произошло, в стране был заметен общий упадок утопического социализма. Эмерсон, Маргарет Фуллер и Торо не приняли участия в фурьеристе ком эксперименте. Трансцендентализм как идейное направление оставался в своей основе индивидуалистичным и продолжал рассматривать задачу переустройства жизни как совершенствование каждой отдельной личности, осуществляемое собственными усилиями. Поэтому один из самых молодых и активных членов кружка, Генри Торо, решил воспроизвести социальный опыт Брук-Фарм лично.
Трансценденталисты были экономическими романтиками. Они продолжали искать такой путь общественного развития в США, при котором экономические и социальные противоречия были бы сглажены общегражданским соглашением и самостоятельный производитель (фермер, ремесленник) остался бы основной фигурой американской жизни.
Помимо чтения и бесед в кружке Эмерсона, Торо вырабатывает собственный метод духовных исканий в форме естественно-научных экскурсий на лоне природы. Независимо от погоды и времени года, днем и ночью Торо наблюдает природу конкордских окрестностей и заносит свои впечатления и размышления в дневник — источник материалов для будущих книг и лекций. Эти «философские» прогулки стали его привычной и необходимой потребностью до конца жизни.
Торо зарабатывает необходимый прожиточный минимум, работая в мастерской отца или занимаясь поденным физическим трудом по найму. Все остальное время он посвящал литературным занятиям и наблюдениям над природой. Молодой философ проникается все большей антипатией к жизненным целям и к обиходу своих конкордских сограждан, которые отвечают ему тем же, считая его чудаком и бездельником.
Первой опубликованной книгой Торо стала «Неделя на реках Конкорда и Мерримака» (1849) — рассказ о двухнедельном путешествии, совершенном в 1839 году вместе с братом Джоном, в сочетании с эссе и стихотворениями. Другая книга, «Леса Мэна» (1864), основана на трех путешествиях по штату Мэн, следующая — «Кейп-Код» (1865) — описывает прогулки на полуострове Кейп-Код. Обе книги Торо были опубликованы посмертно, хотя при жизни писателя отдельные части печатались в журналах. «Неделя на реках Конкорда и Мерримака» была издана Торо на свои средства. Книга вызвала восторженные отзывы Эмерсона и Олкотта, но не имела успеха у публики. Наиболее известным произведением, помимо «Уолдена», и наиболее читаемым и почитаемым до настоящего времени остается текст, ставший катехизисом революционеров всех времен и народов — «О долге гражданского неповиновения» (1848). Этот текст пережил века и содержит положения, которые были приняты в качестве всеобщих законов ненасильственного сопротивления лидерами освободительных движений во многих странах мира.
Главный труд Торо — «Уолден, или Жизнь в лесу» — критически анализирует ценности современного писателю общества. Подробный отчет о постройке хижины и устройстве очага, расчете прибылей и расходов от выращивания бобов и картофеля напоминает приключения Робинзона Крузо. Картины сезонных сельскохозяйственных работ поражают художественной выразительностью в описании и глубиной обнаруживаемого в них смысла.
Торо покинул озеро только тогда, когда осознал, что он в силах жить так, как ему хочется. Принадлежащему семье магазину и обязанностям землемера он уделял ровно столько времени, сколько требовалось, чтобы материально поддержать родителей и сестру (сам Торо так никогда и не женился) и обеспечить себе самую скромную жизнь. Торо не хотел расходовать жизнь на приобретение вещей и старался свести к минимуму «стяжательские» траты.
Привлекательность прозы Торо во многом обязана его достоинствам как публициста: темпераменту, меткости сатиры, остроумию полемики. Однако стиль Торо имеет также выразительные особенности, получившие первостепенное значение для дальнейшего развития американской литературы. Торо не был лишен пафоса естественнонаучного описания, который позволил ему достичь высокой языковой точности, конкретности и простоты. По этой причине произведению была уготовлена участь предвосхитить новейшую американскую реалистическую прозу: книга стала ее предшественником.
Черты «чудачества» в личном облике и в позиции Торо, которые отражают провинциальность современной ему американской интеллектуальной жизни, не вредят его нравственному облику, позволившему Генри Торо стать одним из наиболее стойких противников «американского образа жизни» своего времени.
Громкая слава Торо начинается в XX столетии, когда «Уолден» был признан в США классическим произведением американской литературы. Несмотря на это, личность Торо оценивалась критиками противоречиво: от абсолютизации индивидуализма Торо, «анархичности» и недоверия к политике (хотя эти черты в значительной мере ослабели в Торо к концу жизни), до зачисления его в писатели «антикапиталистического» направления. В XX столетии его называли также предшественником современной контркультуры, провозвестником современного романтизма.
В 1860-х годах усилиями друзей Торо были посмертно изданы несколько книг, посвященных американской природе, продолжающих по своему жанру линию «Уолдена». Главные произведения Торо и его обширные дневники вошли в двадцатитомное (так называемое Уолденское) собрание его сочинений, вышедшее в 1906 году. Это собрание включает практически все написанное Генри Торо, за исключением одного грандиозного труда: работа более чем десяти лет над книгой об американских индейцах осталась Торо незавершенной, а обширные записки, собранные для нее, неизданными.
За убеждения, высказанные в работе «Гражданское неповиновение», Торо в июле 1846 года пришлось провести ночь в тюрьме. Тема гражданского сопротивления была развита писателем впоследствии в эссе «Рабство в Массачусетсе» (1854), «В защиту Джона Брауна» (1860), «Жизнь без принципов» (1863). Все эти произведения отстаивали неприятие вмешательства правительства в жизнь людей. Политические взгляды Торо мы рассмотрим позже, а пока предоставим Торо высказать то отношение к современному ему обществу, которое привело писателя к столь резкому его неприятию.
Вот что говорит Генри Торо о Соединенных Штатах и американцах:
Мы не отличаемся религиозностью, но мы нация политиков. Мы не очень-то чтим Библию и не читаемее, но мы чтим газету и читаем ее. Это библия, которую мы читаем каждое утро и каждый вечер, стоя и сидя, в поездке и на ходу. Эту библию каждый носит в кармане, она лежит на каждом столе и прилавке, ее непрерывно распространяют почта и тысячи миссионеров. Это единственная книга, которую Америка издала и которая способна оказывать огромное влияние — хорошее или плохое.
Неужели мне суждено только слышать о Платоне и не прочесть его книги? Будто Платон — мой земляк, а я его никогда не видел, мой ближайший сосед, а я ни разу не слышал его речей и не вдумывался в их мудрость. Почему это происходит?
Я много ходил по Конкорду, и везде — в лавках, в конторах и на полях — мне казалось, что жители его несут тяжкое покаяние. Двенадцать подвигов Геракла кажутся пустяками в сравнении с тяготами, возложенными на себя моими ближними. Тех было всего двенадцать, и каждый достигал какой-то цели, а этим людям никогда не удается завершить хотя бычасть своих трудов.
Мы — мелкая порода, наши духовные победы ограничены строками ежедневных газет.
Торо считает, что жизнь современных ему американцев — жизнь безумцев, не умеющих отличить хорошее от дурного и гибельное от полезного. Верным курсом по
