– Зачем?
– Ну, сначала поругались бы, а потом, может, и подружились. Бьёрн умный мужик, по крайней мере относиться бы к тебе по-другому стал.
– Зачем?
– На мне-то практиковаться не надо, а?! Если тебе плевать на пленников, почему ты согласился лететь на Медузу?
– Потому что вы туда летели, – с убийственной честностью ответил киборг.
– А как же Рикки? Я думал, ты и ради него стараешься.
Дэн снова не ответил, но приятель оказался настырным:
– Слушай, среди этих ребят наверняка тоже есть хорошие люди. А если ты будешь всех избегать, то так никогда этого и не узнаешь.
– А если не буду, меня ликвидируют.
– Кто, Станислав Федотович?!
– Ему тоже не нравится, когда я нарываюсь.
– Одно дело нарываться, а другое – просто разговаривать!
– Для киборга это одно и то же.
За спиной у Теодора что-то хрупнуло. Пилот круто обернулся – и обнаружил, что они на дороге уже не одни. Причем третий так спокойно и деловито трусит следом, что даже палить по нему как-то невежливо. Хотя бластер Тед, разумеется, тут же выхватил.
– Это еще что за хрень?!
Хасса заискивающе затрещала ушами, глядя на Дэна, как Бьёрн на Теда: будто они тут одни, а третье существо так, для мебели. Или для закуски.
– А, не обращай внимания, – едва покосился на нее киборг. – Они постоянно за мной идут.
– И не нападают?
– Один раз попробовали. – Дэн приспустил респиратор, выразительно облизнулся, и тварь поспешила увеличить дистанцию.
Пилот, не опуская бластера, поводил фонариком по кустам. Кусты недовольно жмурились и отводили взгляды.
– Ёпрст, да их тут до фигища!
– В радиусе пятидесяти метров – тридцать восемь, – уточнил Дэн.
– А они на нас не бросятся?
– Нет. Вся стая идет сзади.
– И что это означает?
– Что мы ее разведчики, а не добыча. Иначе окружили бы.
– Похоже, ты успел неплохо их изучить, – с нервным смешком заметил пилот.
Дэн серьезно кивнул.
– В их поведении есть определенные закономерности. Эти существа довольно умные.
– В бараке говорили, что это чуть ли не местная цивилизация.
– Если здесь и была другая, то они ее сожрали, – цинично сказал киборг. Он видел, как хассы грызли даже деревья, хрустя ветками, словно костями.
Напарники в молчании прошли еще с полкилометра, и Тед, попривыкнув к почетному эскорту, снова не выдержал:
– Ну хорошо, на людей ты не обижаешься, ты их просто не любишь. Капитана сам спасать вызвался. В лесу уже как дома. Тогда какого черта ты такой мрачный?
– Я на задании.
– Нашел кому врать!
Дэн замешкался. Сам он мгновенно улавливал малейшие изменения в человеческом настроении – по сердцебиению, дыханию, тембру голоса, запаху. Но как друзьям удавалось понять, что что-то не в порядке с ним самим, оставалось для него загадкой.
– Ты меня тоже боишься?
– Чего-о-о? – опешил пилот.
– Ты тоже увидел, на что я способен. И тебе это не понравилось.
– Дурак, – беззлобно сказал Теодор. – Какая разница, обычное у тебя оружие или встроенное? Станислав Федотович в свое время без всяких имплантов кучу народу положил, и что? Пусть его враги боятся, а не мы! Непривычно просто, а вообще я тебе даже завидую чутка. Я б тоже хотел так драться и двери с полпинка вышибать.
Дэн вымученно улыбнулся.
– Сам ты дурак.
* * *
– Брысь, – с закрытыми глазами простонал Станислав: ему и без того паршиво, а тут еще надрывные вопли под ухом! Нет, надо все же выбросить эту проклятую кошку или отрезать ей лишние детали… Например, голову!
Капитан потянулся нащупать что-нибудь увесистое и швырябельное, но внезапно осознал, что под щекой у него не подушка, а неудобно завернутая, в хлам затекшая рука, да и на родную каюту это место не похоже. Кошка, правда, была та же самая. И судя по ее интонации, действие волшебной таблеточки закончилось.
– Славик, ты как?
Спрашивала, кажется, не кошка. Станислав повернулся на звук – освобожденная рука заболела еще сильнее – и честно ответил скорчившемуся в углу Вадиму:
– Хреново… А ты?
– Мр-ряу! – оживилась Котька, услышав знакомый голос.
– Нога, кажется, сломана… Совсем не слушается и распухла вдвое… – Приятель вяло согнул правую ногу в колене. Левая, с неявственно вывернутой ступней, осталась неподвижна. – Скорей бы уж пристрелил меня… Все равно ж этим закончится…
– Ау-у-у! Яйау-у! – сочувственно поддакнула кошка.
– А ее-то к нам за что? – пробормотал капитан. – Тоже как сообщницу?
– Нет, эта тварь снаружи орет. Я уже не выдержал, крикнул охраннику, чтоб он ее пнул, но, кажется, там никого нет. Иначе хоть рассмеялся бы в ответ.
– Никого? – У Станислава, к счастью, обе ноги оказались в рабочем состоянии, хотя полагаться на них было ошибкой: капитана повело сначала в одну сторону, потом в другую, но кое-как он до двери все-таки добрался. – Котенька! Как ты там, бедненькая? Злые бандиты обидели маленького котеночка? Ах они мерзавцы! Давай я тебя пожалею, кис-кис-кис!
Кошка расчувствовалась и теперь вопила почти непрерывно, на каждый доносящийся из отсека звук.
– Славик, – по прошествии пяти минут окликнул Вадим (настороженным голосом человека, запертого в одной камере с психом), – зачем ты над животным издеваешься?
– Когда меня на второй допрос вели, я заметил, что с той стороны двери нет засова. Только сенсорная кнопка, как в типовой каюте.
– И что?
– Сейчас увидишь. Кисонька моя! Золотце! Иди к папочке! – Станислав, кажется, еще ни одну женщину так не обхаживал. – Вадик, почавкай.
– Чего?!
– Сделай вид, будто ешь что-то вкусное. – Капитан подал пример: громко, с причмокиванием, для достоверности зажевав край воротника.
Вадим забился поглубже в угол, готовясь, если что, отбиваться здоровой ногой. Кажется, на вечернем допросе Казак перестарался.
Кошка, напротив, живо заинтересовалась спектаклем. Последнюю неделю она питалась элитным кормом, разработанным ведущими галактическими фелинологами, рекомендованным ветеринарами и одобренным зоозащитниками, а ужасно вредную человеческую еду Казак заботливо ел сам. Котька лоснилась, лучилась здоровьем, была полна энергии и чувствовала себя самой несчастной кошкой во Вселенной.
Сочетание еды и любимого мужчины заставило бы Котьку свернуть горы, не то что какую-то дверь. Кошка встала на задние лапы, поскребла по ней передними, сверля взглядом соблазнительный белый огонек в полутора метрах от пола. Ап!
– Давай, моя умница, давай! – нетерпеливо подбадривал капитан. Возможно, охранник всего лишь отлучился в туалет и мог вернуться в любой момент. Или Казак, отдохнув, решит продолжить «беседу». – Попробуй еще раз!
Кошка попрыгала, изнемогла и стала с муркотаньем кататься по полу. Станислав прикусил губу, сдерживая ругательства. Похоже, все было не так-то просто, и охранник вначале вводил код, а потом уж нажимал на кнопку, либо система распознавала его по отпечатку пальца.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
