Щит, словно свинцовый, тянул руку вниз. Стрелы все еще летели, но Бьярни уже не обращал на них внимания. Не все отскакивали от его тела. Некоторые вонзались в раны, входили глубже. И неудивительно: живого места на высшем уже не было. Да и сил не осталось. Крестоносцы преодолевали завалы из трупов своих соратников и нападали, нападали, нападали. Сегодня Бьярни Сноррисон превзошел сам себя. Любое доменовское войско уже в ужасе бежало бы. Крестоносцы же лезли вперед, не зная страха. На него напали трое. Напали? Хм, скорее они его связали. Великолепно поставленная защита. Как, впрочем, и взаимодействие. Бьярни не мог их убить. Они отвлекали его от остальных. Запоздало сообразил, что свела его судьба с тремя крестоносцами класса щит в боевом режиме. Каждый из них, уйдя в глухую защиту, способен удержать пару адептов Марса. А их – трое. Бьярни завяз в их обороне, как в болоте. А действуют они зачастую в паре с братьями класса плеть. Последние – легкие бойцы одного удара, знают все уязвимые места. Значит, надо опасаться удара сзади. И он забросил на ремне за спину ставший неподъемным щит. Как бы хороши ни были эти низшие, но есть вещи, которые и им не по плечу. Например, выдержать удар Бьярни, нанесенный двумя руками.
В идеале было бы ударить с прыжка, обрушить всю свою немалую массу на крестоносца, но сил хватило лишь на подшаг. В голове у Бьярни не укладывалось, как его, готового рубиться сутками без устали, так быстро измотали. Ну да, раны, потеря крови, возможно, какие-то отравы – его тело всегда игнорировало эти мелочи. Главное – бой, все несущественное отложим на потом. Почему же сейчас не так? Или есть яды серьезнее тех, с которыми он сталкивался?
Удар. Щит крестоносца разлетается, и непонятно, как он успел убрать руку и сохранить левое предплечье. Тут же выпады с двух сторон. Оба проходят. Еще парой порезов стало больше. Еще один подшаг – и вновь пушечный удар. Крестоносец ловко уворачивается, падает на колено, пытаясь в низком выпаде достать живот Бьярни. Напарники поддерживают его. Кольчуга уже – сплошные лохмотья, не защита, а так себе. Северянин отбрасывает древком меч от своего живота, но боковые опять проходят. Штаны и сапоги красны от крови, ладони скользят по древку топора. Не вырваться, измотают.
Широкий горизонтальный удар. Лезвие верного топора описывает полукруг, сносит левому противнику кусок щита, но правый принимает удар на свой щит, тут же шагает вперед, пытаясь отжать оружие, – и опять выпады, и опять оба проходят. Бьярни бросается плечом на щит врага. Тот не выдерживает натиска, падает. Готов. Бьярни рвется вперед, чтобы добить, но средний проскакивает перед самым его носом, нанося хлесткий удар по животу. Северянин принимает его на древко, но время упущено – упавший успел подняться на ноги.
Проклятые крестоносцы, они же не могут сравниться в скорости с высшим! Как оказалось, могут. И не на кого обижаться, некому кричать: «Так не честно!» Надо драться, держаться, тянуть время. Пока он стоит на этой улице, в Эдеме у его братьев по оружию есть шанс успеть расправиться с сильнейшей частью Воинства Небесного.
Все трое вдруг дружно переходят в атаку. В мозгу яростно бьется чувство опасности. Словно перед глазами стоит: трое крестоносцев на крыше дома готовят завершающий бросок, и один, сбоку, подкрался, отведя глаза. Класс кинжал, и тоже в боевом режиме. Убийца. «Не уйти», – понял Бьярни. Трое на крыше – класс плеть. Эти знают, куда и как ударить, чтобы обойти защиту и убить. С диким ревом Бьярни ринулся вперед в надежде уйти от притаившейся за спиной смерти. Трое класса щит приняли его, как мягкая сеть, и отбросили назад. Позор несущему спокойствие, но Бьярни не понял, как у них это получилось. Трое на крыше – ловкие, почти как Хансер, – скользнули вниз. Необремененные доспехами, они шли на последний удар, как высшие. «Кинжал» спустил арбалет…
Болт, небольшой, легкий, со стуком вошел в щит. Бьярни не успел заметить, когда чувство опасности ушло, но почувствовал портал за спиной – тот самый, который Аркадия вдалбливала в головы новоприобщенных, на короткие расстояния. Чужой щит, поймав арбалетную стрелу, вихрем ринулся навстречу троим «плетям». Один охнул, согнувшись пополам. Высший неуловимо крутанулся вокруг него, и короткий меч обратным хватом вошел под лопатку второму. Обратным движением обладатель меча бросил тело на третьего, легко сбивая того с ног. Полуоборот, разгибающийся крестоносец, получивший до того краем щита в живот, видит приближающееся к его горлу лезвие. Видит, но поделать ничего не может. Высший делает шаг в сторону, и клинок обрушивается на шею последнего крестоносца, так удобно подставленную в попытке проскользнуть под летящим на него телом первого погибшего. Все это заняло не больше секунды. Бьярни вдруг делает большой шаг назад и, схватив правой рукой древко топора за самый конец, сносит голову «кинжалу».
Мимо него промелькнул знакомый силуэт. Высший стал, прикрывая собой измученного северянина. Со спины был виден лишь спартанский гребнистый шлем, характерный панцирь да латная юбка. Но и без всего этого Бьярни узнал Леонида.
– Помирать собрался, здоровяк? – спросил спартанец.
– Были такие мысли.
– Ты это у меня брось. Я отцу твоему обещал приволочь тебя живым. Ну, отродья Ехидны[20], – рассмеялся он в лицо крестоносцам. – Уравняем шансы?
Только тут Бьярни понял, что шум, который он слышит, существует не в его гудящей голове, а на самом деле. Он обернулся и увидел гребенку копий спартанской фаланги. Воины в багряных одеждах, словно поток, обтекли Бьярни с Леонидом, и бросившиеся в атаку крестоносцы напоролись на копья.
– Что ты там про моего отца говорил?! – закричал Бьярни Леониду.
– Скоро он сам тебе все скажет, – ответил тот.
– Где он?
– Ближе, чем ты думаешь.
* * *
Речной порт кипел, как муравейник. Половина казарм располагалась здесь. Воинство Небесное не брезговало морскими походами. Их фрегаты были хорошо вооружены пушками. Ядро не страшно высшему, зато кораблю, на котором тот может плыть, очень даже. Кроме того, на борту каждого располагалось по несколько баллист, стреляющих пучками стрел. А учитывая, что каждая из них делалась с применением магии, такая картечь была опаснее, чем выпущенная из пушек. Фрегаты вполне могли обстреливать Эдем, и именно это крестоносцы собирались сделать.
Кроме того, в порту стоял фрегат «Лазурная звезда», понятно какому домену принадлежащий. Изначально мы рассчитывали, что до порта тревога дойдет не раньше, чем в Эдеме все будет закончено. И в этом тоже наш расчет не оправдался. Бой был в самом разгаре, когда стоявшая наготове «Лазурная звезда» вышла на огневую позицию. Капитан уже готов был отдать приказ стрелять. Принадлежал корабль семейству де Марсо. А это значит, повелевающих стихиями на лоханке – выше крыши. И один из них вдруг воскликнул:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
