бесперспективной, наконец, признает таланты сына… и Сайкю допускал такой исход.
Но более вероятным представлялся тот, где сюрприз станет отнюдь не радостным. Для Онеста.
В отличие от импульсивного и, прямо скажем, лишённого политической сметки Сюры, Стайлиш догадывался о скрываемых завесой благообразия слоях иных планов. Но учёный — при правильном с ним обращении — не являлся угрозой, даже если откинуть все имеющиеся у главы разведки рычаги воздействия. Алхимика в основном интересовали его исследования, их бесперебойное финансирование и отсутствие глупых придирок из-за экспериментов, не слишком соответствующих законам Империи. Кто именно всё это ему предоставит — для него вопрос третьестепенный.
Касательно политики различных фракций, а также их тихой «дружбы под ковром» внутри блока Онеста: министру разведки очень нравилась разгоревшаяся в Столице криминальная война. Ещё больше его радовала реакция патрона, который, стремясь повторить успех после изрядно раздутых событий в Сингстриме, начал усердно работать с «замаравшими себя в связях с преступностью» дворянами и должностными лицами. Пускай Онест и делает вид, что не причастен к вспыхнувшим событиям (которые он, как минимум, активно раздувает в прессе) и вообще подозревает в происходящем руку разведки, отчего демонстративно опирается на столичную полицию и её главу — Огра — в ущерб ведомству Сайкю.
Это начальника разведки не беспокоило.
Он уже видел, куда движутся события и знал, что недавнему успеху не суждено повториться: политические противники усвоили урок и приготовили контрмеры. Уже сейчас в обществе назревает недовольство от участившихся стычек бандитов, которые периодически выплёскиваются и в приличные районы. Полиция по приказу раздражённого Огра применяет всё более суровые меры, что вызывают у трущобных жителей агрессию, а у чистой публики, неизбежно затрагиваемой масштабным противостоянием — страх и недовольство. Либеральные политики и всяческие популисты, почуяв возможность завоевать популярность и влияние, критикуют полицейский беспредел и призывают не ворошить осиное гнездо, пророча масштабные волнения трущобной черни...
…которая совершенно не прочь поволноваться, особенно когда её снабжают деньгами, оружием, алкоголем и наркотиками...
И нет, Ведомство к этому непричастно. Сайкю даже отчитывался Онесту на этот счёт… мельком и подобрав время так, чтобы увлечённый иными занятиями премьер-министр от него отмахнулся и приказал не мешать. Что же, они и не мешали, устранившись от ситуации и спустив с поводка подконтрольные или находящиеся в разработке террористические группы.
Волнения неизбежны, как неизбежно и их подавление. Неизвестным остаётся лишь масштаб событий и уровень воя, который поднимут заинтересованные лица.
Станет ли это провалом для премьер-министра? Сайкю не решился бы дать категоричный ответ. А вот в неприятностях, которые обрушатся на полицейских, радостно рванувшихся зарабатывать заслуги, он не сомневался. Огр нужен, но вот вывернуть ситуацию так, что удастся обвинить в волнениях тех офицеров, которые поддерживают оппозиционного военного министра Сейги… почему нет? Толстяк любит такие комбинации.
Ну, а разведка посидит в стороне — все достаточно важные контакты в криминальном мире уже получили указание залечь на дно — и посмотрит, что можно выловить в замутившейся водичке. Скажем, полиция может совершенно случайно найти улики сношений людей министра финансов с наиболее одиозными группировками. Огр не любит министра Досэна, а тот, лишившись силовой поддержки почившего главы минобороны Кокэя, сильно потерял в устойчивости своих позиций. Если его подтолкнуть ещё, то этого человека можно как убрать, завершив затянувшийся конфликт, так и протянуть ему руку помощи, тайно взяв под крыло.
Что именно окажется выгоднее, ещё предстоит обдумать: с одной стороны, ввиду приближающегося окна возможностей требуется консолидировать в своих руках как можно больше сил и ресурсов, а с другой — если масштабная подготовка привлечёт взгляд кого-то из обитателей вершины власти, то до дня Д можно просто не дожить.
Размышляя, краем глаза разведчик следил за разворачивающейся на полигоне кровавой расправой: помощник Стайлиша отдал приказ на атаку, и модификанты послушно ринулись в бой. Мимоходом Сайкю отметил, что толком использовать оружие бывшие люди так и не научились — как рвали противников руками, так и продолжают рвать. Это несколько сужает спектр задач, в которых возможно их использовать. Собственно, министр и не надеялся получить разом и сильных, и дешёвых, и универсальных бойцов. Просто сильных (относительно) и дешёвых (как по затратам, так и по времени подготовки) будет достаточно.
При условии их безусловной верности, конечно.
Если же Стайлиш сумеет довести до конца проект «Титан», то получится закрыть и нишу элиты.
— …таким образом, эти брутальные малыши смогут доставить массу неприятностей в тылу врага даже без контролирующих чипов и в нынешнем «сыром» виде, — самодовольно вещал учёный. — А когда я доработаю свою стайлиш-сыворотку до идеала — «отряды возмездия» сможет создавать и небольшая группа дуболомов-диверсантов, снабжённая необходимым количеством препарата! Всего лишь достаточно поставить несколько уколов местным и через пару дней новые пупсики выйдут на свою первую охоту! Изящно, не правда ли, господа?
— Интересно, — искривив губы в усмешке, произнёс Сюра под звук начавшихся аплодисментов парочки марионеток-помощников, которые, впрочем, резко поумерили накал демонстрируемых эмоций, поймав злой взгляд сына министра.
— Что у вас с проектом по крупносерийному производству препарата? — решил уточнить Сайкю, полистав свой блокнот и найдя там пометки насчёт странных формулировок в отчётах. — Что за отклонения в конечном продукте? И что за нештатная ситуация на объекте 12-С?
— К сожалению, выяснилось, что без личного участия моего гения в изготовлении некоторых ключевых компонентов финальный продукт чрезмерно стимулирует центры агрессии, а также переводит испытуемых в форсированный режим, — с ноткой печали произнёс Стайлиш. — Страсть малышей вышла из-под контроля, и они смогли выбраться из своего блока. Ответственные за ту лабораторию бездари не смогли загнать их назад и активировали этот ваш нелепый протокол самоликвидации. Все записи, аппаратура и подопытные образцы сгорели, — поморщился он. — Теперь, чтобы выяснить детали, придётся тратить моё бесценное время и проводить новые испытания.
— Секретность необходима, — не впечатлился недовольством учёного разведчик. — Если широкой общественности раньше времени станет известно о
