Молча слушавший наш разговор парень по соседству со стариком улыбнулся и подмигнул. Сверкнули хитринки в весёлых глазах, пока он выставил очередной коктейль посетителю на высоком стульчике.
За шторкой оказался закуток, один из проходов ведёт на кухню, судя по запахам. Ввысь устремилась лестница, плотный кореец бодро поднимается по бетонным ступенькам и я шагаю следом.
Разговор, так разговор. Сразу не отказали, значит шансы на подработку есть. Теперь уговорю на выдачу задатка, что решит вопрос с туманным проживанием. Возможно, стоит посетить корейские бани. Потом должен позвонить чудик на свой дорогущий мобильник, оттягивающий внутренний карман толстовки. Надеюсь, сообщит вердикт по более крупной денежной сумме.
Лестница ведёт выше, но мы свернули в широкий проход с облицовкой деревянными панелями, часто обшарпанными по углам. Вдалеке небольшого коридора витражное окно и блики неоновых вывесок на стенах многоэтажек.
Плотный кореец уверенно идет впереди, совсем не обращая внимания на то, следую я за ним или нет. Похоже, бизнесмен, проклюнувшийся из бармена, полностью уверен, что деваться мне некуда. Вполне возможно, он близок к истине…
Шагая под светом ламп дневного освещения, я бросаю взгляд за неплотно закрытую дверь. Внутри сумрак танцевального зала, лакированный паркет и зеркальные стены. Балетная школа у них тут, что ли?
— Опачки… — замираю перед крупной вывеской над широким окном второго этажа: «ХИТ Интертейнмент», сообщает сей логотип.
Мдя… Я почёсываю макушку и морщусь. В этой стране развлекательных учреждений, что собак нерезаных! Хотя судьбу бедных пёсиков лучше не упоминать, они тут как раз вот это самое…
Нет, когда планировалась поездка в Корею, меня привлекло большое число фирм, которые занимаются организацией концертов и подготовкой артистов. Такая особенность страны Утренней свежести стала решающим фактором. Значит бар «Помятая Креветка» всего лишь общепит снизу, а выше медиа компания с громким названием «ХИТ Интертейнмент». Ясно, понятно.
Раскрыв одну из боковых дверей с медной табличкой: «Пан СиХёк генеральный директор ХИТ Интертейнмент», плотный кореец в офисном костюме вошел в небольшую приемную с кожаным диванчиком, расположенным напротив стола секретаря.
Хозяйственный жест распахнул ещё одну дверь, ведущую в более просторный кабинет. Захожу следом и сразу вижу полку с выставкой сверкающих наград, разбавленных грамотами признания многочисленных достижений. Чуть дальше расположилась уютная зона отдыха в виде диванчиков, вокруг журнального столика. Впереди крупный офисный стол и обстановка рабочего места начальника средней руки.
— Присаживайся, — Хитман уселся во главе и указал на одно из пустующих кресел напротив.
Прекращаю вертеть головой и усаживаюсь на тряпичную подушку. Бизнесмен напротив внимательно уставился, что-то звучно клацает по дереву… Смотрю вниз и вижу скакалку. Недавний подарок выпал из кармана толстовки, улетев на пол.
Ёксель-моксель! Склонившись, я подхватываю спорт инвентарь. Засовывать «подарочек» обратно глупо, дурацкие ручки не помещаются и постоянно мешаются. Поэтому не нахожу ничего лучшего, как шмякнуть пластиком по поверхности офисного стола, выставив скакалку перед собой.
— Это что, — недоумевает Хитман, моргнув глазами, — зачем тебе хлыст?
Воспитывать буду! Агась… Глаза за круглыми очками уставились на девайсину. Возможно, плотный кореец даже поежился. Забавно, в свернутом виде скакалка действительно похожа на хлыст или плеть.
— Дурацкий подарок, — грустно вздыхаю, — или глупая шутка…
Прикол одного слишком мозговитого индивидуума! Ну, чудик, я ему ещё припомню…
— Интересное средство самообороны…
Предположение хозяина кабинета отвлекает от разглядывания избитого пластика.
— Не выкидывать же, — нервно вздыхаю, — подарок, столь дурацкий.
— Знаешь… У нас очень безопасная страна…
— Угу… В курсе… — Шишку на затылке почти не чувствую.
