Для Рианы эта ночь была пока что одной из немногих, когда она заснула. И хотя проспала она всего пару часов, к утру чувствовала себя бодро и энергично. Когда она спустилась вниз, чтобы позавтракать со всеми, то не удержалась от улыбки, увидев заспанного Лекамира. Рыцарю явно не удалось как следует отдохнуть, чего нельзя было сказать про Анака, который сидел напротив и жизнерадостно улыбался. Юноша, как всегда, буквально излучал энергию.
— Доброе утро, — поздоровалась жрица, подходя к столу и присаживаясь рядом.
— Доброе утро, о светлоокая звезда моей души, — влюблённым голосом проворковал бард, чем заслужил весёлый смешок от Рианы и хмурый взгляд от рыцаря.
— Доброе утро, — поздоровался и сам Лекамир, всё ещё пытаясь окончательно проснуться. — Сегодня будешь что-нибудь есть?
— О нет, спасибо, я сегодня заснула, так что есть не хочется. — Риана улыбнулась ему. Еда ей всё ещё давалась нелегко. Хоть она и помнила из пребывания в нулевом мире, что приём пищи может быть приятен, всё же не торопилась начинать. Она знала, наблюдая за своими сёстрами, что как только жрица переходит на обычную пищу, силы богини начинают её покидать ещё быстрее. И хотя она понимала, что цепляется за соломинку, всё же хотела оттянуть этот момент как можно дальше.
— О небесный мастер, — воскликнул бард. — Жрицы что, либо едят, либо спят для восстановления сил?
— Это временно. Потом я стану, как все нормальные люди... — сказала Риана, внимательно осматриваясь по сторонам. — Сегодня мало народу.
— Удивительно, — всё ещё поражённо говорил Анак.
— Это имеет какое-то значение? — переспросил Лекамир, так же внимательно осматриваясь.
— Да не особенно. Но ты же знаешь, мне надо кое с кем встретиться. Скорее всего, он был в другом месте. — Она вновь посмотрела на рыцаря и встала. — Вы доедайте, не спешите, а я пойду.
— Стой... — Лекамир, вставая, подхватил тарелку с похлёбкой, делая большой глоток. — Я с тобой.
— Нет, — остановила его Риана, положив руку на плечо и принуждая сесть обратно. — Я пойду одна, тебе лучше остаться здесь.
— Я не могу отпустить тебя одну. — Лекамир всё равно поднялся и вышел из-за стола. Он посмотрел на неё, ожидал, что Риана, улыбнувшись, как всегда пожмёт плечами и пойдёт к выходу вместе с ним, но опешил, увидев перед собой девушку, которая пристально, без тени улыбки смотрела прямо ему в глаза.
— Лекамир, — сказала она с отразившимся на лице упрямством. — Ты мой друг, товарищ, человек, которым я дорожу. Но у тебя нет права распоряжаться мною.
— Что? — рыцарь от неожиданности не знал, что и сказать.
Риана всё же слегка улыбнулась, однако решительность её никуда не пропала.
— Я принимаю твою заботу обо мне и соглашаюсь с твоими решениями, но... — она выразительно посмотрела на него, — твой путь не является моим, а мой не является твоим. И когда я говорю, что мне надо уйти, ты не должен меня удерживать.
— Риана... ты... — холодок прошёлся по его спине, когда он осознал тот факт, что она собирается уйти без него. Лекамир настолько привык, что они всегда вместе, что это казалось ему просто невозможным. В его понимании они уже не могут существовать порознь. Куда она, туда и он. Она в битву — и он тоже, она в самый центр логова врага — он за ней. Да пойди она в самую гущу кровожадных монстров, он, не задумываясь, пойдёт следом. А теперь...
Что-то больно кольнуло в груди. Она хочет покинуть его?
— Это в порядке вещей, — продолжала говорить жрица.
— Но...
— Я пока не определила, кто именно тот человек, с которым меня связали боги, — остановила она его, продолжая смотреть ему прямо в глаза. — Возможно, это даже ты. Если это так, то наши дороги сами соединятся, не стоит их торопить. А на данный момент никто не обладает правом и обязанностью защищать меня. Ты должен это понять. И не настаивать.
— Я понял, — тихо произнёс он, немного устыдившись своей настойчивости.
— Вот и хорошо. К тому же, я скоро вернусь. К вечеру, думаю, хотя, возможно, и завтра. Мне надо многое успеть. — Она, наконец, привычно улыбнулась. — Заканчивайте завтрак и хорошего вам дня.
И, накинув на голову капюшон, девушка развернулась и пошла к выходу, и каждый её шаг отдавался тоской в его груди. Когда это он успел так к ней привязаться? И хорошо ли это вообще? Что, если она действительно не выберет его? Уйдёт с другим... Что тогда ему делать?
Впервые по-настоящему озадаченный этим вопросом Лекамир бухнулся обратно на лавку.
— Похоже, благородному рыцарю дали отставку, — послышался насмешливый голос, и Лекамир хмуро посмотрел на барда, который всё ещё сидел напротив с улыбкой до ушей. И почему-то очень зачесались кулаки.
— Мне удивительно, как ты дожил до этого возраста и всё ещё имеешь зубы.
— Что значит "до этого возраста"? Я ещё очень молод.
— Вот и я о чём... — вздохнул рыцарь и повернулся к своей тарелке, где ещё оставалась похлёбка, только вот аппетита у него не было. В конце концов, не так уж всё и плохо. Она же не насовсем ушла.
Да и права она, если разобраться. Кто он такой, чтобы пытаться контролировать жрицу. Некоторые всю жизнь мечтают просто пообщаться с ней несколько мгновений. А он и так рядом с ней практически с первого дня её прибытия.
А она всё-таки жрица... которая ещё не сделала свой выбор.
Риана шла по городу, улыбаясь и прислушиваясь к цокоту сапог по камням, которыми была выложена дорога. Это было так неожиданно приятно и немного грустно — идти совсем одной. Но ей нужно было немного отстраниться от Лекамира. А то его дружба переросла в заботу, а забота уже готова была стать опекой.
А это ни одному из них не было нужно.
Даже если именно он будет её выбором, Лекамир должен понять, что она не просто женщина, жрица и впоследствии, возможно, жена, но ещё и человек, который должен самостоятельно распоряжаться свой жизнью. Иначе он, как и с Зикой, раз и навсегда определит её роль, не допуская возможности того, что всё меняется. А сама Риана сейчас та, кто находится в постоянных изменениях.
Её человеческая сущность начинает проявляться всё сильнее и сильнее. Меняется её отношения к некоторым вещам, даже её физиология. Она совсем недавно открыла для себя то, что называется мозолями. Не самое приятное открытие, пусть и зажили они очень быстро. И, конечно же, она узнала, что такое холод, и теперь прекрасно понимала, почему Лекамир удивлённо смотрел на неё, когда она в день своего прибытия запросто бегала босиком по снегу.
Она меняется. И, что самое удивительное, ей это нравилось. Все краски мира начали сверкать перед ней. Даже привычное начинало восприниматься совсем по-другому. И это было прекрасно!
