– Я хочу получить две вещи.
Лука отвел назад руку, но не стал ее сбивать, ожидая, что она спросит.
– Никакой охраны, но я возьму водителя по своему выбору, чтобы он прикрывал мне спину. – Это был компромисс. Она не хотела, чтобы костюм следил за каждым ее шагом или указывал ей, куда идти, но понимала, что ее роль консильери будет связана с большим риском, чем тот, которому она уже подвергалась.
Он подождал, чтобы услышать второе условие, прежде чем принять решение.
– И, – Мария улыбнулась, – я хочу, чтобы ты купил мне машину.
Он поднял забавную бровь. – Какую?
– Какой захочу, – сказала она ему, не раскрывая своих планов.
Лука протянул руку назад, чтобы она взяла ее. – Договорились.
Заключив собственную сделку с бугименом, она пожала ему руку. – Договорились.
Решение было принято. Трон будет делиться на троих.
Щелкнув каблуками, она направилась к выходу из его кабинета.
– Кстати, Лука, – Мария оглянулась на него через плечо, – я знаю, что ты тайно помогал Кассио.
Подчиненный босса улыбнулся, не отрицая этого.
– К сожалению, в процессе ты научила его курить. – Когда она направилась к двери, ей не нужно было оглядываться, чтобы понять, что Лука не знал, что Кассиус подхватил эту привычку. – А теперь, блядь, отмени это.
* * *
Доминик сидел в холодном помещении склада на своем старом, обитом кожей кресле. Схватившись татуированными руками за ручки, он смотрел на трех своих братьев, стоявших перед ним по другую сторону стола.
Взгляды Ангела, Матиаса и Кассиуса были непоколебимы, они смотрели на него не как на брата, а как на босса. Каждый из них знал, зачем они все здесь - Доминику еще предстояло выбрать титулы консильери, подчиненного босса и исполнителя.
Это было решение, к которому он не пришел легкомысленно. Оно могло разрушить их семью и узы, если он ошибется с выбором или один из братьев почувствует себя ущемленным другим. Катарины здесь не было только потому, что Лукка заметил ее таланты и нанял ее в качестве бухгалтера Карузо. Работа в Caruso не позволяла ей обладать какой-либо властью в семье Лучано, как и его жене Марии. Только эти два действия заставили Доминика раз и навсегда отдать свое полное доверие младшему боссу и будущему боссу Карузо.
– Я пришел к решению, – сказал он им, встречаясь взглядом с каждым мужчиной, прежде чем перейти к следующему. – Мы управляем этой семьей...
Каждый из братьев затаив дыхание ждал, когда Доминик произнесет последнее слово.
– Вместе.
Пятьдесят шестая глава.
Душа нараспашку
– Ну что, теперь я смогу увидеть, как ты наконец-то стреляешь?– спросила она, стоя на заднем дворе его дома. Она была замужем за этим человеком уже неделю, и хотя большую часть этого времени они трахались, ей нужно было увидеть легендарный Glock в действии...
– Какого черта! – вскрикнула она, когда рядом с ней раздался выстрел. В одно мгновение он стоял совершенно неподвижно, а в следующее - его "Глок" был уже в руке и стрелял.
Доминик рассмеялся – Извини, принцесса, но ты сама напросилась.
Нет никакой чертовой ва...
Мария опустила глаза, увидев в метре от себя банку с пулевым отверстием посередине. Как такое вообще возможно? Но, черт возьми, это так возбуждает.
Переведя взгляд с банки на него, она подняла бровь и улыбнулась. – Можно мне попробовать?
– Ты когда-нибудь стреляла из пистолета? –спросил он, слегка неуверенный или слегка напуганный.
Она хотела соврать, но не стала. – Нет. – За ней постоянно кто-то следил, и ей не нужно было держать пистолет в руке.
Отпустив патрон, он положил его в карман куртки, а затем встал на предохранитель, очистив патронник от маленькой пули, пока она не стала безопасной.
– Хорошо, иди сюда, – сказал он, потянув ее за талию, чтобы посадить прямо перед собой и мишенью. Вручив ей пистолет, он показал ей правильную стойку, которой много лет назад научил его отец.
– Вот этот палец ,– он убрал ее указательный палец с того места, где она инстинктивно положила его на спусковой крючок, чтобы он лежал под стволом, – лежит здесь. Палец касается курка только тогда, когда вы уверены, что хотите его нажать. – Он стал еще больше подчеркивать этот факт. – Единственная причина, по которой я не выстрелил в вас тем утром, когда вы застали меня врасплох, заключается в том, что я держал свой палец здесь. Вы должны быть полностью уверены в том, кто находится на другой стороне, прежде чем сделать это, потому что – он снова положил ее палец на курок и слегка нажал... щелкнул – как только вы это сделаете, это уже нельзя будет отменить.
– Хорошо, – Мария попыталась сглотнуть, когда ее горло внезапно сжалось от его серьезных слов. – Дом... могу я задать тебе вопрос? – Она на мгновение прервала урок.
Он кивнул.
Мария повернулась к нему лицом. – В то утро, когда вы с Кайном поссорились и вы наставили на него пистолет... – Она вспомнила слова, которые он ей сказал: Пистолет был у меня в руке, Мария. Может быть, я и не лишал его жизни, но я не могу обещать, что не поступил бы так же, как Лука пятью секундами позже. – Ваш палец был на спусковом крючке?
И хотя в глубине души она уже знала ответ, ей хотелось, чтобы Доминик понял, насколько она была неправа, называя его чудовищным, как его отец. Она хотела, чтобы он понял раз и навсегда, что он - это все то, чем не были Люцифер и она.
Доминик Лучано был хорош.
– Нет, – Покачав головой, он свел брови, почти не веря в это – Нет, не было.
– Я знаю, – Мария крепко поцеловала его губы, – Я знаю, что ты бы этого не сделал, – Она целовала его губы снова и снова, пытаясь убедить его, что он чист, что он никогда бы не сделал того, что могло бы причинить ей боль.
Мария заставляла Доминика целовать ее до тех пор, пока у него не начало получаться, и когда она закончила, он забрал у нее пистолет, и они пробрались обратно в дом, чтобы тихонько подняться по ступенькам.
Она в последний раз нежно поцеловала его в губы, прежде чем он с силой толкнул ее на
