Что же касается ваших друзей – тут мы немного напряглись, а Минору продолжил как ни в чем ни бывало – то никаких проблем с ними у нас нет, делайте что хотите, семья Мацумото во все эти внутренние дела местного гокудо не вмешивается. Однако. Мы благодарны вам, за поддержку Юки‑тян и будем благодарны, в случае, если таковая будет продолжаться. Поэтому, в рамках установления дружеских отношений с командой Сумераги‑тайчо, хотел бы отметить, что файл с его личным делом и описанием способностей – пропал из архива местного отделения СКПУ, а копия – не была отправлена в центральный аппарат как положено – в течение месяца. Еще добрый дядька Минору предупредил, что способности к исцелению уровня «сигма пять» – это очень интересные способности и на вашем, Сумераги‑тайчо, месте, он, Минору, тщательно отбирал бы людей, которые знают этот секрет. Потому как однажды и в секретной лаборатории связанной можно очнуться. Для опытов. Конечно, дикость, конечно семья Мацумото бы никогда, но говорят… и вообще, на вашем месте, я бы присмотрелся к Такеши‑сану, советнику старого Джиро, да нет, ничего я не знаю, так догадки.
В любом случае, еще раз разрешите принести вам, Юки‑тян свои извинения и да, этот придурок Мацуда‑кун уже наказан надлежащим образом, и вы его больше никогда не увидите. Было приятно встретиться с такими … энергичными молодыми людьми. Если что – позвоните, может помочь чем надо. Линда! – и добрый дядюшка Минору неторопливо удалился, следом за ним семенила блондинка по имени Линда.
– Ох ты ж ни хера себе! – выразила общее мнение Майко, когда двери за этими двумя закрылись: – ни хрена… – она тут же прикусила язык, потому что дверь открылась и вошла Линда. Все напряглись, ожидая худшего, однако она молча прошла к столику, взяла забытый Минору зонтик и пошла к выходу. У самой двери она обернулась.
– Ваши вещи – вон в том шкафчике. – сказала она. Надо же, подумал я, а она ведь и слова не сказала до этого, удивительно низкий и хриплый у нее голос. Как у Мирей Матье. Линда повернулась и вышла.
– Какие еще вещи. – пробормотал я: – мы ж налегке.
– Щас, посмотрю. – Майко открыла шкаф и разразилась ругательствами. Из шкафа к нашим ногам выпали бессознательными мешками два тела. Сакура‑тян и Питер Синяя Молния.
– Высшая лига. – прошептала Акира и в уголке ее глаза мне померещилась слезинка.
– Мда. – сказал я, глядя как Юки хлопочет над потерявшей сознание Сакурой и как Майко хлещет по щекам Питера: – облажались мы по полной. Думали за Юки слово молвить, а получилось, что она за нас заступилась. Ну какова эта Линда…
– Я с ней ничего сделать не могла. – пожаловалась Майко: – быстрая и сильная… как зверь. И руки как из стали сделаны.
– Где я? – пришел в себя Питер, который Молния: – что вообще происходит?
– Происходит тут жопа, дорогой. – немедленно встряла Майко: – по твоей вине, кстати происходит. Ты каким крокодилам нас всех скормил? Да если бы этот вот мужик не был в настроении, так раскатали бы нас тут по помещению на лепешки.
– Что? Юки? – Питер перевел ошалелые глаза на Снежную Королеву: – я как начал ритуал делать, а потом – ничего не помню.
– Волос на тебе блондинистый, вот. – нашла Майко: – стерва такая.
– И ведь она даже не тройная эска. – сказала Акира, выпрямляя спину: – она даже не тройная. Синдзи! – повернулась она ко мне: – Мне нужно стать сильнее. Что ты там говорил про Юки‑тян?
Я смотрю на Акиру, на застывшую в болезненной прямоте спину и понимаю, что сегодняшний проигрыш очень сильно сказался на ее самолюбии. Еще бы – по местным меркам она одна из чемпионов, крупная рыбешка в нашем мелком пруду. Но это только по местным меркам. Где‑то в океане плавают такие монстры, что весь наш городишко со всеми нашими суперами – проглотят и не подавятся. Супера – это преобладание именно качества над количеством. И если есть возможность нарастить это самое качество, то следует этим и заниматься. В сухом остатке – один‑единственный маг из столицы, даже не тройная эска, как говорит Акира – походя свернул нас всех в шаурму. Или в роллы с рисом и огурцами. И даже не вспотела. Интересно, а секс с такой как Линда – считается групповым, или это все‑таки традиционный, один на один? Брр, что за чушь в голову лезет, наверное нервное.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Я говорил, что у вас с ней возможна синергия. – сказал я и Юки‑тян подняла голову от пришедшей в себя Сакуры.
