На привале я быстро пролистал подаренную книгу Эллана. Интересная вещица. Нечто вроде сборника заклинаний или бумажного кодекса. Есть и пометки самого чародея о сути магии, о том, как можно усилить свой дар, и прочее. Форм хоть и много, но я и сам их могу сконструировать, если потребуется. Само собой, за день я не успел все внимательно изучить. Быть может, где-нибудь на страницах трактата отыщется поистине уникальная форма. Лим заинтересовалась сборником, поэтому я без долгих раздумий отдал книгу ведьме. Потом посмотрю, в более спокойной обстановке.
Коротко посовещавшись с Лу и Ли, мы приняли решение ехать прямо на север. Не делать крюк на восток. В компании с всевидящими басхами смысла обходить особого не было.
Вечером мы неспешно ехали верхом по иссушенной земле, пошедшей трещинами. Засуха грозила перерасти в настоящий голод, и крестьяне большую часть времени проводили в полях, пытаясь спасти урожай. Мы молчали. То есть не говорили вслух. Ли тренировалась в общении с Желтой. Именно с ней добрая половинка смогла найти общий язык. Меня же преследовала Кружок, задавая неудобные вопросы про мир двуногих. Самека ехала сзади, не тревожа нас по пустякам. Вот бы и басхи были такими же неприставучими. Казалось, котята могут спрашивать бесконечно.
«Почему вы напали на каменное логово?» – с интересом спросила Кружок.
«Их главный совершил плохой поступок. Похитил нашего друга».
«Зачем?»
«Чтобы потом получить за него выкуп. Ты знаешь, что такое деньги?»
«Маленькие кругляшки. Серые».
«А зачем они нужны, знаешь?»
«Менять на еду и вещи. Странные двуногие. Как можно отдать окорок за горсть несъедобных кругляшков?»
«Разным людям нужны разные вещи. Поэтому и придумали деньги».
«Вы похитили этого двуногого?»
«Верно».
«Значит, это плохой поступок?»
«С плохими людьми можно делать плохие вещи», – как мог объяснил я.
«Странное правило. – Кружок задумалась. – Как узнать, что двуногий плохой?»
«Если он делает плохие поступки, нарушает закон. Кстати, что скажешь о Самеке?»
«Не слышно. Очень тихо. Закрыто».
«Жаль».
«Сейчас совсем не ощущаю», – добавила Кружок загадочно.
Я обернулся назад. Кобыла Самеки исправно следовала за нами, вот только седока на спине лошади не наблюдалось. Полуживую Самеку мы нашли в лире езды назад на дороге. Девочка сломала руку при падении и повредила голову.
Тут же разбили лагерь. Я начал накладывать Аун и Аунко на поврежденные места, щедро сдабривая маной.
– Что не так с этой девкой? – буркнула Лу.
– По-моему, она немного того. Блаженная.
– Немного?!
– По сравнению с тобой – да, – пробормотал я, занятый формированием каналов.
– Думай, что говоришь, козел. Я знаю, что обещала не обзывать. Но если ты ведешь себя как козел, то это не оскорбление, а констатация факта.
– Ладно-ладно. Наполни вот это плетение.
Лим послушно влила силы в каркас лечебного заклинания. Формируя Аунко, я внимательно осмотрел ауру девочки. Кое-какой опыт целительства у меня наличествовал, поэтому со всей уверенностью могу сказать, что юная Тангальдо находилась в отвратительном состоянии. Внутренние органы сигналили о запущенных болезнях. Худое тело почти без намека на жир или мышцы, старые плохо зажившие раны и относительно свежие синяки, неправильно сросшийся перелом ребра, больные зубы. Кожа да кости.
Вскоре Самека пришла в себя. Я уже имел счастье кормить тяжелораненых, поэтому с девочкой проблем не возникло. Удовлетворился я только тогда, когда Самеку стало выворачивать проглоченной кашей. Здоровье девочки вызывало опасения – ее бы в лечебницу на кварту-другую. Я наложил еще одно Аунко на ее желудок, не привыкший к обильной пище.
– Почему сразу не сказала, что плохо себя чувствуешь?
– Я не обязана отчитываться перед всяким отребьем.
О как! Я осторожно тронул раненую руку и принялся ощупывать. Самека поморщилась от боли, однако жаловаться не стала.
