Во всех интервью, включая последнее в 2006 году, Чэпмен утверждал, что убил Джона Леннона под влиянием романа Сэлинджера. Объяснял он это тем, что чувствовал себя настоящим Холденом Колфилдом, боялся, что Леннон провозгласит себя новым спасителем детишек «над пропастью во ржи», и убил музыканта, чтобы тот не успел впасть в фальшь и «липу». Позднее Чэпмен перестал ссылаться на умопомрачение и признал себя виновным в уголовном преступлении. Его приговорили к 20 годам заключения в государственной тюрьме в Аттике, где он находится по настоящее время.
Марк Дэвид Чэпмен интерпретировал произведение Сэлинджера самым превратным образом. К сожалению, в течение многих лет после преступления на поклонников Сэлинджера смотрели с подозрением, как будто любовь к творчеству Сэлинджера и неврастения неотделимы друг от друга. Тридцатого марта 1981 года, менее чем через четыре месяца после убийства Леннона, было совершено покушение на жизнь президента Рональда Рейгана. Еще один психопат по имени Джон Хинкли-младший выстрелил в президента, его пресс-секре-таря и телохранителя в попытке привлечь к себе внимание актрисы Джоди Фостер. Когда полицейские обыскали номер Хинкли в вашингтонской гостинице, они нашли десять книг, привезенных им с собой. Среди них были книга о Шекспире, книга о преступлениях, совершенных в состоянии невменяемости, и «Над пропастью во ржи». Поскольку с убийства Леннона прошло совсем мало времени, журналисты тут же привлекли всеобщее внимание к тому, что среди вещей Хинкли оказался именно роман Сэлинджера. Эти преступления породили странную спекуляцию. Некоторые считали, что смерть Леннона и покушение на Рейгана являются частью сложного заговора, напоминающего сюжет «Маньчжурского кандидата» Появились публикации и статьи, утверждающие, что некие таинственные силы в правительстве США дьявольским образом вложили в роман «Над пропастью во ржи» действующий на подсознательном уровне императив к убийству. Эта фантастическая версия легла в основу фильма 1997 года «Теория заговора», где запрограммированный убийца с маниакальной страстью собирает и собирает экземпляры романа Сэлинджера.
Средства массовой информации не обращали никакого внимания на просьбы Сэлинджера предоставить его самому себе, что приводило его в недоумение. Заинтригованные тайной его добровольного затворничества, газеты и журналы охотились за ним в его уединении с такой же одержимостью, как в 1961 году, когда он находился на вершине своего писательского успеха. Пожалуй, самой большой подлостью, устроенной Сэлинджеру, стало интервью, появившееся 24 июля 1981 года в популярном литературном журнале «Пэрис ревью». Редактор журнала Джордж Плимптон поместил его под заголовком «Что я делала прошлым летом» и с подписью «Бетти Эппс».
Эппс получила свое так называемое интервью обманом. Из самой статьи явствует, что Сэлинджер пришел на встречу, получив оставленную на почте в Виндзоре записку, где Эппс рекомендовала себя как молодую, пытающуюся пробиться в литературу романистку, которой хотелось бы просто поговорить с великим писателем. Сэлинджер встретился с Эппс, но на вопросы ее отвечал скупо, так что ей пришлось значительную часть своей заметки посвятить описаниям замкнутости Сэлинджера и ухищрений, с помощью которых она маскировала магнитофон и фотокамеру. Ей удалось задать Сэлинджеру один серьезный вопрос о месте женщины в «американской мечте», спровоцировав писателя на страстную отповедь. «Американская мечта принадлежит всем жителям Америки, — вскинулся он. — И американцам, и американкам. Она и ваша тоже. Действуйте. Требуйте, если вы хотите ее осуществить». Далее, демонстрируя полное отсутствие журналистского инстинкта, Эппс перевела разговор на другую тему: «Я забеспокоилась, что Сэлинджер быстро не остановится, а вскоре должен был прозвучать сигнал конца записи».
Эппс пишет, что Сэлинджер рассердился. Она утверждает, что местный житель, ставший свидетелем их встречи на автостоянке в Виндзоре, решил сам завязать разговор с Сэлинджером, которого это вывело из себя. Возможно, так оно и было, но возможно также, что Сэлинджер раскусил тактику Эппс и вскипел именно поэтому.
Статья «Что я делала прошлым летом» продемонстрировала такую неразборчивость редакции в средствах, что возбудила только сочувствие к Сэлинджеру, представавшему в ней мягким и болезненно застенчивым человеком. Публикация статьи сослужила исключительно дурную службу всем будущим журналистам и историкам. Интервью Бетти Эппс стало последним из когда-либо взятых у Сэлинджера. Больше он ни разу не согласится ни рассказать о себе, ни высказать публично свою точку зрения.
Наступила середина 1980-х годов. Молчание Сэлинджера длилось уже двадцать лет. Однако запретить другим писать о себе он не мог. Новые книги о Дж. Д. Сэлинджере появлялись на книжном рынке постоянно, их издание писатель предотвратить не мог. Еще в 1958 году вышла книга Фредерика Гвина «Творчество Дж. Д. Сэлинджера». За ней в 1961 году последовала монография «Дж. Д. Сэлинджер» Уоррена Френча, а в 1962 году — книга Белчера и Ли «Дж. Д. Сэлинджер и критики». Следующий год принес целую россыпь посвященных творчеству Сэлинджера работ. Из них стоит отметить аннотированную библиографию Сэлинджера, составленную Дональдом Фини, и труды Марвина Лейзера и Ихаба Хассана. В последующие годы и до середины 1980-х список пополнился работами Джеймса И. Миллера, Джеймса Лундквиста и Гарольда Блума. Десятки публикаций, предметом которых были произведения Сэлинджера, способствовали сохранению его творчества в общественном сознании, в то время как сам автор продолжал хранить молчание.
В каждой из вышеупомянутых книг содержался критический анализ творчества Сэлинджера. Свои интерпретации авторы подкрепляли множеством цитат, особенно из «Над пропастью во ржи». Поскольку все это были литературоведческие исследования, Сэлинджер никак не мог влиять на их содержание. Приводя основные даты его жизни — тогда-то родился, тогда-то воевал, тогда-то написал то-то и то-то, — авторы этим и ограничивались, никто из них не пытался глубже проникнуть в святая святых писателя. В 1982 году У. П. Кинселла выпустил бестселлер «Босоногий Джо», где Сэлинджер выступал в качестве главного героя. И хотя Сэлинджер в романе Кинселлы много говорит о своей жизни, «Босоногий Джо» остается произведением беллетристики, а его персонаж и не задумывался как точный портрет известного писателя.
В мае 1986 года Сэлинджер получил от Дороти Олдинг пакет. Внутри он нашел гранки неавторизованной биографии под названием «Дж. Д. Сэлинджер: Творческая жизнь». Написал ее Иэн Хэмилтон, известный британский издатель, биограф и поэт. Издательство «Рэндом хаус» поручило ему сорвать покров тайны со сложившегося в общественном сознании образа Сэлинджера. Сэлинджер быстро пролистал гранки. Там содержались никогда прежде не раскрывавшиеся детали его частной жизни, причем с обильным цитированием его собственных писем.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
