как вкопанная. Кихао что-то говорил ей, но она не разбирала слов. Юзеф… Он никогда не называл ее «госпожой». Ни разу. Ни единого раза до сего дня. Что-то дрогнуло внутри, надорвалось. Что-то сдавило горло и стало трудно дышать. Шанталь сглотнула и потянулась к стакану с водой.
— С вами все в порядке? — спросил Кихао. — Мне кажется, вы меня не слышите.
Шанталь пригубила воды и положила на стол очередную игрушку, которую ей принесли.
— Извините, я все же должна проверить, что там происходит, — она встала из-за стола.
Кихао неосмотрительно схватил ее за руку.
— Шанталь! С вами все хорошо?
Она инстинктивно выкрутила чужое запястье.
— А-а-а! — завопил Кихао.
Шанталь отпустила его.
— Не смейте ко мне прикасаться, — прошипела она. — Никогда!
— Извините! — Кихао прижал руку к груди и стал ее потирать.
Такого омерзения от чужого прикосновения Шанталь давно не испытывала. Захотелось пойти и помыться.
— Я должна идти. Вас проводят мои служащие.
Она рванула к дверям. В проходном зале пусто. На выходе — охранник.
— Где Юзеф? — спросила Шанталь.
— Не знаю. Встретил его у дома, он направил меня сюда.
— Куда он пошел?
— Я не видел, госпожа!
Шанталь рванула в дом с другого входа. Пробежала по коридору до его комнаты. Распахнула дверь. Пусто. Никого нет. Но вещи его на месте. Несколько рубах и чистые штаны на стуле.
— Юзеф! — закричала она.
Никто не ответил.
— Юзеф!!! — Шанталь рванула в свою комнату.
Может, он там? Ждет ее, чтобы устроить выволочку? Пусть бы устроил! Пусть бы накричал на нее! Пускай, лишь бы был там…
Дверь распахнулась. В комнате пусто.
— Юзеф!!! — голосила Шанталь во все горло.
Может, он в сарае? Тренируется? Она бросилась на улицу.
— Юзеф! Юзеф!!!
В сарае тоже никого. Шанталь выбежала на улицу и начала оглядываться по сторонам, прижимая ладони к губам и сдерживаясь, чтобы не заплакать. Он ушел. Он попрощался с ней и ушел. И ничего не взял с собой. Как пришел ни с чем, так ни с чем и ушел… Упасть бы на колени и заплакать. Она не отпустит его! Не отпустит!
— Юзеф!!! — закричала она и заревела.
— Госпожа, — помощница остановилась рядом. — Я видела его. Он шел по дороге и свернул на развилке в сторону ворот.
Шанталь подобрала юбки и понеслась вдогонку. Она научилась быстро бегать еще весной. Уклоняться от случайных прохожих — в начале лета.
— Юзеф!!! — во все горло кричала Шанталь.
Люди расступались. Люди кланялись и провожали старшую дочь рода Стелларов недоуменными взглядами.
Она заметила его вдалеке. Он действительно шел к воротам. Он на самом деле уходил от нее.
— Юзеф!!!
Он не остановился на крик. Она знала, что он слышит, но все равно не остановился. Шанталь задрала юбки проклятого нового платья чуть ли не до пояса и оголила подштанники. Ее не волновало, что подумают о ней другие. Юбки мешали быстро бежать. Юбки мешали нагонять Юзефа.
Она едва не сбила его с ног. Он остановился только тогда, когда она схватила его за плечи и встала на его пути.
— Юзеф… — прошептала Шанталь, задыхаясь.
— Вы что-то хотели, госпожа? — абсолютно спокойно, так ровно и холодно поинтересовался он.
— Я не госпожа, — она замотала головой. — Я не твоя госпожа. Я Шанталь.
— Извините, госпожа, но я должен идти.
— Я тебе не госпожа! — Шанталь уперлась локтями в его грудь, пытаясь остановить. — Я твоя Шанталь!
— Люди, смотрят, госпожа. Извините, но я должен идти.
Шанталь рухнула на колени и вцепилась мертвой хваткой в его ноги.
— Прости меня! — заходясь слезами, просипела она. — Прости меня!!!
Юзеф смотрел на нее сверху-вниз и боль в груди расползалась по сторонам.
— Я тебя люблю! — сипела она сквозь рыдания. — Я же тебя люблю! Пожалуйста, не уходи… Пожалуйста! Юзеф! Прошу тебя!
Он сам опустился на колени и обнял ее. Шанталь обвила его руками и повисла на шее, продолжая рыдать.
— Я тебя люблю… Не уходи… Пожалуйста… Женись на мне… Я за тебя выйду и все тебе отдам… Только не уходи… Пожалуйста…
— Не уйду, — он стал поглаживать ее по спине, чтобы успокоить. — Никуда я от тебя не уйду.
Он поднял ее с земли. Она продолжала висеть на нем, словно на дереве.
— Значит, любишь меня? — прошептал он, пряча лицо в ее растрепанных волосах.
— Люблю.
— И замуж за меня выйдешь?
— Выйду.
— Почему раньше не сказала?
— Потому что дура, — продолжала реветь она.
— И я тебя люблю.
— Я знаю.
— Знаешь?
— Знаю.
— Пойдем домой, Шанталь.
— Пойдем, — она ухватилась за его руку и только тогда оба огляделись по сторонам.
Казалось, вокруг собрался весь поселок. Люди тихо окружили их и завороженно наблюдали со стороны. Женщины одобрительно кивали головой, мужчины ехидно улыбались. И тут до Шанталь дошло. Они ведь все о ней знают. С кем ночи коротает, с кем дни напролет проводит. В ее доме слишком много глаз и ушей, а ее загул длился так долго…
— Пойдем, — Юзеф погладил ее по спине и мягко подтолкнул вперед.
Люди расступились. Выдать такое представление посреди бела дня на улице могла только ярая поборница этикета и правил приличий, старшая дочь рода Стеллар, которая на деле ничем не отличилась от других женщин, живущих рядом с ней. Разве что фамилия у нее была более знатная и ответственности на плечах было больше, чем у любого из мужиков, живущих здесь.
***
Месяц спустя. Центральное поселение.
Под деревом в саду сидели двое. Они держались за руки и разглядывали звезды над головой.
— А ты знаешь, почему луна, на которую мы смотрим, синяя, а не белая, как написано в книгах предков? — спросила она.
— Потом что она на самом деле синяя, а не белая, — засмеялся Гелиан, наклонился и поцеловал жену в губы.
Поцеловал так, как хотел, так, как не мог поцеловать четыре года назад, сидя на этом же месте. Одна рука поползла по ее спине, другая по объемному животу. Его толкнули в ладонь маленькой ножкой, и Терра засмеялась.
— Сегодня опять буянит.
— Пусть буянит, — губы Гелиана поползли вдоль шеи жены.
Кажется, в доме, где продолжались гуляния, кто-то завел песню.
— Ты мне подарок принес? — спросила Терра, закрывая глаза от накатившей неги.
— Подарок? — усмехнулся Гелиан, расстегивая молнию на ее платье.
— Какую-нибудь книгу, — ее пальцы заплутали в его волосах. — Желательно с картинками. И чтобы была завернута в бумагу.
Рука Гелиана поползла под подол платья.
— Ты хочешь получить подарок сейчас или, может, подождешь еще немного? — пробурчал он, целуя грудь и стягивая в живота платье вместе с нательной рубахой.
— Ну, может и подожду. Такая занимательная беседа… Не хочется
