Насмешливо скривив губы, К'ирсан хрустнул пальцами и приготовился прощупать вражескую оборону чем-то более серьезным, нежели примитивные огненные шары. Для начала следовало отсечь канал, связавший советника с Бездной, затем проломить заклинания защиты и вручить каждому де-монопоклоннику индивидуальный подарок. Главное — работать именно в таком порядке и никак иначе, остальное уже детали.
К этому моменту сопротивление членов ковена в зале было подавлено, лишь несколько человек копошились в дальнем углу. Идеальные условия для собственной волшбы Кайфата. Он даже порадовался, что успел вовремя, когда Судьба вновь проявила характер.
Советник, до того полностью сосредоточенный на ритуале, вдруг замолчал и открыл глаза. Недолго так постоял, а затем, по-прежнему не говоря ни слова, нашел взглядом К'ирсана и растянул губы в неживой улыбке. Весь его вид обещал очень большие неприятности всем вокруг и лично претенденту на королевский трон.
По нервам ножом резануло ощущение опасности.
— Приветствую врага Вестника Спящих! — В голосе главы внутренней стражи звучали нотки, которые вряд ли способно породить человеческое горло. Да и с глазами творилось нечто странное. Впрочем, не К'ирсану судить о принадлежности разумных к той или иной расе. Он сам не без греха.— Великий Рошаг как никогда жаждет встречи с тобой. Его благодарность тому, кто добудет твою голову, превысит все мыслимые пределы.
Движения главы ковена Старого Гиварта стали какими-то дергаными, словно кто-то другой управлял его конечностями. Он то и дело вздрагивал всем телом, нехорошо запрокидывая голову. Вторя ему, дрыгались и остальные участники ритуала.
— Перебьетесь и без моей голсзы,— хмыкнул Кайфат. Он все же решил поддержать беседу. Пока одна часть сознания занимается пустой болтовней, вторая сможет подготовить вариант Чаши Мрака, адаптированный К'ирсаном для собственных нужд. И тогда первый пункт плана будет выполнен— Лучше скажи, совесть не беспокоит, что человечество за служение Бездне продал?
Советник хрипло рассмеялся:
— А тебя? — с намеком спросил он и, не дождавшись ответа, вновь захохотал.— Вот и со мной та же история. Впрочем, как и вон с тем вот ничтожеством, которое точно ничего не беспокоит. Кроме власти, разумеется. Снаружи — король Мишико Свили Первый, ставленник богов, отец нации,— лидер Темных сплюнул,— а внутри — точно комок грязи, и крутит всем мелкая дрянная душонка.
Фигура в углу зашевелилась, Кайфат увидел насмерть перепуганного монарха.
— Ты обещал убить бунтовщика,— плаксиво сказал он, поправляя съехавшую., на затылок корону. На соперника Свили Первый старательно не смотрел.
— Обещал — значит, сделаю! Умолкни! — рявкнул советник. Мишико понятливо затих.— Вот видишь, с кем приходится работать? — Культист вздохнул.— Если бы для призыва Благодати Спящих не требовалось предать смерти столь многих людей, ни за что бы не связался с этим болваном...
Чувство опасности уже выло сиреной, требуя бежать отсюда сломя голову. Зло приближалось, и часы внутри К'ирсана отсчитывали последние мгновения. К его сожалению, в реальном мире создание Чаши Мрака, в отличие от Астрала, сопровождалось определенными трудностями. Он был еще просто не готов атаковать служителя Бездны.
Но не один К'ирсан тянул время. Ждал нужного момента и культист, отвлекая противника разговорами. До завершения ритуала осталось всего ничего, последний штрих, но именно в этот момент лидер Темных становился особенно уязвим. И от ответа на вопрос, что случится раньше — Кайфат завершит заклинание или глава внутренней стражи закончит обряд,— зависел результат предстоящей битвы... Первым успел Темный.
Провал в Астрале содрогнулся в спазме и исторг последнюю порцию Силы, которую поглотило тело советника. Аура культиста рывком увеличилась в несколько раз, и от нее по управляющим линиям потекли сгустки бездымного пламени. Один за другим вспыхнули остальные участники ритуала, причем огонь был самый настоящий, не иллюзорный. Сразу вспомнилось изображение горящего человечка, которого принято выжигать в подмышке у членов разных ковенов.
Крики боли зазвучали в зале демонической музыкой, а пылающие слуги Бездны, точно в кошмаре безумца, пошли хороводом. В воздухе повисла прогорклая вонь магии Тьмы в худших ее проявлениях.
К'ирсан помянул мархуза и развеял уже готовое заклинание. Слишком поздно: канал к источнику скверны выполнил свое предназначение и уже закрывался. Чего бы там советник ни добивался ритуалом, своей цели он достиг.
— Живо мне за спину! — потребовал Кайфат у охраны, и те впервые безоговорочно подчинились.
«Всегда бы так»,— успел подумать К'ирсан, когда многоголосый крик стих и культисты дружно ринулись к центру залы. Несколько ударов сердца — и все они скрылись в пламени гигантского костра.
— А-а-а! — заорал Мишико и, высоко вскидывая ноги, ринулся к пролому мимо бойцов Руорка.
Удар по затылку, оглушивший его, следовало считать проявлением милосердия. Несчастный король вполне мог тронуться от пережитого умом.
И тут свечение в центре залы угасло.
— Хр-р-ра-а-а-а!
В отличие от криков Свили Первого, этот был преисполнен первобытной мощи. Двое солдат не выдержали и в корчах рухнули на пол, зажимая ладонями уши. Да и у многих среди тех, кто устоял на ногах, по щекам потекла кровь. Лишь К'ирсану было все нипочем. Он словно врос в пол, наблюдая за происходящим с противной ухмылкой, да Руал зло посвистывал и хлестал хвостом у его ног.
Рев издал монстр, возникший на том самом месте, где стоял советник и где исчезли культисты. И его облик заставил бы вздрогнуть самого искушенного знатока Темного бестиария.
Вполне человеческое туловище, разве что затянутое в чешую и с четырьмя руками, плавно переходило в длинный хвост, составленный из множества костяных сегментов. Самый его кончик венчала «погремушка», как у гремучих змей. Отдельного разговора заслуживала голова. Она напоминала обтянутый кожей череп с двумя парами рогов, гигантской зубастой пастью и лицом главы внутренней стражи. На месте глаз обнаружилась широкая ороговевшая пластина с узором, похожим на тот, что покрывал тело твари. Впрочем, это ничуть не мешало ей ориентироваться в пространстве, и она тут же повернулась к Кайфату:
— Велик Вестник, обретший плоть и вкусивший свободу! !! Хвала Спящим, даровавшим мне знание и Силу. Я, принявший имя На'аг'Леох, славлю вас!
Змееног поднялся почти к самому потолку, затряс «погремушкой», и всех людей в зале охватила нестерпимая боль. Каждое движение кончика хвоста новорожденного монстра заставляло дрожать саму реальность, делая невозможным существование в ней слабых человеческих существ.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
