и участие националистов в «общей борьбе против империализма», причем одним из первых объектов в этой борьбе будет «империалистическое правительство Армении». Взамен же Кемаль просит помощи, причем конкретной: «аванс» в пять миллионов фунтов золотом, боеприпасы, оружие, медикаменты и продовольствие.
Мусульманский историк Абдуль-Къаддим Заллюм писал по сему поводу: «Письмо от 26 апреля 1920 года — это прежде всего своеобразный вызов истории, тринадцати войнам турок с Россией и враждебному настрою их к русским, о чем свидетельствует поговорка в Анатолии: “Если вода может иногда остановиться, то Россия не остановится никогда”»[215].
8 мая 1920 г. в Москву отправилась турецкая делегация во главе с генералом Халиль Пашой. Ей каким-то образом удалось морем добраться из порта Трабзон в Советскую Россию и 19 мая прибыть в Москву.
Осенью 1920 г. началась финансовая и военно-техническая помощь кемалистам со стороны Москвы. При заключении 16 марта 1921 г. в Москве договора о «дружбе и братстве» между РСФСР и правительством Турции, что явилось первым формальным признанием правительства в Анкаре со стороны значительной мировой державы, было достигнуто соглашение об оказании Советской Россией турецкому правительству безвозмездной финансовой помощи, а также помощи оружием. В соответствии с этим соглашением советское правительство в течение 1921 г. направило в распоряжение кемалистов 10 млн рублей золотом, более 33 тысяч винтовок, около 58 млн патронов, 327 пулеметов, 54 артиллерийских орудия, более 129 тысяч снарядов, полторы тысячи сабель, 20 тысяч противогазов, 2 морских истребителя и «большое количество другого военного снаряжения».
Замечу, что морские истребители — это 45‑тонные моторные сторожевые катера «Живой» и «Жуткий», переданные туркам 8 ноября 1921 г. «Жуткий» в 1928 г. возвращен СССР и разобран на запчасти. Судьбу «Живого» установить не удалось.
26 ноября 1921 г. в порт Трабзон прибыл итальянский пароход «Саннаго», в числе пассажиров которого был советский нэпман Михайлов. Нэпманом оказался Михаил Васильевич Фрунзе, а «Саннаго» — советской плавбазой подводных лодок «Георгий». В пути из Батуми до Трабзона «Георгия» скрытно конвоировали советские подводные лодки АГ‑23 и АГ‑24.
Вместе с Фрунзе в Трабзон прибыла советская делегация из 40 человек. Ради секретности, а может, и из «большого политеса», делегация считалась украинской.
13 декабря 1921 г. Фрунзе с почестями встретили в Анкаре, а 19 декабря он вручил Мустафе Кемалю свои верительные грамоты.
«30 декабря в Министерстве иностранных дел состоялся банкет в честь Фрунзе, на котором Мустафа Кемаль выступил с речью. Выслушав ее перевод, Фрунзе встал и воскликнул: “Да здравствует турецкая армия! Да здравствует турецкий народ! Да здравствует Мустафа Кемаль-паша!» Тогда и Мустафа Кемаль провозгласил: «Да здравствует русский народ и правительство Советской России! Да здравствует главнокомандующий Украинской армии наш друг герой Фрунзе!»[216].
По завершении своей миссии 5 января 1922 г. Фрунзе выехал из Анкары, а 14 января отправился из Самсуна на родину.
Любопытно, что 12 декабря 1921 г., проезжая через город Кески, Фрунзе встретился и имел длительную беседу с основателем «православной турецкой церкви» патриархом (папой) Эфтимом, личным другом Мустафы Кемаля.
Фрунзе рекомендовал Ленину экстренно оказать помощь Кемалю, что и было срочно сделано. С января по март 1922 г. через Новороссийск, Туапсе и Батуми в Турцию было поставлено 39 тысяч винтовок, 327 пулеметов, 54 орудия, 63 млн патронов, 147 тысяч снарядов, 100 тысяч комплектов обмундирования, 62 тысячи пар обуви, 4,5 тысячи тонн продовольствия.
