Их косы делали выбоины в каменных стенах, создавая точки опоры, которые их насекомоподобные ноги могли использовать для подъема, и они бесстрашно роились по стене, прямо на мечи легионов.
Люди и ворд орали и ревели. Мечи сверкали на солнце. Вонзались косы ворда.
Кровь, красная и грязно-зелёная, забрызгала стену, которая, возможно, упала бы и без усилий ворда — но это не мешало им продолжать крушить её своими сужающимися книзу косами для лучшего эффекта.
Они наступали нескончаемым потоком, хотя легионеры пытались отбить атаку; передние ряды на стене сражались со щитами и мечами, а их товарищи позади кололи врагов длинными копьями.
В некоторых местах солдаты ворда сумели вскарабкаться по стене до верха, но были яростно отброшены Легионами.
Всё больше и больше существ вливались в смертоносный живой поток, несущийся над землёй и разбивающийся о стену.
Волна за волной разбивалась об осадную стену, о сталь легионов и кровь алеранцев.
И, словно надвигающийся прилив, давление только усиливалось.
Ворд карабкался друг по другу в стремлении добраться до легионеров, а растущее число тел у стены создавало трамплины, ведущие к вершине.
Переломный момент был близок. Еще пара минут — и ворд укрепится где-нибудь на стене и начнет прорываться оттуда тысячами.
Враг тоже чувствовал это. Все больше и больше ворда напирало на стену.
Эрен мог сделать шаг со стены и пройти милю не касаясь земли.
Время пришло.
Он повернулся и кивнул облаченному в броню Гражданину.
— Пора?
Лорд Грэм наблюдал за атакой, сняв шлем. В молодости у него были ярко-рыжие волосы, но сейчас они почти полностью поседели, о первоначальном цвете напоминали лишь несколько одиноких, непокорных красных прядей.
Он кивнул, поднял шлем и надел его на голову.
— Да. Подпустим их еще ближе, и они хлынут через стену.
— Нам надо подать сигнал? — спросил он. Как только сигнал будет подан, он распространится по всей стене, от одного заклинателя огня к другому.
Грэм хмуро буркнул:
— Дождись приказа, парень. Все мы следим за тем, что творится перед нами. Это наша работа. Бернард наблюдает за всей картиной. Это его работа. Он отдаст приказ, когда придет время.
В двадцати футах от них ворд преодолел стену, и закричал легионер, пронзенный одной из кос.
Ворд отбросил второго легионера словно игрушку, а затем сдох под массивной кувалдой, которой орудовал Рыцарь Земли, бросившийся затыкать брешь — но к этому времени три его товарища уже достигли вершины стены чтобы перелезть наружу.
Через пару секунд к ним присоединится еще больше ворда.
— Лорд Грэм? — позвал Эрен. Его голос снова надломился.
— Жди! — рявкнул Грэм в ответ.
Граф Кальдерон будет ждать перед подачей сигнала о следующем этапе плана до тех пор, пока как можно большее количество врага не окажется на позиции.
Эрен знал это. Он также знал, что как командующий столь важным сражением, Кальдерон пожертвует жизнями нескольких защитников, если это будет необходимо.
В этом был его долг. Именно для этого в сражении и нужен командующий: чтобы был человек, который в ближнем бою сможет сдержать безрассудные эмоциональные порывы, противопоставив им преимущества логики и разума.
В этот момент, когда три воина ворда оказались на стене и один из них уставился прямо на него, это уже не выглядело для Эрена как просто звук приближающейся битвы.
Он вдруг подумал, что было бы неплохо согласиться на тот доспех легионера, который ему предлагали вчера.
И тридцать или сорок фунтов стали поверх его хрупкой плоти (которые выглядели черсчур громоздкими для прославленного гонца всего несколькими часами ранее) смотрелись бы великолепно.
Четвертый воин ворда показался на вершине стены, и Эрен осознал, что алеранский контрудар уже не успеет их спасти, даже если он произойдет прямо в это мгновенье.
Они должны отбить стену прямо сейчас, или ворд убьет всех вокруг него и, вероятно, самого Эрена тоже.
Хуже того, они убьют Грэма, единственного из заклинателей огня, способного создать пламя, достаточно горячее для контрудара. Его смерть нельзя допустить.
Группа легионеров, ведомая Рыцарем Земли, атаковала первых двух воинов ворда, залезших на стену, но третий смахнул легионера со стены на море движущихся кос под ними.
Его крик оборвался так резко, как будто он и в самом деле упал в воду.
Блестящие глаза ворда сошлись на Эрене, и воин, похожий на богомола, ринулся вперед, сверкая косами.
Одно из смертельных орудий стало опускаться на Эрена, но он уже отпрыгнул назад, оказавшись вне досягаемости, и крикнул: «Грэм, берегись!». Ударив его плечом в бедро, он оттолкнул Грэма от приближающегося воина.
Это движение стоило ему драгоценных дюймов и секунд. Он не полностью избежал удара, и стремительное движение серпа оставило кровавую борозду на его плече, проскочив над инстинктивно выгнувшимся от боли телом, и снова задело его, разрезав ягодицу.
Эрен пошатнувшись припал на одно колено, инстинктивно понимая, что ему нельзя оставаться здесь, где он не сможет увернуться от удара богомола.
Легионеры приближались, желая, как и он, закрыть эту брешь, но они были слишком далеко.
Эрен сделал кувырок назад, навстречу ворду, перекатываясь через себя.
Он почувствовал, как коса резко опустилась и, не попав по нему, вонзилась в камень стены.
Эрен остановился прямо под телом ворда, и тот начал перебирать конечности, одновременно пытаясь достать его своими серпами, но безуспешно.
Эрен протянул руку к лежащему неподалеку легионерскому копью.
Его умение заклинать дерево было не особо выдающимся, но его было достаточно для того, чтобы заставить древко копья немного согнуться. И когда он отпустил его, копье, с грохотом разогнувшись, прыгнуло в его руку.
Он схватил его, быстро перекатился, чудом избежав удара косы ворда, который оседлал стену напротив.
Оказавшись под воином ворда, Эрен начал перемещаться из стороны в сторону, как хромой краб, затем схватил копьё и еще раз прибегнул к заклинательству дерева, заставив древко изогнуться, как дрожащий от напряжения лук, образовав почти окружность.
Он немного помедлил, чтобы решить, куда нужно бить и как целиться, потом упёр копье основанием в каменную стену и снял заклинательство.
Копьё выпрямилось с яростной силой.
Острый наконечник скользнул вдоль бронированного подбрюшья ворда — но затем остриё попало в стык между двумя пластинами хитина и вонзилось с такой силой, что оторвало передние конечности ворда от стены.
