Читаем без скачивания Эффективный Черчилль - Дмитрий Медведев

ВОСПОМИНАНИЯ СОВРЕМЕННИКОВ: «Если бы жизнь моего отца оборвалась в 1914 году, можно быть полностью уверенным — ему нашлось бы место на страницах истории, а его эпитафией стали бы слова: „Когда наступила война — флот был готов!“».

Нередко при принятии решений менеджеры упрощают данный процесс, используя эмпирические правила, или, как их еще иногда называют, эвристические методы. По мнению лауреата Нобелевской премии по экономике Даниэля Канемана, «такие методы могут быть очень полезными для лиц, принимающих решения, поскольку они позволяют извлечь смысл из сложной, неоднозначной и неопределенной информации»[864].

МНЕНИЕ ЭКСПЕРТА: «Эвристические методы могут быть очень полезными для лиц, принимающих решения, поскольку они позволяют извлечь смысл из сложной, неоднозначной и неопределенной информации».

Несмотря на всю эффективность, обращение к эвристике связано с определенными ограничениями. Согласно исследованиям профессора Стивена Роббинза, подобные ограничения вызваны тем, что эвристические методы «могут вести к ошибкам и необъективности в ходе обработки имеющейся информации и к ее неправильной оценке»[865].

Уинстон Черчилль был не исключением и так же, как и большинство управленцев его уровня, облегчал себе жизнь при принятии решений, обращаясь к эмпирическим правилам. Ниже мы рассмотрим основные ошибки, которые возникают у менеджеров в процессе выработки управленческих решений, и методы, которые использовал британский политик для их минимизации.

К ошибкам можно отнести:

— приверженность первому впечатлению;

— эскалация обязательств;

— принятие желаемого за действительное;

— сохранение статус-кво.

Остановимся на каждой из них более подробно.

ГОВОРИТ ЧЕРЧИЛЛЬ: «Ты должен внимательно следить за фактами, поскольку они следят за тобой».

Согласно исследованиям психологов, при выборе возможных решений человеческое сознание придает непропорционально большое значение первоначально полученной информации. Эти первые впечатления действуют аналогично якорю для последующих суждений. В качестве подобных якорей может выступать множество факторов, начиная от реплики коллеги и заканчивая прошлыми событиями. По мнению профессора Ричарда Л. Дафта, «в быстро изменяющейся среде подобное придание слишком большого значения прошлому может стать причиной плохих прогнозов и неверных решений»[866].

Для того чтобы избежать этой ошибки, Черчилль, прежде чем принять какое-либо решение, сначала внимательно изучал проблему, стараясь разобраться в как можно большем количестве деталей. «Ты должен внимательно следить за фактами, поскольку они следят за тобой», — повторял он в таких случаях[867].

По словам сэра Мартина Гилберта, «в начале своей карьеры — в Министерстве торговли, Министерстве внутренних дел, Адмиралтействе, Министерстве снабжения, Военном министерстве, Министерстве военно-воздушных сил, Министерстве по делам колоний, Казначействе — Уинстон был зачарован теми нюансами и деталями, с которыми была связана его деятельность в каждом из этих ведомств. Эту же практику Черчилль сохранил, став премьер-министром. Все, что попадалось ему на глаза, проходило тщательную проверку, комментирование и наставления»[868].

Примером подобного поведения служит реакция Черчилля, когда он узнал, что военный корабль «Западный принц», перевозивший из США летом 1940 года необходимое для Великобритании вооружение, вышел из гавани Нью-Йорка без сопровождения. По сообщению представителей Адмиралтейства причиной отсутствия конвоя стала большая скорость судна. Подобная практика распространилась и на несколько других кораблей.

Когда информация об этом дошла до Черчилля, он тут же связался с генералом Исмеем для уточнения дополнительных сведений, чтобы лучше разобраться в ситуации:

«Обратите внимание Адмиралтейства на огромное значение для нас этих судов, особенно „Западного принца“. Это будет настоящая катастрофа, если мы лишимся пятидесяти тысяч ружей. Какова скорость „Западного принца“ и других судов? Когда суда попадут в опасную зону? Когда они должны прибыть?»[869]

Просматривая бесчисленные записки, письма и телеграммы, которые британский политик составлял для своих подчиненных, обращает на себя внимание, насколько развернуто и детализировано выглядят данные документы. Например, фрагмент из записки Черчилля с рекомендациями по уничтожению бронетанковых войск противника:

«Слава ждет того командира, который первым в этой войне вернет артиллерии ее решающую роль на поле боя, роль, которой она лишилась в результате появления танков с тяжелой броней. Для этой цели необходимо соблюдение трех правил:

а) каждое полевое орудие или подвижная зенитная пушка должны иметь при себе большой запас бронебойных трассирующих болванок. Таким образом, каждое подвижное орудие станет противотанковым орудием и каждая батарея будет иметь свою собственную противотанковую защиту;

б) танковую атаку на пушки следует только приветствовать. Орудия должны вести огонь даже в упор. Пока приближающиеся танки не подойдут на ближнюю дистанцию, батареи должны вести по ним скорострельный огонь бризантными снарядами. На этом этапе самой уязвимой частью танков являются гусеницы. На ближней дистанции нужно открыть стрельбу бронебойными снарядами. Эта стрельба должна продолжаться, пока остаются в живых бойцы хотя бы одного орудийного расчета. Последний залп следует дать с дистанции не свыше десяти ярдов. Быть может, отдельным орудийным расчетам удастся делать вид, будто они выведены из строя, или воздерживаться от обстрела с тем, чтобы получить великолепную возможность открыть огонь бронебойными снарядами с самой ближней дистанции;

в) вышеуказанная тактика может зачастую привести, особенно когда артиллерия сталкивается с танками, к захвату и потере орудий. При условии, если дело дойдет до стрельбы в упор, такая потеря пушек должна рассматриваться не как катастрофа, а, напротив, как величайшая честь для данной батареи. Уничтожение танков более чем компенсирует потерю полевых орудий или подвижных зенитных пушек. Немцы не используют захваченные у нас пушки, так как у них вдоволь орудий собственных типов, которые они предпочитают всем другим. Наши собственные запасы достаточны, чтобы возместить потери»[870].