— Простить! — Рот смертельно раненного эльфа искривился от ненависти. — Нет! Я проклинаю их! Проклинаю обоих!
Он судорожно дернулся, из его рта хлынула кровь, и жизнь оставила эльфа. Даже мертвый, он продолжал смотреть на Лорану. Свет жизни угас в его глазах, но холодная ненависть осталась.
— Мама! — Гилтас кинулся к матери. — Ты ранена?
— Со мной все в порядке, — твердо ответила Лорана, но голос ее дрожал. — Не суетись.
— У вас прекрасная реакция, госпожа. Плеснув в негодяя вино, вы обезвредили его. Позвольте, я осмотрю вашу рану. — Маршал поднял пропитанный кровью рукав, его движения были странно нежными для старого солдата. — Рана не кажется мне серьезной. Но боюсь, что у вас останется шрам.
— Это не первый мой шрам… — Королева-мать слабо улыбнулась, сжала ладони, переплетя пальцы, чтобы унять дрожь, и глянула на мертвое тело.
— Прикройте его! — распорядился маршал. — Поскорей!
Планкет набросил на мертвеца плащ. Келевандрос сидел рядом с трупом брата, одной рукой сжимая мертвые пальцы, а другой держа меч, сразивший Калиндаса.
— Планкет, позовите целителя, — приказал Гилтас.
— Не надо, — воспротивилась королева-мать. — О том, что здесь произошло, никто не должен знать. Рана моя неопасна. Кровотечение уже остановилось.
— Ваше Величество, — напомнил королю слуга. — Заседание Талас-Энтиа… Вам пора.
Тут, словно подтверждая своевременность этого замечания, из-за дверей донесся раздраженный голос префекта Палтайнона.
— Говорю вам, я не намерен больше ждать! Какому-то слуге позволено войти к Его Величеству, а меня держат в приемной! И не трогайте меня руками! Я член Талас-Энтиа! Мне нужно видеть Его Величество, вы слышите! Не смейте возражать мне!
— Палтайнон, — усмехнулся Медан. — После финального акта трагедии послали за клоунами. — И он направился к двери. — Я постараюсь задержать его подальше. Велите прибрать здесь! — С этими словами он покинул гостиную.
Лорана торопливо поднялась.
— Нельзя допустить, чтобы кто-то посторонний видел, что я ранена. Я пойду в свои покои, сын, и буду ждать тебя там.
Гилтасу не хотелось оставлять мать без присмотра, но он знал, что она понимает всю важность его выступления в Совете.
— Я должен идти на заседание Талас-Энтиа, — угрюмо пробормотал он. — Но сначала, мама, мне нужно кое о чем спросить Келевандроса. Скажи, ты знал, чем занимался твой брат? Ты тоже в этом участвовал?
Келевандрос смертельно побледнел, но с достоинством поднял глаза на короля.
— Я знал, что брат тяготится нашим положением… что он… но я никогда не думал… — Эльф помолчал, собираясь с силами, сглотнул и ответил: — Нет, Ваше Величество. Я не участвовал в этом.
— Тогда прими мое сочувствие, Келевандрос. — Голос короля смягчился.
— Я любил брата, — тихо произнес эльф, — но я не мог позволить ему убить мою госпожу.
На плаще проступило пятно крови, Келевандрос наклонился над мертвым телом и поплотнее прикрыл его.
— С разрешения Вашего Величества, — обратился он к королю, — я унесу отсюда тело.
Планкет жестом предложил свою помощь, но Келевандрос покачал головой.
— Нет, это мое дело.
Он наклонился, поднял мертвое тело на руки и с трудом выпрямился.
— Госпожа, — не смея взглянуть на Лорану, обратился он к ней, — ваш дом — единственный, который мы когда-либо знали, но боюсь, что я не посмею…
— Я все понимаю, Келевандрос, — спокойно сказала Лорана. — Можешь отнести его туда.
— Благодарю вас, госпожа.
— Планкет, — позвал слугу Гилтас, — ступай с Келевандросом. Помоги ему сделать все, что должно. Объясни охране, что здесь произошло.
Планкет заколебался.
— Ваша достопочтенная матушка права. Нам следовало бы сохранить происшедшее в тайне. Если эльфы узнают, что Калиндас совершил покушение на жизнь королевы-матери, они могут растерзать Келевандроса. А если им к тому же станет известно, что маршал Медан использует эльфов в качестве доносчиков…
— Ты прав, Планкет, — согласился король. — Келевандрос, ты можешь воспользоваться вспомогательным…
Он умолк, не зная, как объяснить.
— … Воспользоваться входом для слуг на служебной половине дворца, — докончил за него эльф. — Понимаю, Ваше Величество. Я так и поступлю.
И он понес свою тяжелую ношу к дверям. Лорана проследила за ним взглядом.
— Я слышала, что проклятие умирающих всегда сбывается.
— От кого ты могла такое слышать, мама? От старых беззубых старух? Калиндас не имел никакой высокой и благородной цели. Им руководила только жадность. Деньги — вот единственное, что интересовало его.
Лорана молчала. Прядь волос, пропитанная кровью, прилипла к ее плечу. Гилтас подыскивал слова утешения, но тут за дверьми послышался шум. Маршал Медан, нарочито громко стуча каблуками, поднимался по лестнице. Он с кем-то разговаривал, намеренно повысив голос, дабы они знали, что он не один.
Лорана прикоснулась к щеке сына бескровными губами.
— Тебе пора идти. Прими мои благословения. И думай о своем отце.
Она выскользнула из комнаты, неслышно прикрыв за собой дверь.
— Планкет, кровь, — едва успел сказать Гилтас, как слуга уже передвинул на запачканный ковер инкрустированный столик и встал перед ним.
В комнату, шурша накидкой, вошел префект Палтайнон. Едва переступив порог, он бесцеремонно обратился к королю:
— Ваше Величество, что же это такое? Мне стало известно, что вы назначили заседание Талас-Энтиа, даже не спросив моего на то согласия и…
Он замолчал на полуслове, не закончив ту обвинительную речь, которую репетировал все утро. Заготовленные слова вылетели у него из головы. Он ожидал увидеть, как его кукла беспомощно лежит на полу, запутавшись в бесчисленных ниточках, а оказалось, что кукла едва его замечает. Гилтас решительными шагами устремился к двери.
— Я назначил заседание Совета, потому что я король, — бросил Гилтас префекту, поравнявшись с ним. — И по той же причине я не счел нужным просить на это вашего согласия.
Поток возмущенных слов хлынул из уст Палтайнона.
— Что? Ваше Величество? Что ж это такое? Куда вы? Мы должны обсудить все…
Гилтас, не обращая на него внимания, вышел из гостиной и захлопнул за собой дверь. Написанная им речь осталась лежать на столе. Ничего, он найдет нужные слова в своем сердце.
Палтайнон беспомощно проводил короля взглядом; мысли путались у него в голове. Не зная, на кого бы свалить вину за происшедшее, он напустился на маршала Медана.
— Это вы во всем виноваты, маршал! Вы подучили глупого мальчишку. Какую цель вы преследуете, маршал?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