– То есть наша помощь тебе не нужна?
– Естественно. Если вы хотите, чтобы я сдохла где-нибудь в канаве.
– Так нужна или нет?
– Я должна отвечать на эти идиотские вопросы?
– Если не ответишь, то я сниму заклинания.
– Я не отказываюсь от лечения.
– Вот и отлично. Впредь не устраивай нам подобные сюрпризы. Я в целом не люблю сюрпризы.
Весь следующий день мы просидели в глуши, пока Самека вставала на ноги. Перелом зарастал очень долго, учитывая, сколько я маны потратил на лечение. Слишком уж организм был ослаблен. Заставить Самеку есть оказалось труднее, чем Лим. По прошествии суток мы тронулись дальше в путь. Я наказал басхам следить за состоянием Самеки.
Границу пересекли, можно сказать, буднично. Несколько раз мы удалялись от тракта, когда басхи замечали отряды всадников. Дважды – вместе с Колдующими. Когда перешли в Тазам, даже дышать легче стало, как мне кажется. Бессадор далеко так и не смог продвинуться на этом направлении, тем не менее, мы несколько дней скакали вдали от наезженных дорог и сворачивали в сторону, если встречали большой отряд.
И только мы расслабились, как нас выловил тазамский взвод Разведывающих. Осадив лошадей, наша компания покорно застыла, пока военные брали нас в кольцо. Регалия доверенного императорской семьи не устроила командира тазамцев. Нас потащили в расположение части, где усталый маг сверил наши ауры и внешность с разыскиваемыми.
– Ли Вантихосо, известная как Эва Невенхнауэр, – пробормотал Колдующий, опознав девушку.
Ведьма напряглась, так же как и сопровождающие нас Разведывающие.
– Вы в розыске, однако приказа задерживать не поступало. Сообщите куда едете, цель путешествия и свободны.
– Мы хотим устроиться в Мостфеле.
Нас недолго допросили и отпустили на все четыре стороны.
– Говоришь, сможешь защитить меня? – произнесла Лу.
– Не сомневайся.
Самека перестала походить на скелет и к концу дневного перехода уже не падала с лошади от усталости. Мы мало с ней разговаривали. Кому захочется общаться с высокомерной малявкой, не соблюдающей рамок приличий? Такое ощущение, что из нее вырастет вторая Лу. Только уже без доброй половинки, которая зачастую останавливает свою темную сущность.
Мы находились намного западнее Геленквейла, поэтому знакомыми местами и не пахло. Только на последней трети пути дороги соединятся в общий Мостфельский тракт.
– Завтра будем в Ганнолисе. Поищем ей приют? предложила ведьма.
– Ли? С чего такое отношение?
– Ну, она мне неприятна, – понизила голос девушка, чтобы наша спутница не услышала.
– Отчего это?
– Теперь ты понимаешь, каково мне было ежедневно выслушивать оскорбления от Лу?
– Не в этом дело. Ты постоянно возишься с Самекой. То кормишь с ложечки, готовишь спальник, греющие и лечебные заклинания. Что ни скажешь – Самека то, Самека се.
– Ты ревнуешь, что ли? Опомнись, она же дитя.
– Не такое уж дитя. В следующем году у нее первое совершеннолетие.
– То есть ей сейчас пятнадцать лет?! Откуда ты знаешь?
– Адрианна шепнула.
Я обернулся и смерил девочку взглядом. За две декады пути Самека немного округлилась. Все равно тощая, но хотя бы на смерть не похожа. Удивительно. Выглядит лет на двенадцать.
– Наверное, это глупости все… – грустно сказала Ли.
– Давай сходим куда-нибудь в городе. Вдвоем. Как тебе предложение?
– Отлично! – улыбнулась Ли.
Как только мы достигли Ганнолиса, хорошее настроение девушки улетучилось мгновенно. Что-то приличнее харчевни в городе было сложно сыскать. Мы оставили младшую Тангальдо и копытных в трактире, а сами отправились на прогулку по городу. Немного походили по рынку, сплавив кое-что из наименее дорогих трофеев. Когда ко мне обратилась Кружок, мы с Ли сидели в таверне и болтали о всякой ерунде.
«Самека. Пришли Двуногие». – Басхи находились за городом, однако небольшое расстояние не мешало им следить за происходящим.
