Мос не хотел этого. Он всегда мечтал о том, чтобы Дурун взошел на трон, прославив семью Бэтик. События, к сожалению, развивались так, что отцу пришлось взять на себя обязанности сына, погибшего при невыясненных обстоятельствах. Все пошло совсем не так, как планировалось. Но Мос не мог допустить, чтобы смерть Дуруна оказалась бесполезной. Семья Бэтик получила вожделенный престол, и теперь Сарамир ждут перемены.
Император посмотрел по сторонам, стараясь освободиться от гнетущих мыслей. Огромный барельеф из слоновой кости, изображавший двух летящих птиц, по-прежнему красовался на одной стене. Хотя на улице дул легкий ветер и дверь на балкон была распахнута, в комнате стояла ужасная духота. У низкого стола из черного дерева разместились две кушетки. Но ожидавший Моса посетитель стоял.
– Император Мос, – раздался скрипучий голос из-под маски.
– Главный ткач Какр, – ответил Мос.
Император подошел к столу и налил себе вина и залпом осушил стакан. Главный ткач выжидающе молчал.
– Все сделано, – наконец произнес Мос.
Главный ткач проницательно посмотрел на императора.
– Вы – человек слова. Тогда наш договор остается в силе.
Мос устало кивнул.
– Знать не выступит против меня. Ткачам будут предоставлены все привилегии и почести благородных вельмож. Вам разрешат присутствовать при дворе, в суде и в совете. Ваш голос будет иметь такой же вес, как любой другой благородной семьи. Вам разрешено приобретать земли на равнинах Сарамира и селиться там. Вы теперь не просто советники и посредники для связи, вы – политическая сила, имеющая собственные права.
– И, конечно, вы не должны забывать помощь, которую оказали вам ткачи, – заметил Какр. – Вы, император Сарамира, будете помнить, кто возвел вас на трон.
– Боги свидетели! – поклялся Мос. – Мы делали одно дело, и я человек чести! Я никогда ничего не забуду. Теперь мы союзники. Главное, чтобы вы поддерживали меня на троне.
Какр, соглашаясь, наклонил голову.
– Я предвижу длительные и взаимовыгодные отношения между семьей Бэтик и ткачами, – произнес он.
– Надеюсь, – попытался улыбнуться Мос, но не сумел скрыть проскользнувшее в голосе отвращение.
Kакр ни единым движением не показал, что заметил гримасу недовольства на лице императора. Он попрощался и оставил Моса наедине с его тяжелыми мыслями.
Император вновь налил вина. Большой и крупный, он не боялся опьянения. Со стаканом в руке Мос вышел на балкон и почувствовал на лице обжигающий взгляд Нуки, рассеивавшего по улицам Аксеками яркий свет. Это его город. Он издал новые законы и порядки, по которым теперь будет жить его народ. Династия Эринима уничтожена, и теперь во всей стране воцарится мир и покой.
Мос скользил глазами по холму, на котором стоял императорский дворец, по императорскому кварталу, по шумному Рыночному району, докам, искрящейся под солнечными лучами реке Керрин. Взгляд ушел дальше, к равнинам, к далекому горизонту.
Тело наследницы императрицы так и не нашли. Она пропала бесследно. Лучшие шпионы не смогли ничего обнаружить, хотя поиски продолжались до сих пор. Подобно фантому, призраку, наследница исчезла. Возможно, она погибла в пожаре. Но император не верил в это.
Только Виррч мог бы рассказать, что произошло и почему все пошло не так, как они планировали. Мос не понимал, что заставило главного ткача преждевременно отдать приказ смертникам взорвать бомбы. Ему никогда не узнать, что случилось на мосту между дворцом и Башней Северного Ветра. Люди Моса обнаружили императрицу, которой кто-то нанес удар в спину. И в то время как все стражники, лежавшие рядом, были обклеваны воронами почти до костей, тело Анаис оказалось нетронутым. Почему так случилось? Была ли задействована черная магия или это просто игра случая – сейчас не имело значения. Намного важнее выяснить, кто за этим стоит. И что произошло с Люцией.
Мос вновь обвел взглядом открывавшийся перед ним пейзаж. Где-нибудь там, вдали, лишенная своих прав, скрывается наследница, растет, окружает себя верными людьми. Он ощущал это.
Когда-нибудь Люция возвратится в Аксеками, и тогда могущественная империя рухнет.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
