этого, как только Арсений успокоил команду короткой мотивирующей речью, нас с Олежкой он запер в хвостовой переговорной. Видимо, чтобы не болтали лишнего.
Ладно Голицын. Парня новость о наличии плана «Б» о котором он не знал, выбила настолько, что Олег дар речи потерял и от одного его вида любой член команды начал бы паниковать. Но зачем наш диктатор запер меня я так и не понял.
Разве что Арсений боялся, что если меня от него не изолировать, то мы опять попадем в «зону турбулентности».
Лететь оставалось еще больше трех часов, общаться с Олежкой не было никакого желания, к тому же ночью Василиса Богданова мне толком поспать не дала. Поэтому я позволил себе закрыть глаза и мгновенно уснул.
* * *
Больше никаких приключений в полете не было, и мы благополучно приземлились. Арсений даже после прибытия не дал нам с Олегом соединиться с командой и не торопился выпускать нас из заточения.
За те три часа что я спал Олежка более-менее взял себя в руки, но все равно был в разы более задумчивым и рассеянным, чем обычно. Но ко мне с расспросами не лез и на том спасибо.
Однако, я искренне надеюсь, что младший Голицын сможет собраться и сконцентрироваться на деле, а обидки на Арсения отложить на пару дней в сторону.
Арсений снял барьер и выпустил нас только тогда, когда остальные члены команды уже покинули борт по трапу. Судя по внешнему виду здоровяка, который старался на меня вообще не смотреть, он и сам еще не особо отошел от произошедшего и не знал, как себя вести.
Жаль, что до обоих ребят не доходит самый очевидный и эффективный вариант. Вести себя как обычно. Странности в середине полета заметила вся команда и это наверняка посеяло никому не нужное лишнее напряжение.
Багажом и прочими организаторскими штуками занимались люди Арсения и все что нам студентам-аристократам оставалось это спуститься по трапу. Внизу, помимо промозглого ветра и весьма неприветливой мрачной погоды нас встретили десять британских гвардейцев в парадных красных кителях. А также пять неизвестных мне важных лиц принимающей стороны и шесть представительных люксовых седанов с гербами британского императорского дома.
Одного взгляда на автомобили хватило чтобы понять, насколько параноидально они нафаршированы защитными конструктами. После официальных приветствий и короткого досмотра с проверкой документов и сканированием, нас с Олегом любезно усадили в крайнее правое авто.
Остальные члены команды уже была рассажены по другим машинам, и мы ждали только Арсения, который отошел в сторону и вел беседу с троицей высокопоставленных британцев в разноцветных парадных костюмах.
После пятиминутного обмена любезностями, Арс наконец откланялся и, вот сюрприз, сел в машину именно к нам с Олегом, и кортеж тронулся. За всю часовую поездку до места дислокации в машине стояла гробовая тишина и весьма неловкая обстановка.
Но, собственно, мне было на это плевать. Едва мы ступили на британскую землю я ощутил пристальное энергетическое внимание. И исходило оно вовсе не от делегации что нас встречала и не от приставленных нам водителей-охранников, а откуда-то извне. Сложно было сказать кто именно следил за каждым нашим шагом, вероятнее всего британские спецслужбы.
Нужно быть очень наивным дурачком, чтобы полагать что британский Император не знает о повышенной концентрации иностранных агентов в сердце своей территории.
Поэтому и я был начеку и действовал, как и обычно на чужой земле. Запустил сканирование местности на такой диапазон, который мог. Перебирал тысячи энергетических слепков и сортировал их по потенциальной опасности. Когда ты на чужой территории информации много не бывает.
Особенно я старался выделить боевые слепки тех, кто проявляет интерес именно к нам. Уже через двадцать минут я смог отчетливо определить пять довольно мощных энергетических слепков, которые следили за нами с удаленного расстояния и вели нас с самого аэропорта.
Спустя полчаса за нами следило уже минимум два десятка любопытных глаз. За всю поездку я отметил как подозрительные тридцать семь энергетических слепков. Наверняка часть из них случайные зеваки, но среди них есть те, кому приказано пасти нашу делегацию и моей целью было обнаружить именно их.
За пару тройку часов подобного наблюдения в самой Академии я уменьшу список и определить личности тайных преследователей не составит особого труда. Такие обычно шифруются под обслуживающий персонал и знать их в лицо заранее критически важно.
С картой местности Лондона я был знаком и параллельно отслеживал куда именно нас везут. Дополнительно к этому анализировал ближайшую местность на случай негативных сценариев и прорабатывал пути отхода в случае, если придется пробиваться в аэропорт через город самостоятельно.
Благодаря испытаниям деда у меня были наработанные пути и схемы отхода из Лондона, а также знания как именно реагируют британские спецслужбы на чрезвычайные ситуации и какими силами располагают. Думаю, даже с учетом погрешности отличия миров, эти знания будут куда полезнее, чем их полное отсутствие.
Отслеживать чем именно в поездке занимались Олег и Арсений у меня не было ни сил, ни желания, ни возможностей. Надеюсь, они не просто мечтательно пялились в мутно-серые грозовые тучки и достопримечательности Лондона.
Вдруг кортеж сошел с основной дороги и резко замедлился в западной части города. Спустя минуту езды по пустой дороге мы въехали на просторную территорию через трехметровые ворота с витиеватым гербом с золотыми львами.
В момент пересечения каждая клеточка моего тела вздрогнула и сжалась под грубым сканированием защитного конструкта. Олега рядом согнуло от внезапности, но он быстро взял себя в руки.
— Впечатляющий барьерчик, — нарушил я гробовую тишину в нашем автомобиле, от которой даже приставленному нам водителю-охраннику было не по себе.
— Сильнейший в Европе, — тут же отчеканил водитель и припарковался напротив парадного входа в пятиэтажное здание, обильно украшенное золотыми фигурами и фресками.
К автомобилю тут же подскочили слуги и отворили нам двери.
— Добро пожаловать, ваше благородие. Перед вами гостевой комплекс Центральной Британской Академии его величества Георга. Меня зовут Генри, — поклонился мне щуплый курносый парнишка и подставил