Мне не удалось установить, входили ли в это число тяжелые орудия Карской крепости. Карс в 1922 г. был в руках турок, но единственная железная дорога вела из крепости в Батум, а по горным дорогам турки вывезти тяжелые орудия не могли. Посему большевики по железной дроге вывезли эти орудия в Батум, а затем отправили морем к Ататюрку.
В Анкаре советское правительство помогло со строительством двух пороховых фабрик, одновременно поставив в Турцию оборудование для патронного завода и сырье для производства патронов. Но главное — Министерству финансов Кемаля был предоставлен кредит в десять миллионов рублей золотом (7700 килограммов в пересчете на золото 999‑й пробы).
Связь с Турцией в 1921–1922 гг. поддерживалась как советскими надводными кораблями, так и подводными лодками. Так, с июля 1920 г. по 9 февраля 1923 г. подводные лодки АГ‑23, АГ‑24 и АГ‑25 совершили 17 секретных походов в порты Инебола и Самсун. Подлодки перевозили главным образом диппочту, советских эмиссаров и золото.
Договор с Москвой сильно укреплял позиции Мустафы Кемаля. 20 октября 1921 г. Франция подписала сепаратный мирный договор с кемалистами. Греческие войска, высадившиеся на полуострове Малая Азия, потерпели ряд поражений, и в сентябре 1922 г. боевые действия были прекращены.
В октябре 1922 г. было подписано Муданийское перемирие, в соответствии с которым Антанта должна была передать гражданскую власть во Фракии представителям турецкого национального правительства. 1 ноября 1922 г. Великое национальное собрание Турции провозгласило ликвидацию султаната, и 17 ноября султан Мехмед VI покинул Константинополь на борту британского военного корабля.
20 ноября 1922 г. в казино в Лозанне открылась конференция, на которой Англию представлял лорд Керзон, Францию — Пуанкаре, а Италию — Муссолини. Советскую делегацию первоначально возглавлял Г.В. Чичерин. На конференции присутствовали также делегаты от Японии, Турции, Греции, Югославии, Болгарии и Румынии. США в ней участия не принимали, но прислали пятерых представителей в качестве «наблюдателей».
Однако страны Антанты настояли на том, что советская делегация приглашалась только на заседания, связанные с обсуждением проблемы Проливов. В связи с отъездом Чичерина руководителем советской делегации стал Вацлав Воровский.
Советская сторона настаивала на недопущении входа военных кораблей нечерноморских стран в Проливы. Если бы предложения Воровского были закреплены международным соглашением, то в XXI веке бы не было никаких хождений американских крейсеров и эсминцев в Черном море.
Чтобы противодействовать советским предложениям, которые соответствовали интересам Турции, Лондон предпринял многоходовую операцию. Одним из ее элементов стало убийство главы советской делегации и тяжелое ранение шифровальщика Аркадия Дивильского, что фактически парализовало работу советской делегации.
Одновременно англичане пообещали Турции выгодные займы, а также возвращение нефтеносного района близ Мосула. Замечу, эти земли в течение 500 лет принадлежали Турции. Кроме того, англичане провели еще ряд спецопераций.
В итоге Турция 24 июля 1923 г. подписала конвенцию на основании британских условий, согласно которым право прохода через Проливы имели военные корабли всех стран мира, в любом составе и в любое время. Советское правительство не ратифицировало Лозаннскую конвенцию.
А затем «просвещенные мореплаватели» надули турок, и Мосул со всеми нефтеносными районами был передан новосозданному государству Ирак, руководство которого находилось в вассальной зависимости от Лондона. Собственно, ничего удивительного. Это традиционная политика Лондона за последние 500 лет.
Убийцей дипломатов оказался капитан врангелевской армии Мориц Конради. Он родился в 1896 г. в Санкт-Петербурге в семье осевших в России швейцарцев. Происхождение дало
