— Слава Богу, доехали! — сказал гаучо. — Скорее, друзья мои!
С этими словами он ввел под уздцы свою лошадь в пещеру. За ним зашли Людвиг и Киприано.
Но это еще не все. Гаспар предупредил, что ураган нанесет пыль во все уголки пещеры. Пыль эта способна, по его словам, проникнуть в закупоренную бутылку. Чтобы не подвергаться опасности задохнуться, следовало завесить вход в пещеру плащами.
Подул холодный ветер и занес в отверстие грота облако пыли и сухих листьев. Вокруг царил мрак. Изредка, прорезая тьму, вспыхивали молнии. Затрещали сломанные вихрем сучья деревьев. Маленький ручеек грозил превратиться в бурный поток.
Людвиг и Киприано были уже знакомы с ураганами и их последствиями. Они помнили, как еще в бытность их в Асунсьоне пыль проникала в замочные скважины дверей, во все щели стен и полов. Поэтому они не заставили гаучо повторять его совет, а быстро схватили свои пончо и, скрепив их кое-как вместе, закрыли ими отверстие пещеры.
— Теперь нам нечего бояться бури! — сказал гаучо.
26. НЕПРОШЕНЫЙ ГОСТЬ
Они очутились в темноте. Но Гаспар нашел и тут способ устроиться поудобнее. Он достал огарок восковой свечи и предложил спутникам поужинать остатками баранины, на что они охотно согласились, так как не на шутку проголодались.
Хорошо знакомый с очертаниями пещеры, Гаспар свободно расхаживал взад и вперед. Вытащив из кармана седла свечу, он рассказал, что на похоронах его покойной матери мошенники ксендзы сдули с него по пяти песо за каждую свечу, потому что они были «священными». Тогда Гаспар решил припрятать огарки дорогих свечей, и вот один из них теперь и пригодился. Говоря это, он ударил огниво и кремень, чтобы добыть огонь.
Вдруг до слуха друзей донесся странный звук. Лошади тоже услышали его и тревожно заржали. Этот крик хорошо знаком жителям Южной Америки. Где бы его ни слышали, в залитой ли солнцем равнине, в темном ли лесу, крик ягуара наводит ужас на людей, животных и птиц.
— Тигр! — испуганно прошептал Гаспар, прислушиваясь к новому крику, раздавшемуся на этот раз ближе и громче.
— Где? — шепотом спрашивали друг друга юноши.
В пещере беспокойно топали встревоженные лошади. Снаружи завывала буря. Трудно было разобрать, где ревет ягуар. То казалось, что он снаружи, то чудилось, что он в самой пещере. Грузно ударившееся о растянутые у входа плащи тело животного рассеяло сомнения. Ягуар старался укрыться в пещере от бури.
Между тем врага ожидали. Друзья поспешно вынули из седла ружья и приготовились стрелять. Так как это животное кошачьей породы видит и в темноте, Гаспар не захотел давать преимущества противнику и засветил свою восковую свечу.
Вероятно, ягуар жил в этой пещере и, встретив у входа неожиданную, мешавшую ему укрыться от бури преграду, сердито зарычал.
Выстроившись перед входом в грот, друзья держали ружья наготове. Киприано предложил стрелять через плащи, но Гаспар отсоветовал. Стреляя таким образом, легко промахнуться, а между тем рассвирепевший ягуар был бы еще опаснее.
Разъяренное животное яростно заревело и бешено ринулось ко входу. Плащи упали. Порыв ветра загасил свечу, и снова все погрузилось во мрак. Тут началась какая-то странная возня. Ягуар как-то глухо ворчал, фыркал и кричал, барахтаясь в темноте на полу пещеры.
— Святой Яго! — первым догадался Гаспар. — Зверь запутался в наших пончо. Стреляйте скорее! Цельтесь туда, откуда слышен шум. Пли!
Все трое выстрелили и, должно быть, не промахнулись. Не слышно стало ни рева, ни фырканья, только вьюга выла на равнине да грохотал гром.
— Убит, — сказал Гаспар, снова зажигая восковой огарок. Действительно, огромная пятнистая кошка лежала, запутавшись в плотной ткани. Израненная пулями, она еще дышала. Гаспар прикончил ягуара ударом ножа в горло.
— Вот тебе за твою дерзость. Зачем ты помешал ужинать трем голодным путешественникам? — сказал он.
27. МЕЖДУ ДВУХ ОГНЕЙ
Вытащив тело убитого зверя из плаща, друзья хотели снова завесить отверстие пещеры, но заметили, что это уже не нужно. Первые сильные порывы прошли, ветер дул вдоль лощины, мимо пещеры и только изредка в нее залетали листья и сучья.
— Теперь нет больше опасности ослепнуть от пыли, — заметил гаучо. — Не стоит завешивать вход. Вот только может быть другая опасность, страшнее пыли и песка.
— Какая? — спросили его.
— Второй тигр. Эти животные никогда не живут поодиночке. Обычно где самка, там и самец. Мы убили хозяйку и можем быть уверены, что за ней следом явится сюда и хозяин. Следует встретить его со всеми почестями.
Людвиг и Киприано посмотрели по направлению входа в пещеру, как бы ожидая уже увидеть там ягуара.
— Рассчитывать на то, что он запутается в плащах, как его супруга, трудно. Это была просто счастливая случайность. Оставить пещеру открытой тоже нельзя, — размышлял Гаспар. — Нам пришлось бы всю ночь не смыкать глаз.
— Нельзя ли завалить вход вот этими камнями? — предложил Киприано, указывая на большие глыбы, обвалившиеся с потолка пещеры.
— Идея неплохая, — похвалил Гаспар, определяя на глаз величину входного отверстия. — Это можно сделать.
Приятели молча принялись за работу. Они притащили к отверстию грота несколько крупных сталактитовых глыб, которые должны были служить основанием завала. Но едва они успели перетаскать с полдюжины камней, послышался хорошо знакомый им крик ягуара. На этот раз ягуар не ревел, а храпел и фыркал. Скоро храп перешел, однако, в протяжное ворчание и закончился лаем, похожим на лай цепной собаки, которую какой-то шум разбудил в конуре. На этот раз не могло быть сомнения: ягуар находился с ними вместе в пещере.
— Боже милостивый! — воскликнул Гаспар. —
