— Боян. А моих спутников можешь звать Сила и Ески.
— А по жизни кто?
— Не ведаешь?
Алексей лихорадочно соображал.
«Что вообще за кренделя? Посохи… Тоже ведуны-волхвы? Но не факт… Если пешком ходить далеко посох сам собой в помощь требуется, хотя да… ведут себя слишком нагло… знаки на посохах интересные, вот триглав вроде просматривается… а тут похожее змеевик на фашистскую свастику похожий… да узелки всякие хитро плетеные в волосах, и на одежке вышивка», — отметил он нюансы.
— Пришли поинтересоваться, не самозванец ли я?
— Так, — кивнул Боян. — Кто тебя посвятил в волхвы?
Алексей чуть не расхохотался в голос, так ему это напомнило пресловутые девяностые о которых он только слышал. Ну там про сходки разного калибра бандюков, кои дабы придать себе дополнительный вес, начинают козырять именами авторитетов, кто под кем ходит, кто за кого может вписаться.
— Сам Велес, — ответил он, решив, что в его положении не обороняться, а самому перейти в наступление.
— И как же это произошло?
— На капище новгородском…
Ну и рассказал, что да как произошло.
— Видит Великий Велес, что если ничего не предпринять, то исчезнет в скорости вера в него, греки поганые рано или поздно подведут всех под распятого, мертвеца на тро… кресте…
— Мы чтим Велеса, храним веру в него…
— Все так, чтите и храните, требы кладете, но… ничего не делаете.
— А что тут можно сделать?.. — вставил слово Сила.
— Не знаю… у вас было время об этом подумать, у вас, у ваших предшественников, у предшественников ваших предшественников.
— Мы молили его указать нам путь, — произнес Ески.
— И я результат ваших молитв… Велес вложил в меня знания, а главное место, куда нужно привести всех, кто еще чтит его. Федор, принеси глобус… ну тот шар деревянный.
Федор умчался и вскоре вернулся с деревянным глобусом.
— Вот смотрите… Мы здесь… Да, земля имеет форму шара, это мне тоже Велес поведал, так что не надо мне задавать лишних вопросов по этому поводу, ничего доказывать я вам не стану… Пройдем сюда к Белому или Студеному морю, построим корабль и поплывем на нем в Беловодье, вот так… Путь будет непрост, опасен и долог.
Алексей прочертил маршрут.
— Тут находится земля, что дана нам самим Велесом во владение… Я ее еще не успел нарисовать. Это наш второй и последний шанс сохранить веру предков, стать достаточно сильными, чтобы нас никто не смог завоевать. Но жить придется по-иному, чтобы не повторилось уже случившееся.
— Как?
— Без князей и бояр, где каждый человек будет равен по своему статусу, кем бы он ни был, простым землепашцем или воином. Где не будет наследуемых должностей, а место в обществе человек будет занимать только соразмерно своим способностям и желаниям. Сын плотника может стать воином, а сын воина наоборот плотником, строителем или даже волхвом. Кто не готов на такое, пусть лучше не идет за мной — изгоню.
— Как же управлять тогда таким обществом? — спросил Боян.
— Как раньше управляли — советом старейшин, коих изберут люди на определенный срок. А могут и раньше с должности снять, если увидят, что изначально хороший человек не выдержал испытание властью и скурвился… Волхвы же станут заниматься обучением людей. Знание из сакрального должно стать общедоступным.
— Это…
— Это вторая попытка, раз первая, где знания были лишь уделом немногочисленны ведунов, провалилась, — отрезал Алексей. — Повторяю, я никого насильно за собой не тяну. Что-то не нравится? Оставайтесь и живите как привыкли. Кто захочет новой жизни, пусть идет со мной.
36
В начале декабря ударили трескучие морозы под тридцать градусов и Волхов до сего момента словно нехотя покрывавшийся льдом, да и то лишь по берегам да в различных заливчиках со стоячей водой, быстро затянулся прозрачным панцирем от одного берега до другого, что стал стремительно увеличивать толщину. Недели не прошло с этого момента, как на лед можно стало выйти без опаски провалиться в темную холодную воду.