Плотный кореец некоторое время молчит. Видимо решив, что скакалка угрозы не представляет, владелец кабинета прочистил горло.
— У тебя знакомый типаж, — сказал Хитман и внимательно смотрит: — Раньше где-то выступала или показывали по телевизору?
— Не думаю, что меня показывали по телевизору.
В газетах встречу со знаменитым на всю Корею пианистом изобразили довольно красочно. Очень надеюсь, возможный работодатель вспомнил не этот небольшой эпизод срыва контроля.
— И всё же, — предлагает Хитман, — может, пора снять солнечные очки? Светило давно скрылось за горизонтом.
— У меня чувствительные глаза, — вяло отнекиваюсь.
— Хорошо, — сказал Хитман, — давай познакомимся заново. Меня зовут Пан СиХёк и под моим началом работает «ХИТ Интертейнмент». Наше предприятие небольшое, но мы с надеждой смотрим в будущее. У нас для этого есть всё необходимое: звуковая студия, лейбл звукозаписи и агентство по обучению молодых талантов. Единственное, чего нам не хватает, это композиторов и песен, — хозяин кабинета улыбнулся, — но хороших песен всегда и всем мало.
— А как же «Помятая Креветка»? — вежливо интересуюсь.
— Старое семейное предприятие, — ответил Хитман и выжидающе уставился: — Поэтому можешь обращаться ко мне саджан-ним. Надеюсь, нет претензий?
Господин директор… Ну-ну. Догадка про диверсификацию семейного дела оказалась верной. Если музыкальное агентство не вытянет баланс и будет работать себе в убыток, всегда можно рассчитывать на забегаловку внизу, способную прокормить в неудачный период. Голодными местные обитатели в любом случае не останутся. Хорошо устроились. Уважаю.
— Итак, представься, — предлагает Хитман.
— Тао Ангел, здесь проездом из Японии, — мило улыбаюсь во внимательные глаза.
— Ниппон? — заинтересовался Хитман, легко перейдя на язык Страны восходящего солнца: — Твоё идеальное произношение больше соответствует штатам.
— У меня японское гражданство, — продолжаю гнуть свою линию на простом английском, не поддавшись на уловку.
— Что делает столь молодая жительница архипелага в поздний час одна? — Хитман бросил взгляд на стену кабинета, где висят круглые часы в вычурном корпусе и понятливо улыбнулся: — Встреча с молодым человеком? Твои родители не против?
— Сложно быть против, — задумчиво фыркаю, — если не существуешь в данном мире.
— Соболезную, — кивнул Хитман.
— Не стоит… Мы мало общались.
Очередное преувеличение. На самом деле, я совсем не знаю старших Тао. Сложно о чём-то узнавать, в одиночестве учась жить заново, после года коматозного состояния и полной амнезии. Сказочные существа под названием «Родители» жили когда-то, а потом их не стало, пока тушка мирно отдыхала в больнице. Исчезли, как динозавры. Поэтому и горевать не о чем! Осталась лишь зависть к более везучим, но это нормаль…
— Даже если ты приехала из Японии, у тебя должен быть официальный опекун, решающий правовые вопросы, — заметил Хитман. — Для нашего дальнейшего разговора, необходимо поставить его в известность.
— Нет такой необходимости, — легко напоминаю, — меня всего лишь интересует оплачиваемая подработка на короткий срок.
— Согласие опекуна это обязательное условие, — Хитман уверенно кивнул, — любую официальную работу в нашей стране необходимо согласовать с опекой. Не говоря уже об оформлении документов о приёме на работу иностранных граждан и решения остальных юридических вопросов. Об этом даже упоминать рано, не получив согласие официального опекуна, представляющего интересы подростка. Ты же несовершеннолетняя, Ангел.
Етить… И чего? Мне теперь положить зубы на полку и не есть. И нигде не жить? Недовольно фыркаю носом и тяжко вздыхаю. Ладненько, поехали.
— В качестве опекуна Тао Ангел выступает частный детский дом «Кинцуги», — сухо заявляю.
Сжав ручки скакалки, я смотрю на кольца. Необычное название: «Кинцуги». Агась…
— Хорошо, — Хитман достал мобильник из кармана пиджака, — как связаться с представительством детского дома «Кинцуги»?
