– Интересно, а такая давка здесь каждый день? – Старательно работая локтями, я отпихнула очередную суккру и чуть приблизилась к ангелу.
– Более того, дорогуша! Еще и два раза за красный день! – возмущенно фыркнула та и, смерив меня недовольным взглядом, добавила: – А Бриллиантовым демонессам вообще положено ждать встречи с князем не меньше цикла!
– Пардон, но те несколько минут, что я сегодня угробила в ожидании вашего монарха, вполне сойдут и за два!
– Что ты хочешь сказать? – Сияющие зеленой яростью глаза демоницы угрожающе прищурились.
– Только то, что сказала! – Я презрительно дернула плечом, с сожалением взглянув на вливающихся в распахнутые створки демонов. Угораздило же меня сцепиться с этой тварью!
– Не ссорьтесь, девочки! – Васиэль наконец-то заметил мою пропажу и, ловко выбравшись из толпы, примирительно вклинился в наш диалог. Вот только его благородный порыв пропал даром.
– А тебя, крылатый, вообще в наш мир не приглашали! – окончательно взбесилась чертовка. – Чего тебе здесь надо?!
– Я с миротворческой миссией!
– Вась, что ты ей объясняешь? Не видишь? Типичный представитель «стервус маразмус»!
– Как ты меня назвала? – тихо пропела суккра, обрастая шипастой броней.
Возбужденный предстоящей бойней народ даже забыл, зачем шел. Поток остановился и вновь стремительно выплеснулся в коридор, обнеся нас стеной из тел. В ухо вплелся взволнованный голос ангела:
– Томочка, на счет три. Я накрою тебя «Божественной мантией» и вытащу отсюда! Поняла? Раз. Два…
«Три» я не услышала, а может, его и не было. Суккра-воительница неуловимым движением схватила меня за плечи, норовя насадить на тут же выросшие мне навстречу шипы, но, полоснув когтями по выпуклым глазищам ее брони, я легко выскользнула из ее лап и тоже угрожающе ощетинилась.
Ха! Я даже не заметила, как мое тело закрыла броня. Похоже, это начинает входить в привычку!
Что-то яростно прошипев, она крутанулась и стремительно вскинула руку, метя мне в грудь выросшим из ее перчатки здоровенным штырем.
Дуновение ветра, легкое движение, и острие вонзилось в грудь заслонившего меня ангела, а в следующую секунду мой хвост, блеснув лезвиями, хлестко обрубил воздух вместе с ее рукой. Еще одно движение, и суккра неподвижно осела у моих ног.
Обездвижившую всех тишину рассек вопль:
– Пепел крыльев! Чтоб мне снова стать небожителем! Что!.. здесь!.. происходит?! – Тишина стала еще плотнее, когда к нам сквозь круг расступившихся демонов тяжело прошагал князь Сапфир и остановился напротив. – Снять броню!
– Вереций… или как там тебя… Это я. – Поддерживая Васиэля, я кинула на него быстрый взгляд и снова уставилась на пробитую грудь ангела. Темное острие, постепенно истончаясь, ужасало неизбежностью произошедшего. – Видишь, тут уж не до приветствий! Помоги!
Я вновь посмотрела на князя. Он нахмурился. В черных как тьма глазах мелькнула тень узнавания.
– Сбежавшая наследница короны? – Он шагнул ближе. – И ее хранитель! Что произошло? Почему вы здесь?
– Прошу, Вереций, я расскажу тебе обо всем! Клянусь! Только сейчас, умоляю, спаси Васиэля! Он умирает! Из-за меня.
– Да я бы с радостью… – Князь развел руками. – Но ему не требуется помощь! Вот только хотел бы я знать, откуда у простого ангела право второй жизни?
Ничего не понимая, я вновь взглянула в лицо вдруг смутившегося крылатого.
– Вась, о чем он говорит?
Но вместо него мне вновь ответил Вереций. Подойдя вплотную, он провел рукой над почти растаявшим острием и, развеяв его словно дым, внимательно прищурился.
– Поправь меня, если ошибаюсь, но, мне кажется, этим правом могут воспользоваться только высшие чины Лазури.
Элекзил
Мрачные коридоры Башни Наказаний, так внезапно заканчивающиеся, когда я по ним куда-то спешил, сегодня решили превратиться в лабиринт. Эллеайз, забыв про голод, шла медленно, дотошно изучая каждый зал, каждую впадинку в стене, и, когда я смирился с этой экскурсией, впереди сквозь арку выхода забрезжил свет.
Крылья! Кажется, уже наступил день. Я теряю время!!!
Королева восхищенно остановилась и вдруг рванула вперед так, что я едва успел ее догнать на границе спасительной тени. Догнать и преградить дорогу.
