32. Новая дорога
Ангелина.
В надежде наладить общение, я спускалась вниз на все завтраки и ужины, но безуспешно. По утрам Лэйтон цедил слова сквозь зубы, поскорее заканчивал трапезу и исчезал, а по вечерам и вовсе уезжал из дома и ужинал где-то в другом месте.
Время тянулось невыносимо, я не знала, чего ждать, пока, наконец, в комнату не постучали. Служанка передала, что лорд Стилл желает видеть меня в библиотеке. Я тут же поручила младенца заботам нянечки и спустилась.
Привычным жестом толкнула тяжёлые двери и вошла. Супруг сидел на своём обычном месте за столом. Перед ним лежало несколько листов пергамента со сломанными печатями. «Послания», — пронеслось в голове.
Лэйтон скользнул по мне взглядом и указал на диванчик, стоящий на отдалении:
— Присаживайся, Ангелина. Есть новости, которые касаются тебя.
Я сцепила ладони перед собой и послушно села.
— Как я и предполагал, приказом Его Императорского Величества наш с тобой брак аннулирован.
— Что? Как это возможно, без нашего ведома?
— Императору откуда-то стало известно о том, что наш союз не одобрен Стихиями. А это достаточное основание для его аннулирования. К Приказу даже прилагается пояснение жреца, проводившего церемонию. Просто так проверять это никто бы не стал, если бы не знал наверняка. — Лэйтон поправил стёкла очков и внимательно на меня посмотрел. — Ангелина, ты кому-нибудь рассказывала о том, что наша брачная церемония не состоялась?
«Рассказывала? Да я растрепала об этом всем, кому только можно было, и Каритасу сразу наутро, и Рэйнеру недавно. Дура».
Вместо ответа я лишь опустила глаза на свои руки. Супруг правильно понял моё молчание. Кивнул и развёл руками.
— Я могу только догадываться, с какой целью ты это сделала, но, очевидно, ты её достигла. Потому что следующее письмо от лорда Рэйнера Файерстоуна, — Лэйтон горько усмехнулся. — Как выясняется, твоего законного супруга уже девять месяцев как.
— Что? — Я встала и подошла к столу. Выхватила из рук Лэйтона бумажку и пробежала глазами.
Лорд Файерстоун уведомлял лорда Стилла, что прибудет через три дня, чтобы забрать свою супругу и ребёнка. К тому времени они должны быть готовы для длительного путешествия. Задерживаться в поместье Стилл лорд Файерстоун не намерен.
Приложением к письму шёл пергамент с регистрацией брака между лордом Рэйнером Файерстоуном и леди Ангелиной Файерстоун, датированный… больше девяти месяцев назад.
Я смотрела на эти бумаги и не могла поверить. Мной распорядились, словно вещью, по своему усмотрению. Передали, словно трофей, от одного к другому. Волна возмущения поднялась внезапно и неконтролируемо.
Лэйтон пристально наблюдал за моими эмоциями, задумчиво приложив пальцы к губам, затем сказал:
— Мечты сбываются, да, дорогая? Поздравляю тебя. Наконец-то, ты воссоединишься со своим возлюбленным. Ведь ты так этого хотела.
Я хлопнула по столу листами пергамента, упёрлась в него ладонями и наклонилась к Лэйтону через стол.
— Я не хотела этого. Сейчас — уже нет. Я обещала быть с тобой.
— Но ведь ты всё ещё любишь его. — Сказал тихо. — К чему этот наигранный гнев?
— Ты ошибаешься, Лэйтон. Я забыла, я научилась справляться.
Но бывший муж лишь покачал головой:
— Я своими глазами видел вашу последнюю встречу, Ангелина. Ты не забыла, и он не забыл. — Лэйтон снял очки, и устало потёр глаза. — Моя, но мёртвая или чужая, но жива. Как тебе выбор, а? Я сделал его ещё тогда, и сразу это понимал. Думаешь, мне легко сейчас? Ведь я не железный. Помоги же мне.
Услышанное дошло до меня не сразу. Лэйтону — вот кому было действительно больно все эти дни. Эгоистка, какая же я эгоистка! Даже не думала о нём, а только о себе, своей гордости и нежелании уступать Рэйнеру и Императору. Убрала за спину дрожащие руки и попятилась назад. Выскользнула за дверь и прикрыла её за собой.
Сразу после этого разговора лорд Стилл уехал. Об этом мне сообщил дворецкий, как и о том, что готов оказать мне любую помощь в сборе вещей. После разговора с Лэйтоном я больше не чувствовала за собой морального права попусту сопротивляться неизбежному, поэтому покорно начала готовиться к отъезду.
В последнюю ночь я почти не спала, и чувствовала волнение как перед экзаменом. Поднялась, едва вдали начало светлеть небо. Младенец мирно спал в колыбельке. Он вообще оказался на редкость спокойным и покладистым.
Спустилась к завтраку первая и очень удивилась, когда, следом за мной, место напротив занял Лэйтон. Он отсутствовал все последние дни, и вернулся вчера поздно вечером. Бывший супруг был одет в неизменный белый камзол и выглядел безупречно.
Развёл руками в стороны и объяснил свой парадный внешний вид.
— Сегодня наш последний совместный завтрак. Всё должно быть идеально.
Улыбнулся грустно своей обычной улыбкой и у меня защемило сердце. Мы разговаривали о пустяках, лишь бы не затрагивать серьёзные темы.
Трапеза давно закончилась, а мы продолжали в молчании пить остывший чай и не решались подняться из-за стола. Этот завтрак словно являлся символом нашей совместной жизни, ускользающей сквозь пальцы. Вот сейчас мы встанем, и всё закончится, растворится как мираж в пустыне.