С рыбалкой пришлось завязать. Так-то оно, конечно, можно и дальше сети ставить, технология такой рыбалки известна, но очень уж муторно, тем более что рыбы запасли с избытком, все свободное место в санях было ею забито.
Еще одним сигналом, что пора бы и честь знать, да отправляться в путь стал крайне неудачный налет на очередное поместье. Отряд, пошедший по шерсть, вернулся стриженым. Потеряли не только транспорт с добычей, но и в самом отряде имелись потери как убитыми, три человека, так и ранеными под дюжину.
— Подловили нас пресветлый… на обратном пути переняли…
— Сколько их было?
— Десятка три…
Алексей понятливо кивнул. То, что самих налетчиков насчитывалось раза в три больше мало что значило, то обычные горожане, а нападавшие на них профессиональные воины и численный перевес «татей» их не особенно пугал, брали умением и решимостью.
Алексей, опасаясь чего-то подобного и так в последнее время сильно увеличил продотряды доводя их до сотни человек, чтобы помещики не решились напасть. Раньше и не решались, тем более что «вероотступников» еще требовалось как-то подловить, ведь те наносили свои «визиты» в хаотичном порядке, сегодня на север сходят, завтра на восток, а послезавтра на запад, а потом снова на восток, так что попробуй их еще подлови.
Алексей, поставив себя на место воеводы помещиков предположил, что они должны разбить свой состав на несколько отрядов и расставить их по периметру, чтобы успеть прибыть на место по сигналу. Не зря же в поместьях разводили дымные костры стоило только отряду вероотступников появиться в зоне видимости. Пока помещиков было мало удавалось маневрировать и отпугивать собственной численностью, но как известно, сколько веревочке ни виться… В общем помещиков скопилось достаточно много, чтобы они могли не только перекрыть все подходы, но и атаковать.
Еще одним моментом в пользу того, что пора двигаться дальше — реакция царя. Надо думать, что после разгрома отряда опричников царь находился просто в бешенстве. Алексей на его месте послал бы еще один отряд по души вероотступников, но не только и не столько кавалерию, сколько стрельцов при поддержке артиллерии. И нет ни одной причины считать, что он поступит как-то иначе.
Осенняя распутица стрельцов конечно сильно задержала, ведь волочь надо не только пушки, но и серьезный обоз к ним с порохом да боеприпасом: ядрами с картечью, это не считая провианта, но мороз дороги хорошо схватил, так что скорость их движения возросла в разы и потому скоро они будут тут. А стены гуляй-города конечно же не выдержат обстрела из нормальной арты.
— Бросили все как ты велел делать в таком случае пресветлый… — продолжал доклад походный командир Семен Останин.
— Да, все правильно, люди важнее овса.
К слову сказать ситуация с выбором командиров путем жребия быстро эволюционировала.
Во-первых, далеко не все рвались в командиры и снимали свои кандидатуры. Но это и понятно, ответственность велика и не все чувствуют в себе силы и таланты быть руководителями. Алексей на их месте тоже бы отошел на второй план. В итоге наверх стали пробиваться новые «природные лидеры» даже если талантами тоже не сильно блистали, но зато амбиций полая торба.
Во-вторых, они уже между собой стали выбирать того, кому готовы подчиняться. И это тоже хорошо. Таким образом отсеивались те самые много о себе мнящие, но откровенные дурни, так что тут Алексей пошел на уступку.
В чем эта ситуация отличалась от изначальной, где на главенствующие роли вышли типы вроде того же Игната, Косина, Якуна и прочих? Да ничем по большому счету, за исключением маленького, но все меняющего нюансика, у того же Семена Останина не было своих сподручных именно как ближников, каждый раз ему приходилось командовать разными людьми. Ротация и еще раз ротация личного состава. Более того, время от времени Алексей подводил одного такого выборного лидера под другого и на этот раз проблем с гонором не возникло.