– Без брони, моя госпожа, туда нельзя! Об этом я и говорил.
– Но… – Она остановилась, с восторгом разглядывая отразившееся в ее глазах ярко-алое небо. – Как тогда быть? Ведь у меня сейчас ее нет?
– Она в тебе с самого начала твоего существования, но, покинув этот мир, ты отказалась от нее. Теперь, чтобы она проснулась, нужно показать, что тебе угрожает опасность. Для пробуждения брони в Шерраххе есть Огненная Чаша. Ты шагнешь туда и…
– Гм… – В глазах королевы на мгновение мелькнул испуг. – Я, возможно, чего-то не понимаю… Может, ты лучше покажешь все на деле? Если честно, я растеряла всю смелость от твоих объяснений!
– Хорошо. – Я развернул ее к себе и попросил: – Закрой глаза. Я применю чары. Они сберегут тебя от жара на то время, пока мы будем идти.
Она послушно зажмурилась, а я принялся создавать защиту. Иллюзорная броня может прослужить и день, и два дня, но ей об этом не нужно знать.
– Все. – Когда последний звук был произнесен, я отряхнул руки, прерывая исход сил, и полюбовался на распахнувшую глаза Эллеайз. Передо мной стояла суккра-воительница. По крайней мере, так будут видеть ее все остальные, пока она не пройдет инициацию. – Пойдем. Только, пожалуйста, во всем слушайся меня!
Она огляделась и даже заглянула за спину в надежде увидеть какие-то изменения. Судя по всему, я ее надежд не оправдал.
– Ты уверен, что я могу тебе доверять?
– Конечно! – Скрыв усмешку, я выдержал ее испытующий взгляд. – Я всего лишь выполняю твою прихоть. Но если боишься, оставлю тебя во дворце. Так как? Идем? – Протянув ей ладонь, я терпеливо наблюдал за колебаниями Эллеайз.
Наконец она решилась.
– Идем! В конце концов, выбор у меня невелик: или сидеть в той жуткой комнате, или прогуляться с тобой.
Сжав ее руку, я вызвал броню. Эллеайз испуганно ойкнула, ошеломленно разглядывая, как ее кожу ласкает пламя, а когда мое тело было заковано в пластины, восхищенно покрутила головой:
– Это и есть броня?
– Да.
– И ты напомнишь мне, как ею пользоваться?
– Может, вначале все-таки накормлю?
Она смущенно улыбнулась и заглянула мне в глаза.
– Потом. Любопытство мучает меня куда сильнее голода!
В дневные часы у арки входа иногда можно было заметить стоявшего на посту демона-гончую отца. Сегодня его не было! Просто помощь Лучезарного! Ничто не помешает моим планам. Самуайгр задержит князя на эти два дня, а я инициирую Эллеайз. Вспомнив себя, я уверен, она захочет принять корону!
Вскоре дворец остался позади, а перед нами простерлась выложенная черными каменными плитами площадь с возвышающейся над ней чашей, полной бурлящего огня.
– Пришли!
– И?.. Что я должна буду сделать? – Она смело посмотрела на меня, но я даже сквозь перчатки чувствовал, как холодны ее пальцы.
– Ты должна шагнуть в огонь.
– И всего-то? – Она высвободила руку и нервно хихикнула. – Я должна добровольно сгореть? А не слишком ли большая плата за желание одеться в костюм монстра?
– Ты не можешь сгореть! Возможно, ты забыла, тогда осмелюсь напомнить: демоны не горят!
– Да? В таком случае ты шагнешь со мной.
– Но мне не нужно оживлять броню!
– Для страховки. К тому же чего ты боишься? Демоны же не горят! – Она развернулась и стала подниматься по каменным ступеням.
Ровно одиннадцать украшенных рисунками плит вели к небольшой площадке, трамплином нависавшей над чашей. Словно почувствовав Эллеайз, пламя забурлило сильнее в нетерпении новой жертвы.
– Ну же? Пойдем! – Перед последней ступенькой она обернулась ко мне. – К тому же, как я поняла, созданная тобой иллюзия защиты вот-вот исчезнет. Я уже чувствую жар. – Она сделала еще шаг и вышла на узкий помост.
Ха. Вблизи этой чаши любой почувствует жар.
Догнав королеву, я заглянул в кипящий огонь. Страх – чувство нелепое, приобретенное в мире смертных, и я должен ей помочь преодолеть его.
– Держись за меня.
Она с трудом оторвала взгляд от пламени и, посмотрев на меня, молча вцепилась в мою руку. И только сейчас я почувствовал колотившую ее дрожь.
Королева не должна подчиняться страху!
– Закрой глаза.