– Вам нужно попробовать … проверить взаимное воздействие ваших техник. Потому что есть у меня мысль…
– Сложить вместе Акиру и Юки‑тян? Это хорошая мысль. – говорит Майко и глаза ее наконец смеются.
– Я… не собираюсь ни с кем ложится. – говорит Юки. Сакура‑тян, едва придя в себя – исчезает с тихим хлопком.
– Да, оставьте человека в покое. – поддерживает ее Майко: – только что ее от одной постели избавили и в другую уже тащите. Подождите для приличия. Минут пять.
Глава 9
Как говаривал Мак Сим – сейчас я посмотрю, что такое господа офицеры в депрессии. Страшное дело, когда господа офицеры в депрессии. Двумя полными составами обоих команд. Воины Сейтеки и Черные Вдовы Сумераги в депрессии. Майко пьет. У нее такой вот способ сублимации и процессинга. Она пьет. Вместе с Питером Синяя Молния – эти двое кажется нашли друг друга и сейчас сидят на кухне и о чем‑то вяло спорят. Курят и пьют горькую. На столе перед ними коллекция бутылок, импровизированная пепельница из разорванной пополам пустой банки пива.
– Это еще что… – говорит Питер: – вот у нас был случай… я тогда еще в во втором дивизионе вместе с «Соколами Итико» был. Мы в полуфинале тоже с вот таким встретились, но это же невероятно. Как вообще можно с эской на поле выходить? Как по мне – куплено все было в тот раз, а?
– Не, ты мне скажи – не слушает его Майко: – ты вот мне скажи, как так‑то? Разве я не симпатичная … ик! И милая! Личное счастье где? Я тебе нравлюсь?
Мы в полном составе сидим у Майко дома, слава богу пять комнат у нее и метраж такой… неплохой. Правда у нее, как и положено в новомодных студиях, кухня и гостиная по сути одно и тоже, отделены символической барной стойкой, потому о чем наши супера общаются слышно всем. Они шумные.
Где Читосе? Оставили мы ее на базе, позвонили потом, чтобы не беспокоилась и сказали, что «все в порядке.» Так что спит она, наверное в убежище.
Остальные – притихли. Юки‑тян, Снежная Королева, оставшаяся без принца, молча сидит на диване. К ней, сбоку, словно раненый щенок, прижалась Сакура‑тян. Юки гладит ее по волосам. Обе молчат. Сакура довольна – Юки рядом, на столе ваза с конфетами, ну а что люлей навешали, так это уже в прошлом, сейчас‑то все хорошо. Акира сидит неподалеку, развернувшись спиной к Юки, но подозрительно близко к ним. Лицо у Акиры замерло каменной маской, она открывает и закрывает свой золотой портсигар. Щелк. Щелк. Щелк.
Я понимаю, о чем речь. Почему наша команда в депрессии вместе с Питером. Снежная Королева не в счет, у нее только что вся жизненная стратегия «живи тяжко, приноси себя в жертву и умри несчастной» – рухнула. Она вон, сидит, обалдевшая и в своем счастье разобраться не может. Сакура тоже не в счет – она, кстати молодец в этом плане, наверняка нелегкое было детство у девушки, повидала. Только люди, повидавшие на своем веку, могут легко абстрагироваться от поражений – подумаешь, еще тяжелее было, ну выхватили и что? Все живы и здоровы, меня по волосам гладят, живем. При этом Сакура – не имбецил какой‑нибудь, она прекрасно понимает, что обошли нас по классу раз в пять, что шансов у нас не было, даже начни мы по этому ресторанчику за километр гвоздить, что какая‑то блондинка может всех нас поиметь, не особо напрягаясь и при этом еще и чай Мацумото‑сану приготовить и плечики размять. Вам с бергамотом? Два кусочка сахара? Не обращайте внимания, я пока две команды суперов в лепешку раскатаю…
Но Сакура чем‑то на меня похожа, хлебнула дерьма за свою жизнь и понимает, что быть сильнее всех все равно не получится, всегда есть какие‑то ограничения и всегда есть кто‑то сильней чем ты. Потому она и не заморачивается. Таскает конфеты свои, прижимается к Юки, вот‑вот замурчит как кошка довольная.
