причин почему собираются десятки тысяч людей, когда узнают что они смогут его увидеть. Светоч, будущий Император, что поведет всех в светлое и счастливое будущее. И война только усилила ту любовь поданных к кронпринцу, но это народ, я же не видел ни одной причины обожествлять его. Он был министром по внешней политике, никаких успехов на этом фронте я не видел, на фронте он не появлялся, в добрых делах замечен не был, вот и спрашивал я себя, за что любить картинку.
С левой стороны сидела принцесса, и вот тут я был немного в шоке, я не сильно вглядывался в ее фотографии, и для меня стала полной неожиданностью увидеть полную копию царствующей Императрицы Хаоны, каждая скула, ушки, волосы, и даже осанка, все говорило что передо мной Хаона, да, помолодевшая, да, похорошевшая, но на внешность это была Хаона, а не принцесса. Девушка сидела в нежно розовой юкате, немного отодвинувшись от стола, и практически не обратила на меня внимания. Она монотонно перелистовала книгу, и мой острый глаз заметил на одной странице слово Шосе.
Я аккуратно сел к столу, стараясь ничего не сломать, но не получилось. Когда я пододвинулся к столу кусок стула оказался в у меня в руке, мое лицо с недоумением смотрело на кусок дерева, а мозг лихорадочно думал. И что теперь делать? Эта ситуация позабавила всех, и на, по началу хмурых лицах стали появляться улыбки.
— А я и не знал что у вас, Дэйчиро, проблемы с контролем. — Приятным баритоном начал говорить Кайрис. — Вам надо больше уделять вниманию контролю, все же Тэймэй станет вашей женой, и будет досадно если она станет инвалидом после первой брачной ночи.
— Отец. — Крон принц обратился к отцу. — Я думаю, что это не та тема что надо обсуждать, тем более идти по пути контроля или нет это решение индивидуальное, и то что Дэйчиро Шосе за погоней и в желании достичь новых высот как владеющий не тратит время на контроль — это его решение.
Негромкий хлопок от удара книги об стол прервал речь принца, Элизетта сняла надетые аккуратные очки и печально вздохнула.
— Рада видеть тебя, Дэйчиро Шосе, не буду скрывать что инициатором этой встречи была я, а кое-кто даже не удосужился прочитать личное дело Шосе. — И все же смотреть на живое молодое лицо Императрицы было непривычно, Элизетта осуждающе фыркнула в сторону отца и брата. — Дэйчиро прибыл с фронта, о каком контроле может быть речь?
— А что, присутствие на фронте должно отменять необходимость тренировать контроль? Что-то я не пойму тебя, Элизетта. — Заговорил Адвэй, и, как мне показалось, от его слов принцесса чуть не задохнулась.
— Адвэй, как ты думаешь, много ли есть времени на тренировки у того, кто постоянно, практически ежедневно, ходит в бой? Прочитай доклады что приходили Тэймэй и поймешь, что Дэйчиро вырос в данах и у него не было времени полноценно принять эту силу и суметь ее укротить. — Император поднял руку, прерывая дочь.
— И все же мы решили познакомиться с ним не из-за его успехов на фронте и того героизма что он проявил. — Император добродушно мне улыбнулся. — Извини, Дэйчиро, но на фоне тысяч погибших твои достижения не заметны. А пригласили мы тебя по вот какой причине, чем ты будешь заниматься после войны и после свадьбы?
Вопрос Императора поставил меня немного в затруднительное положение, я понимал что я хочу вернуться в дикие земли, но ведь впереди еще свадьба с Тэймэй, и я уже понял к чему ведет Император. Тэймэй мне говорила об этом, после войны грядут внутренние перемены, хватка Императрицы ослабнет, она уже практически на пределе, а притаившаяся оппозиция не спешит воевать и слабнуть, когда вот верные сыны Империи умирают ежеминутно. Какой бы третьей по наследованию не была Тэймэй, она все-таки является претенденткой и приближенной к Императрице.
— Ваше Императорское величество, до свадьбы еще дожить надо. — Усмешкой был мне ответ. — Я вскорости вернусь на фронт, и там неизвестно что может случится.
— А я вот думаю. — Начал говорить Адвэй. — Что военные действия скоро прекратятся и будет заключено временное перемирие, и, как мне рассказывала сестра, вы хотели укрепиться на диких землях, я предполагаю, что это в интересах Империи если вы продолжите в данном направлении, Тэймэй при всех своих недостатках неплохой руководитель и от нее будет больше пользы в диких землях чем в Империи.
— Полностью согласен с сыном, к сожалению, Тэймэй не очень любима владеющими из многих кланов, ко мне не единожды приносили жалобы на ее явно излишнюю жестокость, мы не хотим чтобы после окончания войны во время мирных переговоров из-за нее произошел бунт. Да и просто ей опасно будет находится в столице. — Император печально вздохнул, как будто по Тэймэй. — Ну ладно, думаю вы не глупый молодой человек, ой, извиняюсь, старик. Пойми, тебе нечего делать в Империи, ни тебе, ни Тэймэй.
— Ия вам гарантирую что когда я взойду на престол… — Адвэй выгнул свою грудь. — Не буду высылать за тобой и твоей подстилкой охотников.
— Пойми, ошибка мироздания. — Подала голос принцесса. — Таким как ты нечего делать в мире живых, ты уже прожил свою жизнь, мы даем тебе шанс спасти свою шкуру, а не будешь слушать что мы тебе говорим то опубликуем ту маленькую особенность твоего рода. И за вами будут охотится все, и чтобы убить в первую очередь, слишком много на таких как ты можно поставить интересных опытов. Ты обдумай то что здесь услышал и прислушайся к голосу разума, Тэймэй не должно быть в столице, пусть рожает детей и воспитывает их где-нибудь в жарких местах. Ей не будет места во дворце когда Хаона ослабнет и уйдет на покой, а наша железная дама уже на пределе, ей не долго осталось, Шосе.
— Недолго. — Произнес Адвэй.
— Не долго. — С улыбкой вторил ему Император. А после он обратился ко мне.
— Дэйчиро Шосе, я предполагаю что наш разговор окончен, и ты, тварь, можешь идти, мы отпускаем тебя.
Как же хотелось начать бой, но тут смотря прямо мне в глаза заговорила принцесса, понимающе улыбаясь.
— Ну давай, Шосе, выплесни свою ярость, порадуй своим трупиком мою мать. — Принцесса засмеялась. — Или ты и вправду думал, что все, кто будут знать о твоей сущности, будут относится как к человеку? Брось, ты давно не человек, ты по своей сути тварь, так что или кидайся на нас и умри, или выметайся прочь с глаз моих.
Когда я вышел из Императорского
