— На них донес некий Мальдек, — продолжил Скампада, отметив, как насторожился при звуке этого имени Ромбар. — Он сбежал из города, когда шпионы оказались на свободе. Неделю назад Кеменер заезжал к Госсару из рода Лотварна. Три дня спустя ко мне подошли двое людей и от имени Госсара предложили мне оказать им помощь в поисках Мальдека. Что вы на это скажете, ваша светлость?
— Ты хочешь сказать, что Госсар — пособник Каморры?! — повысил голос Ромбар. — Это невозможно. Он высокого рода, он никогда не забудется до такой степени!
— Как вы думаете, почему у меня хорошие отношения с фактами? — ответил вопросом Скампада. — Я никогда не насилую их, а принимаю такими, как есть. Запомните, я сказал больше, чем вы услышали.
— Клевета на человека, такого, как Госсар — это не пустячная оговорка, — нахмурился Ромбар. — Я мог бы заставить себя поверить тебе, но кто поверит мне? Как я повторю это Норрену?
— Я готов повторить свои слова перед Норреном, — твердо сказал Скампада.
Ромбар оценивающе посмотрел на Скампаду.
— Я предоставлю тебе эту возможность, — сказал он. — Ты поедешь со мной и повторишь Норрену все, о чем рассказал мне. У тебя есть возражения?
— Я счастлив быть полезным его величеству. — Скампада действительно был счастлив. Первая часть его плана удалась блестяще.
— Мы выезжаем сейчас же. И кстати… — Скампада увидел понимающую усмешку на лице сына Паландара. — Десса из Босхана просила меня передать тебе, что всегда будет рада тебя видеть. Я, со своей стороны, рад исполнить ее просьбу.
В лице Скампады, к разочарованию Ромбара, не дрогнул ни один мускул.
— Вы так любезны, ваша светлость, — голос сына первого министра остался все тем же, светски-холодноватым. — Я просто обязан ответить вам той же любезностью. Вы слышали о черной жрице храма Мороб?
Ромбар поднял голову.
— Откуда ты знаешь о ней? Жрецы хранят ее существование в тайне.
— Почему это вас удивляет? Я живу тем, что знаю больше других, — Скампада рассеянно отвернулся в окно. — Может быть, вам будет интересно узнать, что это и есть ваша подружка?
Раздался грохот упавшего стула. Повернувшись, Скампада совсем рядом увидел лицо вскочившего Ромбара, его требовательный взгляд.
— Что ты сказал?! Повтори, что ты сказал?!
— Это она.
— Ты уверен?
— Я узнал ее.
— Скампада… — начал Ромбар и тут же осекся.
Сын первого министра вспомнил, как он видел Лилу в последний раз — спиной к статуе, отбивающейся от наступавших уттаков.
— Она прекрасно владеет кинжалом… — пробормотал он. — Я не видел ее мертвой, ваша светлость…
Ромбар оборвал его на полуслове.
— Собирайся, едем! — скомандовал он Скампаде.
Келанга давно осталась позади, исчезли городские окраины, знаменитый Тионский тракт потихоньку пылил под копытами коней. Ромбар ехал молча, с бесстрастным, ничего не выражающим лицом. Проницательность Скампады беспокойно заерзала, пытаясь угадать, о чем думает сын Паландара, и неуверенно отступила.
XXVI
Вальборн задумчиво ходил по комнате. Неприятный осадок, оставшийся внутри после разговора с Магистром, не давал ему покоя. Конечно, не следовало так резко говорить с человеком старше себя и, по всей видимости, знатного рода, с человеком, вызывавшим у него безотчетное уважение. Но отступать!? Вальборн жаждал расплатиться с Каморрой за потерю замка, да и легкая победа на Оранжевом алтаре придавала ему уверенности. Он вышел из дома и в который раз окинул взглядом местность, мысленно расставляя войска для обороны храма, затем кликнул воина и велел ему отыскать Лаункара.
— Мне нужен твой совет, — сказал он военачальнику, когда тот явился на приглашение. — Магистр перед отъездом предложил мне отступить без боя. Что ты на это скажешь?
— Он кажется мне человеком, сведущим в военном деле, — сдержанно ответил Лаункар. — Вы помните, как он сказал — если наше присутствие на алтаре задержит наступление войск Каморры, то наша задача может считаться выполненной?
— Но почему, но почему я должен отступать?! — вырвалось у Вальборна. — Принимать на себя новый позор?!
— Тревинер вернулся вчера из разведки, — напомнил военачальник. — Весь уттакский лагерь в верховьях Иммы — а это десятки тысяч дикарей — снялся с прежней стоянки и двигается в нашу сторону. Если они нападут все сразу, от нас и костей не останется — вы же знаете их привычки.
Вальборн тяжело вздохнул.
— Что ты предлагаешь, Лаункар?
— Будет лучше, если мы примем участие в обороне Келанги вместе с остальными войсками. Одну большую армию труднее разбить, чем две малых. Если Каморра разобьет нас здесь, мы облегчим ему дальнейшую задачу. Оранжевый алтарь важен, но не важнее Келанги.
Рассудком Вальборн понимал, что должен принять решение, столь неприятное для себя, но все его чувства сопротивлялись этому.
— Ты считаешь, что может пасть и Келанга? — спросил он военачальника.
— Южные войска не успевают дойти до нее. Берсерен тянул с гонцами до последнего, думая, что справится с Каморрой один. Если Келанга будет взята, Зеленый алтарь останется незащищенным. Я недавно оттуда и знаю — там нет войск.
— Как это неприятно, Лаункар, — встряхнул головой Вальборн. — Как я покажусь в Келанге?
— Война не удовольствие. Наша ошибка подставит под удар не только нас.
— Хорошо, — решился Вальборн. — Усильте разведку. Мы отступим, но лишь тогда, когда будет ясно, что нападения не избежать.
— Не жалейте о своем решении, ваша светлость! — во взгляде Лаункара мелькнуло что-то вроде улыбки. — Славен правитель отважный, но мудрый славен вдвое.
Вальборн криво улыбнулся в ответ, прожевывая собственную мудрость, как горькую траву от глист. Совсем недавно он не поверил двоим подросткам, самонадеянно решив, что лучше их знает, что важно, а что — нет. От мысли, что такая ошибка не повторится, ему стало легче.
Неделю или две все было спокойно. Разведка, выезжавшая каждое утро, докладывала, что движение уттаков прекратилось. Огромная армия дикарей остановилась в полудне пути от алтаря и, казалось, чего-то выжидала. Напряжение в лагере схлынуло, люди все чаще перекидывались шуточками по поводу застрявших в лесу дикарей, как вдруг однажды выехавшие утром разведчики сразу же вернулись назад. Вся многотысячная уттакская толпа на исходе ночи снялась с места и теперь подходила к алтарю, едва не застав врасплох войско Вальборна.
Каморра окружил алтарь и наложил на него перекрывающее силу заклинание, затем выпустил в бой уттаков, но оказалось, что и храм, и поселок пусты. Дикари кинулись шарить по домам и сараям, растаскивая уцелевшее от предыдущего налета имущество. Когда их удалось унять, пускаться в погоню было уже бессмысленно. Маг проглотил досаду, вспомнив, что уж в Келанге-то этот щенок от него не уйдет. И не один он.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
