавали звук только когда впивались в лобовое стекло, со звоном врезались о радиаторную решетку, попадали в шины…
В этот самый момент слепящие фары изменили направление, зад автомобиля занесло, но общая траектория осталась неизменной благодаря огромной скорости… хотя все пошло наперекосяк.
За мгновение до того, как внедорожник бочиной собирался снести его со своего пути, Кор подпрыгнул, высоко подтянув ноги в тяжелых ботинках, подошвы которых слегка чиркнули крышу, когда потерявшая управление железяка весом в полторы тонны, пролетела под его находящимся в воздухе телом.
Когда ботинки Кора вернулись обратно на землю, инерция, движущая вперед транспорт пришла к завершению в мусорном контейнере, остановившем тачку лучше, чем мог любой набор тормозов.
Кор не стал тратить время на приближение к корыту, а поднял пистолеты и напряг пальцы. Несмотря на то, что уже выпустил изрядное количество пуль, он знал, что в пистолетах осталось, по меньшей мере, по четыре патрона. И его солдаты опять стояли у него за спиной.
Поднявшись, чтобы заглянуть внутрь, он не заботился о том, кого там обнаружит: кого-то из своего вида, мужчину или женщину, лессера — ему было побарабану.
Смесь тухлицы и слащавости сообщили Кору с каким из своих многочисленных врагов он имеет дело, и правда, когда Кор наклонился к выбитому ветровому стеклу, то заметил раскиданных по передним сиденьям двух новобранцев, волосы которых были все еще темными, а кожа имела розоватый оттенок.
Даже с пристегнутыми ремнями безопасности, их серьезно потрепало. Если отбросить тот факт, что они были изрешечены пулями, на их физиономиях отпечаталось то, как они перевернулись в салоне, ударились о приборную панель а после засыпаны осколками разбившегося стекла. Их сломанные носы были измазаны черной кровью, как и разодранные щеки и подбородки. Эта дерьмовая жидкость стекала по их груди, как вода из смесителя в ванне.
Никаких подушек безопасности. Возможно, они не сработали.
— Сдается мне, в ваши планы это не входило, — пробормотал Бальтазар.
— Айе, — кто-то согласился с ним.
Кор отбросил беспокойство, убрал стволы в кобуру, взялся за дверцу со стороны водителя и рванул ее с креплений. Когда в переулке раздался скрежет металла, он отбросил дверь в сторону, обнажил кинжал и наклонился.
Как случалось со всеми лессерами, эти приспешники Омеги, несмотря на свои катастрофические увечья, все еще дергались и моргали, и так будет продолжаться, пока они не потеряют связь с прародителем, даже если их тела будут разлагаться вечно.
Существовал только один способ убить их.
Кор занес правую руку к левому плечу и погрузил лезвие своего кинжала прямо в грудь сидевшего за рулем лессера. Отвернувшись и зажмурившись, чтобы не оказаться снова ослепленным, он дождался хлопка и затухания вспышки, прежде чем нагнулся над сиденьем и проделал то же самое со вторым пассажиром.
После чего развернулся, чтобы перейти на другую сторону и прикончить обезглавленный, корчащийся труп… у которого поперек груди виднелись следы шин от того, что его в переулке переехала машина.
Кор приблизился к трупу, перешагнув через пятно черной жижи, снова занес свою руку с кинжалом и с такой силой погрузил клинок в грудную клетку, что острие оружия вошло в асфальт.
Когда он снова поднялся на ноги, дыхание покидало его нос облаками пара, почти как у тепловоза.
— Обыщите машину, а затем уходите.
Кор проверил время. К несчастью полиция Колдвелла приезжала слишком быстро, даже в этой части города… и постоянный риск человеческого вмешательства, с которым он жил, как всегда, был досаден. Но, если повезет, они за несколько минут исчезнут, словно их никогда и не было.
