Он вскочил, морщась от боли в босых ступнях, усталость накатывала тяжелыми волнами, и он едва держался на ногах от изнеможения. Несколько мгновений, показавшихся вечностью, он раскачивался, словно пьяный, опираясь обеими руками на рукоять меча. Сквозь серую мглу он видел испуганный взгляд девушки и, едва не теряя сознание, вдруг удивился, как прежде не заметил ее юного возраста. Потом она оказалась рядом, поддержала его и что-то проговорила отчего-то очень далеким голосом. Он покачал головой и упрямо кивнул.
— Я нормально себя чувствую, — произнес он совершенно чужим голосом. — Бежим к реке, нам надо срочно попасть в Керн.
Они быстро зашагали сквозь туман и дождь, поскальзываясь на мокрой хлюпающей траве. Менион чувствовал, как голова начинает проясняться и силы возвращаются к нему; девушка цеплялась за его руку, то ли боясь упасть, то ли стараясь поддержать его. Острый взгляд принца выискивал в сумраке нагоняющих их троллей, уверенный, что они рыщут где-то неподалеку. Внезапно его уши уловили новый звук: это был грохот стремительных вод Мермидона. Из-за дождя вода в реке поднялась, затопив низкие берега. Девушка тоже услышала этот шум и крепче сжала его руку.
Вскоре они взобрались на вершину невысокого холма, который тянулся вдоль северного берега реки. Бурный поток захлестывал землю, и вода еще продолжала подниматься. Менион не знал, в какой стороне Керн, и очень боялся проскочить мимо острова. Девушка, казалось, прочла его мысли, взяла Мениона за руку и повела вдоль холма, вниз по течению реки, поглядывая на сумеречный берег. Не задавая вопросов, принц послушно шел за ней, то и дело оглядываясь и высматривая троллей. Дождь мало-помалу ослабевал, серый туман рассеивался. У беглецов оставалось совсем немного времени, чтобы найти переправу, прежде чем преследователи снова увидят их на открытой равнине.
Сколько они шли вдоль реки, Менион не знал. Наконец юная незнакомка остановилась и быстро замахала рукой, указывая на небольшой ялик, привязанный к заросшему травой причалу. Они подбежали к берегу и быстро сели в лодку. Вода оказалась обжигающе-холодной, ледяные брызги от вспененных волн пробирали Мениона до костей. Закинув меч за спину, он отчаянно налегал на весла, сражаясь с бурным течением, которое тащило лодку вниз и разворачивало от дальнего берега. Казалось, не будет конца этой яростной схватке человека и реки; от чудовищного напряжения глаза Мениона застилало туманом, онемевшие руки наливались свинцом.
Как они переправились на другой берег, Менион помнил смутно. Почти теряя сознание, он чувствовал, как чьи-то руки вытаскивают его из лодки на мокрую траву. Сидя на земле и бессмысленно глядя перед собой, он слышал нежный девичий голос, обращенный к нему. А потом вдруг навалилась чернота, и все звуки стихли, но даже в забытьи Мениона не отпускало назойливое чувство тревоги, которое ввинчивалось в уставший мозг и требовательно звало подняться, чтобы враг не мог застать его врасплох. Однако измученное тело не откликалось на беспокойный голос разума, и вскоре Менион провалился в глубокий сон.
Когда он очнулся, в воздухе по-прежнему висел серый сумрак и с хмурых небес лениво и размеренно моросил небольшой дождь. Менион лежал в теплой удобной кровати, рваные раны на ногах были промыты и перевязаны, а бегство от северных троллей казалось далеким кошмарным сном. Неспешные капли дождя умиротворяюще стучали в оконное стекло, на каменные стены с деревянными панелями лился неяркий свет. Принц медленно оглядел изящно обставленную комнату и понял, что дом принадлежит не обычному горожанину, а особе королевского рода. На деревянных панелях были вырезаны гербы королей Каллахорна. Не торопясь вставать, Менион неспешно рассматривал комнату и ждал, когда еще не вполне пробудившийся от сна разум проснется и он вновь почувствует себя бодрым и отдохнувшим. Он заметил сухую одежду, сложенную на стуле у кровати, и уже собирался встать и одеться, когда дверь приоткрылась и в комнату вошла пожилая женщина с подносом дымящейся еды. Вежливо кивнув и улыбнувшись, она подошла к кровати и поставила поднос на колени Мениону, помогая ему приподняться и подложив под спину подушки. Потом она стала убеждать его поесть, пока еда не остыла. Неожиданно улыбчивая женщина напомнила принцу его мать, добрую хлопотунью, которая умерла, когда ему было двенадцать лет. Пожилая служанка дождалась, пока он сделает первый глоток, а потом развернулась и вышла, осторожно прикрыв за собой дверь.
Менион ел медленно, наслаждаясь великолепным обедом, и чувствовал, как силы возвращаются к нему. Только когда он почти расправился с едой, он вспомнил, что не ел сутки, если не больше. Он снова посмотрел на дождь за окном и попытался вспомнить, какой день на дворе. Если уже настал следующий день, тогда…
Он тотчас вспомнил, зачем так стремился в Керн. Неужели он опоздал и уже поздно предупреждать горожан о скором вторжении армии Севера? Похолодев от ужасной мысли, он так и застыл с вилкой в руке, когда дверь приоткрылась во второй раз. В комнату вошла спасенная им девушка; на ней было струящееся платье теплых тонов, длинные рыжие волосы были тщательно расчесаны и сияли даже в тусклом свете дождливого дня. Менион с восхищением смотрел на девушку, пораженный ее красотой. Внезапно вспомнив о застывшей в воздухе вилке, он положил ее на поднос и приветливо улыбнулся. Незнакомка закрыла за собой дверь и грациозно подошла к его постели. Почему же похитили эту удивительную девушку, подумал принц. Знаком ли с ней Балинор, быть может, он знает ответ на этот вопрос? Она стояла рядом с кроватью, глядя на него сверху вниз внимательными ясными глазами.
— Теперь вы выглядите гораздо лучше, принц Лиха, — улыбнулась она. — Отдых и еда полностью исцелили вас.
— Откуда вы узнали, кто я…
— Я видела герб королевского рода Лиха на вашем мече. Кто еще, кроме наследника, стал бы носить такой меч? Но я не знаю, как вас зовут.
— Менион, — ответил горец, несколько удивленный тем, что девушке известно его маленькое королевство, о котором почти никто ничего не слышал.
С очаровательной улыбкой девушка протянула ему смуглую изящную руку, и Менион почувствовал ее дружеское пожатие.
— А я Ширл Рейвенлок, и вы у меня в гостях, в Керне. Если бы не ваша отвага, Менион, я никогда бы не увидела свой родной город. За это я бесконечно благодарна вам и навсегда останусь вашим другом. А теперь, пока вы заканчиваете трапезу, мы можем поговорить.
Она села рядом с кроватью и жестом предложила Мениону доедать обед. Принц взял было вилку, но, вспомнив о грозящей с Севера опасности, снова с грохотом уронил ее на поднос.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
